Табу
Шрифт:
Крис промолчал, подумав, что в рассуждениях Гормана имеется-таки рациональное зерно. Старик прав в том, что некоторые отдельно взятые свидетельства, а именно: следы проникновения в квартиру Рейли и в лабораторию ОСЭГ, а также обнаруженный на лестничной площадке светлый волос, — не являются, по сути, уликами, подтверждающими причастность Джессики Стил к убийствам, и вполне могут указывать на разногласия в семействе Стил, не имеющие ничего общего с расследуемым ими делом. Возможно, следственная группа со временем пришла бы именно к такому выводу, если бы не вмешательство Дэниела Форреста, взваливавшего всю вину на Джесс.
Словно
— Я понимаю, что имеет в виду мистер Горман, но мы в поддержку своей версии можем предложить на ваше рассмотрение ряд зашифрованных посланий — если угодно, своеобразных криптограмм…
О’Брайан закатил глаза:
— Криптограмм? Да все это дело, на мой взгляд, одна большая криптограмма. — Он откинулся на спинку стула и оглядел присутствующих. — Вы мне лучше вот что скажите: у нас есть улики — я имею в виду то, что мы в полиции называем прямыми доказательствами, — которые указывали бы на причастность этой девушки к убийствам? — Вид у него при этом был вызывающий. — Хоть одно? Хоть у кого-нибудь?.. Кстати, куда, к черту, запропастилась Стил? — Хороший вопрос, подумал Крис, машинально бросая взгляд на дверь. — Ей давно уже пора быть здесь, хотя бы для того, чтобы ответить на некоторые обвинения в ее адрес. Это не говоря уже о том, что она прямо или косвенно вовлечена в эту неприятную историю…
Дэниел наклонился вперед.
— Вы что же — ставите под сомнение ее порядочность? — довольно агрессивно осведомился он, выделив ударением и интонацией последнее слово.
— Агент Форрест, — сдержанно начал О’Брайан, и Крис подумал, что шеф, хотя и раздражен до последней степени, старается американцу этого не показывать, памятуя о его связях в самых высоких сферах. — Я знаю, что вы большой почитатель мисс Стил. Если не ошибаюсь, вы ее обучали?
— Совершенно верно.
— Но даже при этом условии способны, надеюсь, признать, что свидетельств против Джессики Стил практически нет, а раз так, уместен вопрос: можем ли мы объявлять ее в национальный розыск? Я вам вот что скажу: в лучшем случае Майк Стил пьян и клюет носом в каком-нибудь баре, а в худшем — находится в компании собственной дочери.
— Которая убила девять человек, — напомнил ему Дэниел.
— Именно, — бросил Горман. — Не могу отделаться от впечатления, что от всего этого подозрительно попахивает внутрисемейными разборками, вы не находите? Я это к тому говорю, что наш убийца — предположительно сестра одного из руководителей ОСЭГ, — выдавил он с сарказмом, в котором прорывалась давняя неприязнь к Рейли и факту ее назначения на высокую должность в его же ведомстве. — Эта особа в настоящее время утверждает, опираясь, прямо скажем, на второстепенные улики, что вышеупомянутая сестра, помимо всего прочего, еще и похитила отца, намереваясь убить его.
Дэниел медленно поднялся из-за стола. Крис с любопытством посмотрел на него, ожидая, что будет дальше.
— Как, уже уходите, агент Форрест? Так скоро? — с любезной улыбкой поинтересовался О’Брайан. — Нам будет вас недоставать, поверьте…
Вместо этого Дэниел уперся руками в крышку стола, окинул взглядом членов следственной группы и раздельно, чуть ли не по слогам произнес:
— Рейли Стил — один из лучших экспертов-исследователей, с какими мне когда-либо доводилось работать. Вы должны гордиться
— Если ваша версия верна, то благодаря ее усилиям мы оказались во всем этом дерьме! — заорал Горман. — Если бы Рейли сидела у себя в Америке, все эти невинные люди, ставшие жертвами убийцы, были бы живы и по сей день!
Крис пристально посмотрел на него:
— Вы обвиняете Рейли в том, что она работает в Дублине? Стало быть, верите, что в это дело вовлечена ее сестра…
Горман молча пожал плечами, поняв, что сам себе противоречит.
О’Брайан кивнул:
— Согласен. Похоже, именно присутствие мисс Стил в наших краях заставило ее безумную сестрицу перебраться в Дублин. Как будто у нас своих собственных преступников мало…
— А как насчет моего отца? — послышался громкий женский голос. Крис повернулся на звук и, к своему большому облегчению, увидел Рейли собственной персоной, которая, воспользовавшись разгоревшимся спором, незаметно пробралась в зал заседаний и присоединилась к следственной группе. Ее лицо было мрачным и озабоченным. — Вы поможете мне найти его, пока сестра что-нибудь с ним не сделала?
— Что такое? Вы хотите, чтобы половина сотрудников нашего департамента занялась розысками вашего отца? — хмыкнул Горман. — Если верно то, что я о нем слышал, нашим людям придется начать розыски с баров на Кейпел-стрит.
— Джек прав, — согласился О’Брайан. — Мне очень жаль, Стил, но мы не в состоянии выделить вам людей для участия в том, что можно назвать кризисом ваших внутрисемейных отношений. — Он посмотрел на Делани и Кеннеди. — Из всего сказанного сегодня я сделал вывод, что мы никуда не продвинулись в плане расследования дела «табу-убийцы», и пока по нему не всплывет что-либо новое, будем заниматься такой мелочевкой, как текущая работа, ибо за нашим департаментом, если мне не изменяет память, числится больше сотни незакрытых дел…
— Всплыло кое-что новое, — неожиданно произнесла Рейли. Крис словно прирос к месту, задаваясь вопросом, что это может быть. — Я опоздала на встречу и очень сожалею об этом, джентльмены, но мне пришлось в спешном порядке завершить в лаборатории одно исследование, чтобы не загружать ваши головы непроверенной информацией.
— О какой информации идет речь? Не тяните, Рейли, выкладывайте, — нетерпеливо бросил О’Брайан.
Рейли посмотрела на Криса, после чего перевела взгляд на инспектора и твердо сказала:
— Теперь у нас есть прямое доказательство того, что моя сестра принимала непосредственное участие в убийствах, сэр. Помните простыню, на которой повесили Джима Редмонда? Ну так вот: раньше эта простыня принадлежала мне.
Глава тридцать седьмая
Вскоре после этого собрание закончилось. Как и предполагалось, Рейли была отстранена от дела и отправлена в административный отпуск.
Она сидела у себя в офисе, выгребая из ящиков письменного стола вещи, чтобы отвезти их домой, когда дверь неожиданно распахнулась и в комнату с серьезным видом вошел Дэниел. Закрыв за собой дверь, он посмотрел на Рейли и с мрачной ухмылкой сказал: