Табу
Шрифт:
Грим, который в течение десяти лет наносился для того, чтобы Ив выглядела более чувственной, более неотразимой, чем она была на самом деле, теперь служил иной цели – сделать Еву похожей на множество других девушек, простых, дружелюбных и общительных.
Присутствующие в студии стали свидетелями незабываемого зрелища. Это была великолепная демонстрация актерского мастерства. Каждая сцена была сенсационной. С главной героиней – ее роль читала Кейт – Ив была весела, даже забавна, естественно мила. В ее поведении ощущалась привязанность к героине, рожденная долгими годами
Зрелище было потрясающим. В звуковой студии все затаили дыхание. Дело было не только в том, что блестящее актерское дарование Ив не могло никого оставить равнодушным. Она внесла новые штрихи в свою роль, придав ей некое трагическое звучание – молодая женщина чувствует, что многолетняя преданность своей подруге, главной героине, тает под влиянием неодолимой силы, которой является ее запретная любовь к главному герою.
Прочная, невидимая связь установилась вскоре между Ив и Кейт, когда они читали тексты своих ролей. Кейт почувствовала, что ей словно брошен вызов – такой, какого она не получала еще никогда. Игра Ив нашла отклик в ее душе и мобилизовала все ее лучшие актерские способности. Кейт ощутила, что стала лучше понимать свою роль.
К концу пробы, которая заняла почти два часа, Кейт решила для себя вопрос. Она отвела Джо в сторону и высказала ему свое мнение.
– Конечно, я не могу указывать, как тебе поступать, – сказала она. – Но мне кажется, что нужно дать ей эту роль. Нужно. Она сделает твой фильм выдающимся. И она поможет мне играть лучше, чем я играла бы без нее. Она – гений. Если во мне есть хотя бы малая часть ее таланта, я буду самой счастливой актрисой в мире.
Джо казался довольным.
– Я подумаю над тем, что ты сказала, – заметил он негромко.
Затем он оставил Кейт и пошел к своему оператору Уэйну Претеру.
– Джо, – сказал Уэйн, – Ив выглядит ужасно. Она такая помятая. У нее лицо – словно только что из химчистки.
Джо кивнул.
– Не думаю, что это проблема, – сказал он. – То, что она не сможет исправить сама, доведут гримеры. Да и потом, мне нравится, что в ней нет ее прежнего лоска. Это соответствует ее роли. Не нужно, чтобы Сьюзен была красавицей. Она – обычная девушка.
Уэйн ушел, покачивая головой. Он видел, что Джо уже все решил.
Ларри Уолш, его ассистент, высказался еще более резко.
– С ней хлопот не оберешься, когда мы приступим к съемкам, – предостерег он. – Она ни разу в жизни не играла второстепенные роли. Ни разу. Двадцать лет она была в центре внимания. Она что-нибудь выкинет, Джо, я тебя предупреждаю. Я знаю таких женщин. Если они однажды вырвались вперед, на прежнее место ты их уже не поставишь. С Ив Синклер было покончено четыре года назад. Она
Том Джианос, помреж, распределяющий роли, был последним, с кем Джо разговаривал на эту тему.
– У меня на примете есть несколько других актрис, – начал он с надеждой в голосе. – И очень неплохих. Замечательных актрис. Надо тоже дать им шанс, Джо.
Джозеф Найт отрицательно покачал головой.
– Если хочешь, пусть попробуются, – ответил он. – Но я прямо сейчас собираюсь позвонить агенту Ив и подписать с ней контракт. Она нам подходит.
Джозеф Найт сделал выбор. Настойчивая рекомендация Кейт покончила с остатками его сомнения. Пусть Ив будет Сьюзен. Если Кейт уверена, что Ив будет полезна для ее игры и фильма в целом, что ж, он рискнет иметь с ней дело.
Он никогда не боялся рисковать.
Ив услышала от Джозефа Найта хорошие новости прежде, чем покинула студию.
– Мы оформим это официально позже – сегодня или завтра, – сказал он. – Но для меня и для Кейт, вы – наша Сьюзен.
Лицо Ив осветилось.
– Благодарю вас, – улыбнулась она. – Благодарю вас от всей души. Вы не пожалеете об этом. Я вам обещаю.
– А я и не собираюсь жалеть, – возразил Джо тоже с улыбкой. – Вы сегодня были великолепны. Я знаю, что вы будете великолепны в течение всей нашей будущей работы.
Кейт тепло пожала руку Ив и поздравила ее.
– Я просто не могу дождаться репетиций, – сказала она.
– И я тоже, – кивнула в ответ Ив.
Несколькими минутами позже Ив сидела в студийном лимузине, который вез ее домой. От смога у нее заболели глаза, но голова еще никогда не была такой ясной.
Ей придется еще преодолеть множество трудностей, которые ждут ее впереди. Но все же главная – была преодолена. Рубикон перейден.
Она получила работу.
4
16 мая 1946 года
Норман Вэбб сидел в видавшем виды кресле в своем доме в Голливуде, глядя, как дым от сигареты поднимается в пыльный воздух.
За дымовой змейкой, как за экраном, сидел мужчина. Посетитель. Он устроился на кушетке, широко расставив колени, и вертел шляпу в сухих, спокойных руках.
Незнакомец обладал несколько странной внешностью. Хотя его одежда была кричащей и говорила о недостатке вкуса, он держал себя с впечатляющим достоинством. В нем было что-то уравновешенное и даже почтенное.
Но взгляд его серых глаз не был дружелюбным.
– Итак, вы просили неделю, мистер Вэбб, – сказал он. – Мы дали вам эту неделю. Теперь, мистер Вэбб, ваша неделя прошла. – Норман затянулся сигаретой. Была какая-то странная близость между этими двумя людьми – как между старыми знакомыми. Хотя посетитель представлял явную угрозу, казалось, Норману она была настолько привычна, что Вэбб был уже за гранью вполне естественного в таких случаях страха. Страх уступил место своего рода равнодушию к таким ударам. Похоже было, что Норман не чувствует никакого неудобства в присутствии врага – как и своей собственной слабости.