Таинства ночи
Шрифт:
— С книгой.
— Все, что мне нужно, это деньги, Глэдстоун. И можете забирать свою книгу. Макулатура — это не моя стихия.
— Я об этом догадался. Вы, несомненно, предпочитаете деньги.
Крофт почувствовал оттенок снисходительного отвращения в голосе мужчины. Глэдстоун ударился в свой светский снобизм, подумал он. Хотя и для него денежки — не макулатура.
— Я не хочу встретить у ворот никого, кроме Изабель, Глэдстоун.
— Не беспокойтесь, за исключением меня и Изабель не осталось никого, кто мог бы встретить вас. Даллас
— И вы не собираетесь поручиться за них?
— За двоих воров, которые решили воспользоваться моей щедростью? — Глэдстоун казался возмущенным подобным предположением. — Мне и в голову не могло прийти, что они уже имели судимости. Я был потрясен, когда шериф сообщил мне об этом.
— Примите мои соболезнования. Значит, полицейские ни о чем не догадались?
— О чем догадались?! Я всего лишь жертва, невинный работодатель. Даллас и Лене еще и мотель ограбили. Они несли шерифу какую-то чепуху насчет того, что я послал их. Ну, вы понимаете. Какой здравомыслящий человек поверит таким возмутительным бредням? А тем более, их прошлое… Вот и доверяй людям.
— Да, вы правы.
— Знаете, они рассказали очень интересную историю о том, как оказались связанными в городе призраков, — задумчиво продолжал Глэдстоун. — Они заявили, что преследовали грабителя и он исчез в Бродячем Ручье. А потом на них напало привидение. Точнее, призрак. Они совсем мало помнят о случившемся. Я, конечно же, сообщил шерифу, что из моего дома ничего не пропало, а Даллас и Ленс просто были пьяны. Однако я намекнул, что, возможно, здесь замешан третий мужчина и что между ворами могла произойти размолвка. И не было никакого призрака. Просто дружок их подставил.
— Итак, сейчас шериф занят поисками третьего бандита?
— Расслабьтесь, Фальконе, не думаю, чтобы он слишком уж тщательно делал, это. Он признал, что этот человек наверняка покинул наш район, как только разделался со своими бывшими партнерами. И шерифу нравится та мысль, что проблема передвинулась за пределы его компетентности.
— Все шито-крыто.
— Мне нравится, господин Фальконе, когда все гладко.
— Мне тоже. Убедитесь, что Изабель будет у ворот на рассвете. — Он повесил трубку.
Мерси сидела на кровати, вопросительно глядя на Крофта. Ее руки были сжаты в кулаки, а глаза казались удивительно большими.
— Итак? — спросила она.
— Все улажено. Глэдстоун думает, что я просто мелкий жулик, который вернет ему книгу за пятьдесят тысяч.
— Немаленькая сумма. Крофт пожал плечами.
— Я назвал сумму с таким расчетом, чтобы провернуть с ним сделку, однако она не должна была быть слишком большой, чтобы он не подумал, что я считаю эту книгу бесценной для него. А пятьдесят тысяч долларов вовсе не такая уж сумасшедшая сумма для такого человека, как Глэдстоун.
— Все относительно, — согласилась Мерси со вздохом. — На эти деньги я могла бы открыть несколько книжных магазинов.
— Не все относительно.
— Я знаю. Правильно заваренный чай, честь и месть.
— И любовь.
Она будто не слышала. Напряженно всматривалась в его лицо.
— Итак, что теперь? Я слышала, ты сказал, что собираешься встретиться с неотразимой Изи на рассвете. Но поездка в горы не займет у тебя всю ночь. Самое большее — часа четыре. Поверь мне, я считала каждую минуту прошлой ночью. Если ты выедешь сейчас, то к восьми часам уже будешь на месте.
— Я планировал прибыть туда часам к девяти. Предпочитаю работать в полной темноте.
Мерси вздохнула.
— Ты ведь на самом деле не собираешься встретиться с Изабель утром, не так ли? Ты проберешься в имение сегодня ночью.
— Я хочу, чтобы к рассвету все закончилось, — сказал Крофт.
Мерси снова вздохнула и медленно встала.
— А как же Изабель?
— Мне наплевать на Изабель. Мне нужен Глэдстоун.
— Ты уверен, что он — Грейвс? — тихо спросила Мерси.
— Я уверен. Но даже если бы он и не был Грейвсом, то теперь я все равно бы вернулся.
— Потому что он послал Далласа и Ленса убить нас?
— Потому что он собирался убить тебя после так называемого несчастного случая в бассейне, и потому что он послал Далласа и Ленса убить тебя, после того как нам удалось сбежать с вечеринки. — Крофт тоже поднялся.
Возможно, Глэдстоун не понимал, что в тот момент, когда приказал Далласу и Ленсу избавиться от Мерси, он подписал свой смертный приговор. Глэдстоун этот человек или Грейвс — теперь было не важно. Он заплатит за все. И не только за то, что произошло три года назад. Была и еще одна причина — Мерси Пеннингтон. И значит, Крофт должен довести начатое до конца.
Мерси Пеннингтон. Она недавно призналась, что любит Крофта Фальконе.
— Крофт? — Мерси в волнении наблюдала за ним.
— У меня есть час до того, как нужно будет уехать, Мерси. Я хочу заняться медитацией. Мне нужно освободить мой мозг.
— Да, но что… насчет меня?
— Здесь ты будешь в безопасности. Никто не знает, где ты.
Она подскочила как ужаленная. Лицо ее было бледным от злости.
— Я и не говорю о безопасности. Я хочу поехать с тобой.
Он покачал головой.
— Ни в коем случае. Ты и так уже довольно подвергалась опасности из-за меня. Я не возьму тебя с собой.
— Но, Крофт, я ведь тоже с этим связана. Я не хочу, чтобы ты один распутывал этот клубок.
Он видел, что она говорит совершенно серьезно. Маленькая глупышка, она не понимает, насколько это опасно:
— Забудь об этом. Мерси. Я отправлюсь один. Я всегда действую в одиночку.
— Тебе может понадобиться помощь.
— Нет.
— Черт бы побрал тебя, ты упрям как осел. Ты хочешь быть один? Пожалуйста. Тебе никто не нужен? Прекрасно. Но попомни мои слова: когда-нибудь ты будешь умирать от одиночества. И никто не спасет тебя. Никто!