Таблетка
Шрифт:
– Цинь, я давно хотел тебе сказать, ты прекрасная девушка и очень мне нравишься, но…
– Но что? У тебя есть другая?
Цинь не притронулась к своим сосискам и всё это время смотрела на Ни в упор, так, что ему было даже несколько неудобно есть.
– Нет, у меня нет никакой девушки.
– Так ты что, педик, что ли?..
Ни чуть не поперхнулся своим пивом. Его лицо залила краска.
– Товарищ Цинь! Вы… Ты… как вообще разговариваешь?
– Тут я тебе не товарищ. Я просто девушка, которая хочет залезть в твою постель. И вопрос для данной ситуации вполне нормальный.
Откровенность девушки шокировала Эдика. Но, в конце
– Нет, дело не в этом. То есть, не то чтобы я педик, а дело в другом, я вообще не педик… shit!
Синди развеселилась и легонько хлопнула Эдика по руке.
– Хорошо, босс, я поняла. Вы не педик. И, кстати, может, выпьем на брудершафт, как это делают европейцы, чтобы уже окончательно перейти на ты?
Не дожидаясь ответа, Цинь взяла бокал и заплела свою руку с рукой Ни. Они выпили, и Цинь потянулась через стол к Ни для поцелуя.
– Нет!
Ни поставил пустой бокал на стол, отстранился и оглянулся вокруг, нет ли случайно рядом людей, которые могут его знать.
– Понимаешь, Цинь, есть обстоятельства, о которых я не должен тебе рассказывать. Это касается моей семьи. И… я пока не могу на тебе жениться.
– Что ты сказал?
– Я не могу жениться. Ещё несколько лет я не могу позволить себе завести семью и детей… я хотел сказать, семью и ребёнка. Вот что я давно хотел тебе сказать.
Признание Ни, казалось, не произвело на Цинь никакого впечатления.
– Нуи?..
– Что «и»?
– Ну и что?
– Как?..
Эдик растерялся и смутился. Он не думал, что ему придётся объяснять сообразительной Синди такие очевидные вещи.
– Я не могу на тебе жениться, поэтому мы не можем с тобой… встречаться… и быть вместе.
– Кто тебе такое сказал?
– ???
Ни сидел совершенно и искренне озадаченный, а у Цинь затряслись плечи. Она прикрыла рот ладошкой и беззвучно смеялась, как будто внезапно что-то поняв.
Немного успокоившись, она наклонила голову над столом и начала говорить, опять слишком громко:
– Эдик, я не хочу за тебя замуж. Я вообще пока не хочу замуж, если тебе это интересно. Я хочу, чтобы ты меня трахнул. Просто трахнул, понимаешь? Тиньги-тиньги, чпок-чпок, как в фильмах. Ты же смотришь порнофильмы? Смотришь, все смотрят. А лучше, как в японских аниме. Я хочу, чтобы ты трахнул меня на кровати, раздвинув мои ноги и войдя глубоко внутрь. Я хочу, чтобы ты трахнул меня, прислонив к подоконнику. Я хочу, чтобы ты трахнул меня на полу, прижав мою голову к татами. Я хочу, чтобы ты трахнул меня, распластав моё тело по стене и подняв мою левую ногу. Я хочу…
– Хватит!
Ни дрожащими руками достал бумажник, отсчитал и бросил купюры на стол и встал, собираясь уйти. Но Цинь взяла его за руку и долго смотрела в глаза.
Ни Гуань почувствовал, что его воля ослабла и всё, что он может, – это повиноваться этой девушке.
– Я живу одна.
Синди подняла руку. У стола тут же вырос официант.
– Закажите такси, пожалуйста.
Радио в кафе сообщило о погоде в Циньдао: +23,5, по Цельсию, пасмурно, ветер северный, 4 метра в секунду, влажность 94,1%. Когда Эдик и Синди вышли из кафе, накрапывал дождик. Они забрались в маленький автомобиль, поданный ко входу. Синди сунула вышедшему проводить их официанту tips, чаевые, и назвала водителю адрес.
Всю дорогу они молчали. Синди прижималась к Эдику на заднем сиденье, но не позволяла себе ничего лишнего. Только прижималась своим бедром к его бедру да
Такси долго ехало из курортной зоны в жилой район, застроенный простыми бедными многоэтажками. Водитель апатично жал на клаксон, пробираясь в гуще машин, мотоциклов, велосипедов и пешеходов.
У подъезда дома Синди седая женщина проводила их пристальным взглядом. «Наверное, из домового комитета, – подумал Ни. – Настрочит доклад. А, ну и чёрт с ней!»
Цинь открыла дверь своим ключом, и они ввалились в маленькую комнату. В комнате стояла только маленькая тахта, ночной столик, да к стене была прибита деревянная книжная полка.
Ни взял наугад книгу с полки. Это были стихи Вэнь Вэй, китайского поэта периода династии Тань.
Ни открыл книгу и прочёл:
Тысячу двести наложницИмел в гаремеЖёлтый император.Он знал секретСовокупленья,Который отдаёт мужчинеЖизненную силу женщины.Жёлтый императорВзял жизненную силуВсех своих наложниц.И, обретя бессмертие,Умчался на небесаНа жёлтом драконе.Цинь продолжила, декламируя по памяти:
Сестра императораСказала своему брату:«В наших жилах течётЦарская кровь.Но у Вашего ВеличестваДесять тысяч наложниц,А у меня всего один муж».Тогда император дал Шань-иньТридцать молодых наложников.И они трудились день и ночь,Сменяя друг друга.А их приходилось менятьКаждые полгода.А Шан-инь хорошелаС каждым годом,Наполняясь жизненной силойТридцати молодых наложников.Ни Гуань прочёл:
На нём держатсяЗемля и Небо.Он пронзает раковину,Он входит в яшмовую пещеру,Он двигается вперед и назад,Он подобен золотому молоту,Бьющему по наковальне,Он извергаетЖемчужный поток,Он орошаетСвященное поле жизни,Он сам – могучее древоНа этом поле.Это мужчина,Это Белый Тигр,Это свинец,Это огонь,Это запад.