Табу
Шрифт:
– Уж постарайся, детка, – улыбнулся Квентин, потушив сигарету о металлическую пепельницу. – И захвати пятьдесят тысяч долларов. Этого, пожалуй, хватит.
Наступило молчание.
– Но у меня нет такой суммы, – возразила Кейт. – Ты, видно, сошел с ума.
Квентин ухмыльнулся, его губы почти касались грязной телефонной трубки.
– Вот это скверно, детка, – сказал он. – Тогда весь мир узнает, что у тебя два мужа, Кетти. Что ты шлюха и интриганка. Думаю, нам с тобой больше не о чем говорить.
– Подожди! – Он мог чувствовать, что
Квентин закурил еще сигарету. Он вовсе не спешил.
– Завтра утром я достану двадцать или тридцать тысяч долларов, – сказала Кейт. – Остальное пришлю тебе позже. Это все, что я могу сделать. У меня нет таких денег, сколько ты вообразил.
– Не попадай в глупое положение, пытаясь одурачить меня и отделаться так вот… – заметил Квентин. – Я знаю, чего стоите вы оба – ты и твой муж. Я все хорошенько разузнал, прежде чем подойти к тебе.
– Тогда ты должен знать, что я не могу взять столько денег единовременно, – настаивала Кейт. – Они не хранятся все в банке. Они – в инвестициях. Нужно время, чтобы собрать сумму наличными. Ты должен это понимать.
Опять повисла пауза. – Ну? – спрашивала Кейт, стараясь безуспешно скрыть страх в своем голосе.
– Что ж, – ответил наконец Квентин. – Принеси то, что у тебя есть, и я дам тебе адрес, по которому ты пришлешь остальное.
– Я должна быть уверена, что ты принесешь с собой все, – настаивала Кейт. – Все фотографии, все негативы. Тебе ясно?
– Детка, – хмыкнул Квентин. – Если я должен ждать, когда получу остаток моих денег, то и ты подождешь, пока я верну тебе последний негатив. Сделка есть сделка, беби…
Он улыбался, пока Кейт обдумывала его условия.
– О'кей, – сказала она. – Я подозревала, что дела пойдут именно таким образом. Но после завтрашнего рандеву я не желаю больше тебя видеть. Это будет единственная встреча. Тебе понятно?
– Конечно, золотко. Конечно. Мы поняли друг друга.
– Пока, – ледяной холод в ее голосе был красноречив. Квентин повесил трубку.
Какое-то время он лежал на дешевой гостиничной кровати, заложив руки за голову, глядя в потолок. Затем он встал и снял пиджак со спинки стула. Достал из него два конверта из манильской пеньки, открыл один из них и заглянул внутрь. В нем было с дюжину фотографий семнадцатилетней Кейт, девушки, которая выглядела старше своих лет, в объятиях Криса Хеттингера. Обнаженная, с выражением счастья на лице, счастья и блаженства, она нежно обнимала юношу, ее руки бережно касались его спины.
Квентин заскрипел зубами, когда смотрел на эти фотографии. С коротким ругательством он засунул их обратно в конверт, – внутри были также негативы, – швырнул конверт на туалетный столик. Он возьмет их с собой завтра вечером.
Потом он нагнулся, чтобы открыть нижний ящик туалетного столика. Тот был пуст. Он вытащил его и опрокинул на кровать. Затем он взял другой конверт и положил его на перевернутый ящик, нашел моток клейкой ленты, которую купил вчера, и приклеил
В этом конверте были дубликаты негативов и фотографий. Завтрашний день будет не последним, когда Кейт увидит его. Не последним!
Он надел пиджак, тщательно завязал галстук и стал с удовольствием рассматривать себя в зеркале. Уверенный, сильный, ловкий!
Ни одна женщина не была для него крепким орешком. Ни одна не могла перед ним устоять! Кейт должна была понять это много лет назад.
С этой мыслью он собрался выйти наружу, чтобы отметить свой успех небольшой выпивкой. Кроме того, он нуждался в женщине. Его встреча и сегодняшний разговор с Кейт оказали раздражающий эффект на его нервы.
Выходя из номера, он заметил выброшенный им моток клейкой ленты на дне пустой корзины для мусора. После секунды размышления он согнулся и взял его с собой, чтобы выбросить в мусорный контейнер где-нибудь на улице.
Не нужно рисковать, оставляя следы. Квентин всегда гордился тем, что заботился о мельчайших деталях своего бизнеса.
Следующим вечером он отправился в путь. Квентин выехал с большим запасом времени – не только потому, что дорога была ему незнакома, но и оттого, что вовсе не собирался прибыть ровно к назначенному времени. Кое-что задумав, он хотел иметь, по крайней мере, лишний час.
И он был готов на все. Поэтому-то и положил 38-калиб-ровый револьвер в карман.
Путешествие было долгим и приятным. Оставив город позади, он оказался на мирной и живописной горной дороге, которая мягко ложилась под колеса его «паккарда». Он миновал несколько городков, которые становились более маленькими и уютными, по мере того как он забирался выше в горы.
Когда он доехал до небольшого городка, упомянутого Кейт, остановился около указателя
«КЛИФТОН-СПРИНГС – 275»
Он свернул с дороги, согласно указаниям Кейт, и оказался на боковой, которая шла в обход деревни с горсткой домишек. Она вела прямо к озеру.
Квентин доехал до поворота на грязную проселочную дорогу с густой полоской травы посередине, чуть дальше наткнулся на большой щит, на котором было написано:
«ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ. ПРОЕЗД ЗАКРЫТ»
Он свернул туда – как ему велела Кейт. Через полторы мили он увидел домик. Он выглядел так, как его описала Кейт. «Хижина» приютилась в тени елей и кедров. Озера не было видно из-за деревьев.
Квентин нашел место, где Кейт рекомендовала ему припарковать машину. Оно было скрыто густыми кустами – так что никто из прохожих, случайно забредших в этот уголок, не заметил бы стоящий автомобиль.
Но Квентин здесь не остановился. Осмотрев местность, он нашел другую стоянку в сотне ярдов от указанной Кейт, которая была также незаметной – не только случайному человеку, но, что более важно, для всякого, кто приближался к домику дорогой, которой он сам приехал.
Он спрятал машину и прошел оставшуюся часть пути пешком.