Так далеко, так близко...

Брэдфорд Барбара Тейлор

Перелистав альбом, я нашла серию фотографий Себастьяна, которые я сделала в то лето, когда мы отдыхали в Нантакете. Больше всего я любила снимок, на котором Себастьян стоит с беззаботным видом на палубе парусной лодки, принадлежавшей его другу Леонарду Марсдену. Лодка называлась «Мошенник», и иногда мы подшучивали, что название вполне соответствует хозяину, Леонарду, который был порядочным повесой.

Рубашка Себастьяна, белая, с открытым воротом, подчеркивает его темный загар, и вид у него такой юношеский и такой беззаботный, что у меня перехватило дыхание, когда я посмотрела на

снимок. Волосы взъерошены ветром, очень синие глаза под темными бровями: ему был тогда сорок один год, но, конечно, он не выглядит сорокалетним. Совсем не выглядит.

И неделю назад, за ленчем, ему нельзя было дать пятьдесят шесть лет.

Я сказала ему об этом, как-то к слову пришлось, и он радостно рассмеялся, очевидно польщенный и довольный моим комплиментом. А потом ответил мне, что я тоже выгляжу лет на десять моложе.

Тот ленч проходил в атмосфере взаимного восхищения. Я погладила его руку, лежащую на столе, и сказала ему, что мы оба как будто не подвластны времени.

Это замечание еще больше восхитило его.

– Ты всегда была моей любимицей, Виви. Я вдруг понял, как мне не хватает тебя. Нам нужно видеться с тобой почаще, дорогая моя девочка. Жизнь слишком коротка, и нужно проводить больше времени с тем, кто тебе по-настоящему дорог.

Я напомнила ему, что он безостановочно колесит по всему свету, в то время как я сижу в Нью-Престоне или Лормарэне, и найти меня очень просто.

– Не беспокойся, Виви. Я найду тебя и приеду, – пообещал он, с улыбкой глядя мне в глаза. И я знала, что он так и сделает. Но этого уже не будет. Теперь не будет. Никогда.

Грустно вздохнув, я пролистала несколько страниц и остановилась на снимках, сделанных в том же году во время зимнего отдыха в Солнечной долине в Айдахо. Дальше шли снимки следующего лета – вручение диплома в Веллесли, их я пропустила.

Мгновение я помедлила над страницами, заполненными фотографиями нашей свадьбы. Я была тогда во всем блеске своей молодости, – хорошенькая невеста в коротком платье из белого шелка с букетом белых роз, не отрывающая взгляда от своего красивого жениха, не видящая никого, кроме него.

Я обожала Себастьяна, и это было так очевидно и так трогательно, что у меня перехватило горло, когда я вспомнила о годах, прожитых нами вместе.

Я откинулась на подушки, глядя в пространство и размышляя.

Свадьба была в июле 1980. В то лето мне исполнилось двадцать два. Сразу же после окончания колледжа.

Годом раньше, когда мы с Себастьяном стали любовниками, я не хотела возвращаться в колледж. Я хотела быть с ним, путешествовать с ним, все время быть рядом.

Он же и слышать не желал о том, чтобы я бросила учебу. Он считал, что я обязана завершить образование и получить диплом. Это была первая наша настоящая ссора. Конечно, мы тут же помирились, поскольку ни один из нас не способен был затаить в душе недоброе.

И я без труда вспомнила, как мы сшиблись из-за этого рогами и как мы оба были потрясены, когда во мне проявилось мое упрямство, неподатливость и решимость идти своим собственным путем. Выиграл Себастьян. Я проиграла. Но он понял, что нашел себе достойную пару. Что касается меня, я была ошеломлена. Я и не знала, что

могу быть таким чертенком.

С самого начала нашей связи я надеялась, что он попросит меня выйти за него замуж. И все-таки его предложение удивило меня и застигло врасплох. Он очень беспокоился из-за разницы в двадцать лет, которая была между нами. Меня это не волновало ни в малейшей степени: он был так юношески молод во многих отношениях, что я воспринимала его как ровесника.

– А кто у нас будет шафером? – спросил Себастьян за несколько недель до свадьбы.

В конце концов мы решили, что это будет Джек. Мы вместе росли, он и я, и он был мне практически братом.

Бракосочетание состоялось на ферме Лорел Крик в присутствии местного судьи, давнишнего знакомого Себастьяна. Церемония проходила в прекрасном саду, обнесенном стенами, по которым вились розы. Она была проста и непродолжительна, а по ее окончании для присутствующих друзей и членов семьи был дан завтрак в шатре на лугу. Вечером мы с Себастьяном уехали в Нью-Йорк, счастливые тем, что сбежали ото всех, что остались одни, что, наконец, поженились.

На следующее утро мы отправились в Африку, где собирались провести большую часть медового месяца.

Первая остановка была в Лондоне, в отеле «Кларидж» – Себастьян заказал для нас комнаты, и мы прожили там две недели. У Себастьяна в Лондоне были дела, и к тому же он хотел, чтобы я как следует экипировалась для путешествия по Африке.

– У тебя должна быть подходящая для этого одежда, Виви, все должно быть практичным и удобным. Нам придется быть под палящим солнцем и постоянно в пути, – объяснял он.

Я бывала в Лондоне всего дважды, оба раза с матерью и ба Розали, и пожить здесь с мужем было очень приятно.

Я познакомилась со множеством друзей Себастьяна: мы присутствовали на фешенебельных завтраках и элегантных обедах, ходили в оперу в Ковент Гарден и посмотрели несколько спектаклей в Вест-Энде. Я наслаждалась каждой минутой. Я была влюблена до безумия, и он тоже, как мне казалось. Мы много времени проводили в постели, доставляя друг другу массу удовольствия. Он ласкал меня со знанием дела, баловал безудержно, одевал по последней моде и с гордостью всем меня показывал.

Однажды, в первую неделю нашей лондонской жизни, Себастьян повез меня по специальным магазинам, чтобы купить мне одежду, подходящую для Восточной Африки, куда мы решили отправиться. Он купил для меня легкие хлопчатобумажные брюки, хлопчатобумажную куртку в стиле «сафари», хлопчатобумажные рубашки с короткими рукавами, а также четыре пары замечательных ботинок из мягкой кожи и несколько широкополых войлочных шляп для защиты от солнца.

После двух недельного пребывания в Лондоне мы вылетели в Найроби. Там должна была быть наша база в течении трех-четырех месяцев, которые Себастьян планировал провести в Африке. И я до конца дней своих не забуду этих месяцев в Кении. Я была опьянена моим мужем, потрясена своим замужеством, всем, что мы испытали с ним вместе, но сама Африка захватила меня в первый же миг, как только я ступила на ее землю. Это было одно из самых захватывающих по красоте мест, виданных мною в жизни, и меня охватило благоговение.