Сыщик-убийца
Шрифт:
Он приказал приготовить комнаты отца и решил встретить его завтра на станции, поэтому написал записку Этьену, извещая его о приезде сенатора и отменяя свидание, прибавив, что оно состоится в самом скором времени.
Этьен был рад отсрочке, так как силы Жана Жеди с каждым днем восстанавливались, и Эстер Дерие, начинавшая поправляться, также, может быть, могла бы ответить на вопросы адвоката.
Действительно, лечение Этьена Лорио наконец дало свои плоды. Лихорадка прекратилась, и Эстер, казалось, просыпалась от сна.
Приехав в свой обычный час, Этьен прежде всего отправился к Эстер. Услышав, что дверь ее комнаты отворяется, она приподнялась на постели и поглядела с видимым беспокойством на Этьена.
— Боже мой! — вдруг спросила она. — Разве доктор болен? Почему он не приходит?
Эти фразы, смысл которых ни доктор, ни его помощник не могли понять, вполне походили на бред.
— Вы не узнаете меня? — спросил Этьен. — Это я, ваш доктор.
Эстер покачала головой:
— Нет, доктор не вы. Тот, который меня лечил и которого я жду — старик, у него седые волосы, его зовут… зовут… Помогите мне припомнить его имя!
Этьен взял ее за руку.
— Не старайтесь теперь припоминать, — сказал он. — Избегайте всякой усталости, вы были больны, вы и теперь еще слабы, вам надо отдохнуть.
Эстер, наклонив голову и закрыв глаза, слушала его.
— Но где мадам Амадис, где мой возлюбленный, где мой сын? Я хочу их видеть!
Она сделала движение, чтобы сойти с постели. Этьен удержал ее.
— Она вспоминает, — тихо шепнул помощник, — не позволите ли ей говорить?
— Нет, я боюсь кризиса.
Доктор был бледен и дрожал от волнения.
Эстер повиновалась и не старалась больше вставать. Вдруг она заплакала и закрыла лицо руками.
— Вы отказываетесь отвечать, — пролепетала она. — Верно, случилось несчастье! Мой сын умер?
Доктор дал ей поплакать несколько минут.
— Верите ли вы мне? — спросил он.
Больная сделала утвердительный жест.
— В таком случае ждите моих вопросов. Вы больны давно, очень давно, и за это время произошло многое, чего вы не знаете. Даю вам слово, что я расскажу вам все, будьте только терпеливы. Позвольте мне вылечить вас.
— Но где же, скажите, по крайней мере, где я?
— У друга.
— Какого?
— Вы узнаете это со временем. Держите ваше обещание верить мне.
Этьен сделал знак своему помощнику, который налил в ложку несколько капель снотворного и подал Эстер:
— Пейте, это принесет вам пользу.
Эстер повиновалась. Голова ее опустилась на подушку, веки стали слипаться и скоро совсем
В эту минуту в коридоре послышался шум шагов и голоса. Дверь приотворилась, и сторож сказал: «Сюда идет директор с двумя чужими».
Действительно, трое людей остановились на пороге комнаты.
— Друг мой! — сказал директор, обращаясь к Этьену. — Позвольте вас познакомить с главным полицейским инспектором всех сумасшедших домов Сенекского департамента и знаменитым психиатром, как вам, конечно, известно, а это его секретарь.
Новые знакомые обменялись поклонами. Инспектор подошел к Этьену.
— Дорогой собрат, — сказал он, — в мире науки много говорят о вашей смелой операции, произведенной при самых странных обстоятельствах, и я хотел бы увидеть предмет вашего знаменитого опыта.
— Больная, которой я делал операцию, эта бедная женщина, — сказал Этьен, указывая на спящую Эстер. — Если бы вы пришли несколькими минутами раньше, то сами могли бы судить о полученных мною результатах. Теперь я имею повод надеяться, что разум ее восстановился.
— Это было бы чудесно. Вы расспрашивали больную?
— Нет еще. Она поправилась слишком недавно, и я боюсь волновать ее.
— Кто эта женщина?
— Она помещена в секретную по особому приказанию.
— В секретную? — повторил инспектор. — Она под судом?
— Не знаю. Вы знаете так же, как и я, господин инспектор, что нам не дают объяснений.
— Конечно, но, во всяком случае, приказ о заключении должен быть чем-нибудь мотивирован.
— Причина действительно есть.
— Какая же?
— Интересы общественной безопасности.
— Как зовут сумасшедшую?
— Эстер Дерие.
— Посмотрите, пожалуйста, в книгах, господин Бикотье, — сказал инспектор секретарю. — Мы найдем тут точные сведения.
Секретарь раскрыл портфель и вынул из него несколько тетрадей в серой обложке. В них помещались имена сумасшедших, заключенных в Шарантоне, по категориям.
— Посмотрите в отделе секретных.
— Хорошо.
— Ну что же?
— Я ничего не могу найти.
— Вы не видите имени Эстер Дерие?
— Нет ничего даже похожего.
— Очень странно!
— Вы сами можете убедиться…
— По всей вероятности, тут кроется какая-нибудь ошибка, допущенная или в префектуре, или здесь.
— Здесь ошибка невозможна, — заметил директор.
— У меня есть подлинное приказание, которое я могу вам показать.
— Но находящиеся у меня списки взяты из префектуры, — возразил инспектор. — Это кажется мне странным.
Секретарь на всякий случай просматривал списки других сумасшедших.
— Вот имя Эстер Дерие! — воскликнул он.
— В секретной?
— Нисколько; заключена по просьбе госпожи Амадис, у которой она жила, так как чуть не устроила пожар. Она заключена из предосторожности. Вот и все.