Таинственный всадник
Шрифт:
– Раньше я никогда не сталкивался с неприятностями.
– А теперь вы мне собираетесь сказать, что никогда не встречали и шлюх вроде Дорис Райли, да?
Винсент посмотрел ему прямо в глаза.
– Не собираюсь. Абсолютно искренне – нет. Она из тех, кто может все.
– Похвальный талант, я уверен. Если бы я знал, что энергичная пара губ может так быстро лишить вас здравого смысла, я бы поискал другой путь для перевозки наших товаров из Лондона.
Винсент стиснул бокал, из которого только что пил коньяк. Его кулак был похож на кусок ветчины, и ему очень
– Я делаю вывод, что вы не получили от ваших осведомителей сведений, не пытался ли кто-то продать драгоценные камни, которые Старлайт украл у вас в ту ночь.
Винсент покачал головой:
– Сейчас полно проклятых французов, которые закладывают свои семейные реликвии, и трудно выйти на след продавца, продающего краденое. Кроме одного ожерелья, и нам с этим повезло. Старлайт, кажется, довольно хорошо осведомлен, и у него крепкие связи.
– И мозги, – словно размышляя, сказал Рос. – Он, вероятно, нарушил не один договор, и если так, то он мог бы продавать драгоценные камни по одному, по мере надобности, и жить с комфортом еще много лет.
– Если это так, – пробормотал Винсент, – никто уже не сумеет вернуть нам камни.
– Что ж. Но в конечном итоге Старлайту придется искать покупателей для крупных вещей, и когда он сделает это…
– Факт воровства зависнет на нем, – фыркнул Винсент. – Его будут обвинять, а не нас.
– Нет, – пробормотал Рос с ненавистью. – Не нас, нет. Но он наверняка попробует продать какую-нибудь вещь из гарнитура с рубинами, а половина Лондона видела, как вы застегивали его на шее вашей невесты. И тогда что?
– Я об этом не думал. Понятия не имел.
– Вы понятия не имели. Вы действовали, совершенно не думая о другом моменте, скандальном, и я смею назвать это непростительной глупостью – представить вашу невесту в драгоценных камнях, в которых она сама и половина эмигрантов с готовностью признают собственность герцога де Блоиса. – Рос искоса посмотрел на Винсента. – Вы принесли их?
Винсент отставил пустой бокал в сторону, снова наклонился вперед и пошарил внутри потайного буфета, в самой задней его части. Он вытащил синюю бархатную коробочку. Щелчок пальца – и слетел крошечный золотой запор, а когда Винсент снял крышку, свет упал на блестящее ожерелье из рубинов и алмазов.
Змеиные глаза Роса округлились. Ожерелье лежало в середине коробочки, на ложе из бархата. Семь рядов рубинов, каждый в кольце крошечных алмазов, нанизаны на золотую цепь, звенья которой вырезаны в виде чешуек. В каждом следующем ряду камни были крупнее, а самый большой камень – рубин размером с яйцо малиновки – вставлен так, что казалось, дракон держит его в своих челюстях. Серьги были прикреплены к бархату повыше ожерелья, а браслет лежал поперек донышка.
– Какое изящество! – выдохнул Рос. – И просто бесценно.
Винсент хихикнул.
– Если вы так думаете, то вы показываете
Рос быстро взглянул на него.
– Что вы имеете в виду? Это рубины «Кровь Дракона»?
Вместо ответа Винсент полез во внутренний карман и через секунду вынул камень.
Положив его на пол кареты, он ударил по нему что было силы каблуком, и тот рассыпался. Когда Винсент убрал ногу, вместо рубина Рос увидел кучку грубого розового порошка.
– Стекло, – объявил самодовольно Эдгар Винсент. – На оригинал очень похоже, рядом с подлинными камнями эти выглядят совершенно настоящими. – Когда он увидел лицо Роса, его губы скривились. – Вы ведь не думали, что я собираюсь держать подлинный гарнитур в опасном месте?
– Вы, конечно же, намеревались открыть мне правду…
– Я сообщаю вам ее теперь, не так ли? – Он схватил бутылку и плеснул себе изрядную порцию.
– Вы могли бы сказать мне и раньше.
– И испортить удовольствие от неожиданности? Ну и какая разница, если бы вы узнали раньше? Вы ведь не собирались украсть их для себя, не так ли?
– Не будьте смешным. Какая мне нужда красть драгоценности, которые, смею поклясться, я никогда не смог бы показать публично или продать без того, чтобы в одно прекрасное утро не оказаться на крючке? – Он сделал паузу, чтобы вернуть самообладание, и выдавил бледную улыбку. – А настоящие камни?
Винсент поджал губы и покрутил бокал в руках. Он кивнул, указывая тайник под сиденьем, и на сей раз Рос наклонился и залез внутрь, вынимая вторую, похожую коробку из черного бархата. Он сел, положил ее себе на колено, нажал на запор и поднял крышку.
Гарнитуры были похожи как две капли воды, но когда он наклонил коробочку, чтобы поймать солнечный свет, настоящие камни ожили. Алмазы сверкали искорками, а рубины переливались всеми оттенками красного цвета. Он отложил коробку на секунду и, схватив синюю, положил рядом, и тогда различие оказалось по-настоящему заметным.
– Как я и говорил, – Винсент бокалом указал на стразы, – их можно принять за оригинал.
– Удивительно, – пробормотал Рос, глядя то на один гарнитур, то на другой. – Они превосходны. Но ей-богу, это просто удача. На прошлой неделе с Пакстоном была настоящая истерика: он услышал, что кто-то их разыскивает. Агент французского правительства, человек по имени Депардье, знает, что гарнитур «Кровь Дракона» объявился в Лондоне.
– Хорошо, теперь у нас есть поддельные драгоценные камни, их мы и будем показывать.
– Действительно, если кто-то попросит провести экспертизу – ради Бога, если есть желание.
Лицо Винсента исказила гримаса.
– Из-за этого вы вызвали меня сюда, в Гарвуд-Хаус, словно конюшенного лакея? Или вы считаете, есть шанс, что кто-то в этом… – он пытался найти особенно уничижительные слова, – блестящем обществе проявит излишнее любопытство – захочет проверить стеклышки?
– Я вызвал вас сюда, – сказал Рос, – поскольку я только что обнаружил, что у нас возникла другая проблема.