Такса
Шрифт:
— Это мы сейчас.
Шелестит телефонным справочником, набирает номер.
— Александр Алексеевич? Приветствую, Тихомиров. Да что ты напрягся-то так сразу? Не буду я тебя за не вовремя предоставленные данные по регрессам… гхм… ругать. Ну, или, по крайней мере, не сейчас. Сейчас мне нужна информация. Скажи-ка мне, какую помощь вы оказываете вашему университету? Почему против? Не против. Мне вообще все равно, если честно. Данные нужны. Я понимаю, что ты не в курсе. Кто в курсе? Ага, записываю. Это кто? Понял, спасибо. Ну
Опять тыкает кнопки телефона.
— Галина Юрьевна? Здравствуйте. Это Дмитрий Иванович Тихомиров, директор правового управ… Вот как? Очень рад, что моя слава бежит впереди меня. У меня пара вопросов к вам. Следующего характера…
Димка что-то выясняет, переспрашивает, чиркает на листе бумаги. Наконец, он заканчивает разговор, а Олег с удивлением осознает, что за это время успел выпить весь кофе. Даже не почувствовав вкус. Что, собственно, и к лучшему, наверное.
— В десятку, Олег. Они очень плотно работают с универом. Объемы сотрудничества в разы больше, чем у нас. Ну, это и обоснованно, наверное. Там университет мощный. У них даже СП (Совместное Предприятие — прим. автора) какое-то есть. Нам это на руку?
— Если все получится, как я планирую, то — да!
— А что ты планируешь?
Олег вздыхает. Он понимает, что собирается просить много. Но возможности в данном вопросе у него ограничены, и поэтому… Попробовать стоит, в любом случае.
— Дим, я понимаю. Я очень многое прошу. Я пойму, если ты не согласишься. Мы многим рискуем, ты — в первую очередь.
— Олег, давай без прелюдий!
— Ты жене своей тоже так говоришь?
— Баженов, твою мать! Ты можешь просто сказать, что ты придумал?!
Олег вздыхает. Димка прав, он ведет себя как ребенок.
— Хорошо. Слушай. Мне нужен карт-бланш в переговорах с ректором. Вплоть до того, что если они не соглашаются на мои условия, холдинг прекращает всякую финансовую помощь университету. Отзывает свои активы из СП. В общем, перекрывает все денежные краны. Я очень надеюсь, что это будет блеф с моей стороны. И до этого дело не дойдет. Но сам факт. Таких полномочий. На кону большие деньги, репутация.
Тихомиров задумчиво постукивает пальцем по верхней губе.
— Хороший план. Мне нравится. Изящно. А чего ты хочешь добиться от ректора?
— Восстановления справедливости.
— И мира во всем мире?
— Ты же понимаешь…
— Не понимаю.
— Хочу, чтобы Жене вернули отобранную у нее кандидатскую диссертацию.
Дмитрий изучающе смотрит на Олега.
— Это не просто, думаю. Как ты себе это представляешь?
— Это не мои проблемы. Захотят — придумают что-нибудь.
— Страшен ты в гневе, Олег Викторович.
Дмитрий встает, начинает ходить по кабинету.
— Впрочем, знаешь… Чисто технически —
— Не только этим. Еще я хочу, чтобы этого козла уволили. Я понимаю, Дим, что это сложно. Поэтому мне нужны максимальные полномочия. Чтобы было чем оперировать.
— Ну что ж, — Димка садится обратно за стол, — давай быстренько придумаем, что соврать таможне по поводу их последнего бреда. Чтобы мне было чем оперировать в разговоре с Эдиком, когда буду выбивать тебе титул пэра.
— Так ты… согласен?
— Конечно. А ты что, сомневался?
Олег смущенно молчит.
— Дурак ты, Баженов. Хоть и гений.
— Олег Викторович! Рад, очень рад! Будем знакомы!
Олег с совершенно непроницаемым лицом отвечает на рукопожатие. По-хозяйски устраивается в кресле перед столом ректора. Хозяин кабинета — сама любезность.
— Могу я вам предложить кофе? Или может быть, чай?
— Нет, спасибо. Давайте сразу к делу.
— Хорошо. Вы хотели обсудить детали нашего сотрудничества?
— Именно.
— Олег Викторович! Это совершенно невозможно!
— Полностью с вами согласен.
— Да нет, вы не поняли. То, о чем вы рассказали — этого не могло случиться!
— Иными словами — я лгу?
— Уффф… Да нет. Просто…
— Наведите справки. Переговорите с заведующим кафедрой генетики. Если он не дурак, то и сам все уже понял.
— Я переговорю. Обещаю. Но пока…
— Нет. Никаких «пока». Вы можете сколько угодно выяснять и собирать информацию. Но условия я вам озвучу сейчас.
Ректор нервно ослабляет галстук. Ему уже плевать, какое впечатление он производит на этого холеного скучающего хлыща, который с хирургической точностью обрисовывает перед ним возможные перспективы отказа от сотрудничества. Под ногами у ректора разверзаются бездны. И нет им числа.
— Олег Викторович… — в голосе ректора, помимо его воли, отчетливо слышны просящие интонации, — может быть, мы как-то с вами договоримся? Какой у вас лично интерес в этом деле?
— Огромный. Но вас это совершенно не касается. Условия я вам изложил. Достаточно подробно?
— Да. Но…
— Какие «но»? Неужели вам самому все равно, что у вас в университете творится такой бардак? Что одних лишают полагающихся им научных званий, а других… — Олегу на одну миллисекунду изменяет самообладание, и лицо его перекашивает гримаса гнева. На его счастье, ректор занят, вытирая платком лоб. И лицо Олега быстро принимает надменное скучающее выражение. И он продолжает: — Это все исключительно в ваших интересах. Вы и чистоту научного коллектива поддержите, и финансово университет не пострадает. Не понимаю, о чем тут можно думать.