Сыщик-убийца
Шрифт:
Имя Лорио совершенно перевернуло ее мысли. Какое-то безумие охватило ее. Она знала только одно: надо бежать, и, бросившись к окну, открыла ставень, стукнулась лбом о железную решетку и стала громко звать на помощь.
Единственным ответом на ее крик было эхо. Вокруг царствовало мрачное молчание.
Берта закричала во второй раз, потом в третий.
Тогда герцог бросился по лестнице.
Услышав, что дверь с шумом отворилась, Берта, вздрогнув, обернулась и отступила при виде двух людей, из которых
— Несчастная! — сказал Тефер, подбегая к окну, которое поспешно захлопнул. — Вы произнесли свой смертный приговор!
При виде герцога, подходившего к ней с ножом в руках, Берта бросилась в сторону, крича:
— Негодяи! Злодеи! Неужели вы пришли убить меня?
— Молчи! — крикнул Жорж, схватив ее за руку.
Девушка прыгнула, как пленная львица, и вырвалась. Опасность удесятерила ее силы.
— А! Убийцы! — сказала она. — Убийцы, которые не смеют даже показать лицо своей жертве!… Что может быть подлее этой ловушки? Вас двое мужчин против одной женщины!
— Замолчишь ли ты?! — крикнул герцог, поднимая нож.
Берта, вместо того чтобы бежать, бросилась навстречу и сорвала платок, закрывавший его лицо.
Несколько мгновений искаженные черты Жоржа были освещены ярким светом.
Берта с удивлением отступила.
— Человек с Королевской площади! — прошептала она. — Вор, который пробрался в комнату Рене Мулена!
— Да, это я! — крикнул герцог вне себя от ярости. — Гляди на меня хорошенько, Берта Леруа. Тот, кого ты ищешь повсюду с Рене Муленом, — это я! Это я приказал убить доктора из Брюнуа! Это я дал взойти твоему отцу на эшафот! И то, что я тебе говорю, ты не повторишь никому, потому что умрешь.
Девушка, вскрикнув в ярости, пыталась бежать, но на пути встретила Тефера.
Тогда она изменила направление. Но Жорж левой рукой схватил ее за плечо, тогда как правой ударил прямо в грудь.
Кровь брызнула в лицо убийце.
Берта слабо вскрикнула и упала.
— Дело сделано, — сказала полицейский. — Отлично покончили, герцог. Самый худший каторжник не сделал бы лучше. Идемте!
Жорж де Латур-Водье, с лицом, покрытым потом и кровью, испытывал теперь только страх.
Он вышел из комнаты шатаясь, не взглянув на бесчувственное тело, спустился по лестнице, держась за перила, прошел первую комнату и вышел в сад. Тефер шел вслед за ним.
Он остановился только на одну секунду в комнате первого этажа, чтобы бросить зажженную бумагу на сложенные дрова.
Огонь сейчас же охватил их.
Тогда он вышел в сад и догнал сенатора, который казался безумным.
— Идемте, герцог, — сказал Тефер. — Через несколько мгновений весь дом будет в огне, и нам следует быть подальше. К тому же нам здесь уже нечего делать.
Пожар разгорался. Огонь уже
Пройдя шагов сто, Жорж остановился и повернулся к дому.
— Тефер, — сказал он.
— Что, герцог?
— Вы слышали сейчас: эта девушка была в комнате на Королевской площади. Она видела и узнала меня.
— Да, господин герцог.
— Когда я дрожал при виде ее, вы обвиняли меня в слабости, а между тем мой инстинкт указывал мне на опасность. Она могла погубить меня…
— Это правда, герцог. Но не все ли равно? Вам нечего бояться: она умерла.
— Убеждены ли вы, что она умерла?
Полицейский удивился.
— Вы поразили ее прямо в сердце, а теперь пламя уничтожит труп, можете быть спокойны. Но еще раз: идемте скорее.
Он схватил герцога за руку и поспешно повел за собой. Вдруг герцог вздрогнул и остановился: столб красного зарева поднимался прямо перед ними.
— Что с вами? — спросил Тефер, чувствуя, что старик дрожит.
— Куда вы меня ведете? Мы возвращаемся к дому.
— Э, герцог, успокойтесь, огонь, который поразил вас, от обжигаемой извести, настоящий же пожар сзади нас.
И Тефер снова увлек за собой герцога.
Берта упала без памяти, пораженная в грудь ножом сенатора. Но это был обморок. На ее груди был медальон с портретом Абеля. Лезвие ножа свернуло в сторону и только затронуло тело на глубину не более чем два сантиметра.
Нижний этаж уже весь был охвачен огнем. Густой дым наполнял комнаты. Жар привел Берту в себя.
Она открыла глаза и с удивлением оглянулась. Она увидела странный свет, почувствовала, что задыхается, и вспомнила все.
Смерть окружала ее со всех сторон.
Она с трудом поднялась и хотела идти, но ноги отказывались служить.
— Боже мой! — с отчаянием прошептала она. — Негодяи подожгли дом — я погибла!…
В то же время, как бы в доказательство того, что она не ошибается, часть пола обрушилась, и пламя ворвалось в комнату. Стекла стали лопаться, внутренние ставни упали.
Сильная опасность производит иногда удивительное влияние на человеческий организм. Берта, которая несколько мгновений назад с трудом держалась на ногах, почувствовала, что силы ее удесятерились.
Она бросилась к дверям, которые ее убийцы в бегстве оставили открытыми, и выбежала в коридор, ведущий к лестнице. Загоревшийся пол преграждал ей путь, но она одним прыжком перескочила на лестницу. Берта, не колеблясь, бросилась вниз и добежала до первой комнаты.
Но тут двери были закрыты, и она напрасно старалась выломать их. На этот раз, казалось, всякая надежда исчезла.