Табу
Шрифт:
Прежде чем войти в квартиру, Рейли пообщалась с миссис Келли в надежде почерпнуть дополнительную информацию о похищении отца у одного из главных свидетелей по этому делу.
— Он, когда уезжал, был в нормальном состоянии? Я прежде всего имею в виду его физическое состояние… — торопливо проговорила Рейли, не сумев скрыть прорывавшегося в голосе волнения. Что интересно, одновременно она почти автоматически отметила про себя, что от миссис Келли исходит застарелый запах табачного дыма.
— Такой, как всегда, — ответила дама, с
— Леди интересуется, не был ли Майк под градусом, — конкретизировал Крис вопрос Рейли. Та сразу поняла, что детектив хочет выяснить, не потчевала ли Джесс отца столь любезным ее сердцу пентобарбиталом или же тот по своей всегдашней привычке находился под воздействием алкоголя.
— Я бы так не сказала, — ответила миссис Келли, удивленная словами Криса. Потом, с минуту подумав, добавила: — Хотя теперь, когда вы заговорили об этом, мне пришло в голову, что его все-таки малость штормило.
— Что вы имеете в виду?
— Ну, человек он не слишком разговорчивый. Обычно из него и слова не выжмешь… А на этот раз сам заговорил о том, что к нему из Америки приехала дочь, чтобы навестить его, заняться поиском своих корней — ну и так далее в том же духе… — Она посмотрела на Рейли. — Кстати сказать, меня о Майке и его дочери уже не в первый раз спрашивают. В основном полиция… Может, случилось что?
— А Майк, случайно, не говорил, куда едет? — продолжала Рейли, проигнорировав этот вопрос.
— Нет, ничего такого. Признаться, я общалась с ним всего пару минут, да и то только потому, что вышла из квартиры как раз в тот момент, когда они с дочерью направлялись к машине. — Миссис Келли поджала губы. — Да уж, вашего отца болтливым не назовешь, хотя человек он, конечно, хороший…
Рейли кивнула.
— Ну так вот: когда Майк уходил, я предложила присмотреть за его квартирой, поскольку неизвестно, когда он вернется. Но Майк только заметил, что это было бы здорово, а куда едет и надолго ли, не сказал и сразу после этого прошел к машине.
— А машину вы можете описать? Какая она была? — спросил Крис.
Миссис Келли задумалась.
— Как я уже говорила раньше, точно не помню. Кажется, черная, довольно большая, с вместительным багажником… Честно говоря, она мало меня интересовала.
Люди вообще в основной массе нелюбопытны и ненаблюдательны, подумала Рейли, испытывая все большее разочарование от общения со свидетельницей. Миссис Келли ничего интересного им не сообщила, хотя, надо признать, о Джесс они узнали только благодаря ей.
Когда они вошли в гостиную Майка, Крис спросил:
— А что, собственно, мы ищем?
— Если бы я только знала… Впрочем, основываясь на предыдущем опыте, можно предположить, что искомый предмет должен каким-то образом выделяться, выдаваться из общего ряда, но при этом не привлекать к себе повышенного внимания. Это вещь, находящаяся не на своем месте. Возможно, фотография, клочок бумаги — короче, все, что угодно, способное
Рейли попыталась представить, что говорила Джесс и что здесь делала.
Интересно, о чем подумал Майк, когда его младшая дочь появилась на пороге? Отец, как и она сама, не знал, что Джесс освободили досрочно, и скорее всего никак не ожидал ее увидеть. Он обрадовался — или, наоборот, испугался? Объяснила ли ему Джесс хоть как-то свое появление или хранила по этому поводу молчание? Дала ли ему наркотик, чтобы сделать послушным своей воле, или он с готовностью отозвался на ее предложение? И что она сказала ему, чтобы убедить отправиться с ней в поездку, и сообщила ли, куда они поедут?
Оставив Криса обследовать гостиную, Рейли прошла в отцовскую спальню.
Обстановка в комнате была самая простая, почти спартанская. Дешевая узкая кровать с деревянным изголовьем, маленький прикроватный столик и недорогой гардероб — вот, пожалуй, и все. У комнаты отсутствовал характер, какая-либо индивидуальность. Это помещение определенно использовали лишь по прямому утилитарному назначению. О нем не заботились и сделать его уютнее или комфортнее не стремились. Здесь не было никаких украшений, за исключением висевшего на стене над кроватью дешевого стандартного постера со словами «Дом, милый дом».
«Дом, милый дом»? Вряд ли… Не похоже, чтобы мечты Майка, связанные с возвращением на родину предков, осуществились…
Неожиданно Рейли почувствовала себя виноватой в том, что уделяла отцу так мало внимания, плохо заботилась о нем. Теперь, если Джесс прибегнет к своим обычным методам, ей вряд ли удастся исправить эту ошибку. Но чего добивается сестра? Неужели она похитила отца только для того, чтобы использовать как приманку в той сумасшедшей игре, которую затеяла против Рейли?
Женщина тяжело вздохнула и присела на край отцовской кровати, надеясь, что Майк держится молодцом, где бы сейчас ни находился. Потом, совершенно неожиданно для себя, легла на постель и положила голову на подушку. От подушки исходил запах отца, мигом унесший Рейли в детские годы — в то место, где она чувствовала себя дома, в тепле и безопасности.
Рейли до сих пор помнила, как отец обнимал ее сильными руками, когда мать в очередной раз уходила из семьи и ей, Рейли, из-за этого снились по ночам кошмары. Когда она с криком просыпалась, окружающая темнота представлялась ей черной бездной отчаяния, готовой поглотить ее. Но Майк сразу же являлся на зов, прижимал дочь к себе, подставлял плечо, чтобы ей было где спрятать лицо в ожидании, когда рассеется тьма.
— У вас все в порядке? — спросил Крис, открывая дверь в спальню и останавливаясь в дверях.