Талиесин
Шрифт:
Харита не сопротивлялась, копя силы. У подножия холма воин опустил ее на землю, чтобы переложить на другое плечо. Это ей и требовалось.
Она отскочила вбок и лягнула противника в колено. Тот с криком повалился на землю. Прежде чем его товарищи сообразили, что к чему, Хариту уже отделяли от них четыре прыжка. Превозмогая боль, она побежала по склону вверх.
На взлобье холма один из преследователей ее настиг, ухватил за руку и развернул. Она потянула руку на себя и в тот же миг резко вскинула колено. Противник задохнулся и, упав на землю, покатился, держась за пах. Второй
Следующие два появились вместе: они набросились на нее с двух сторон, держа в руках кинжалы. Каждый раз, как они наскакивали, Харита легко уворачивалась. Воины сыпали проклятиями и снова кидались на нее. В какой-то раз ей удалось увернуться, но кинжал зацепил рукав. В тот же миг она очутилась во вражеских руках.
— Поймал! — крикнул нападавший. — Коли ее!
Его товарищ выхватил кинжал и побежал к Харите. Она выждала, пока он приблизится, а потом просто подняла обе ноги и уперлась ему в грудь. Инерция его разгона выбросила Хариту в воздух. Она перелетела через того, кто ее держал, легко, будто подброшенная быком. Нападавшие столкнулись, и один из них рухнул на землю с ножевой раной в боку.
Она снова была свободна, но кроме уцелевшего врага оставались еще двое, и они медленно наступали, сжимая мечи. Спина болела нестерпимо, мышцы одеревенели. Щеку и подбородок дергало, перед глазами все плыло.
Преследователи заходили с трех сторон. Харита уже знала, как ей поступить, и спокойно подпустила их поближе. В тот миг, когда они ринулись на нее, она прыгнула вперед, вниз по склону, и покатилась, успев сбить одного с ног.
В следующее мгновение она уже вскочила и побежала со склона. У основания она рухнула плашмя, попыталась встать, но на нее накатила дурнота. Она услышала топот и, стиснув зубы, повернулась лицом к нападающим.
Враги замерли на склоне чуть выше Хариты, но смотрели не на нее, а куда-то вдаль. Она вывернула голову. По прибрежной равнине скакали всадники. Все, это конец — от верховых не убежишь.
Трое преследователей закричали. Мимо Хариты неслись кони, воздух наполнился криками, но все это было далеко-далеко и не имело больше никакого значения. Она положила голову на траву и погрузилась в свою боль. Темный столб дыма висел между небом и землей, медленно растворяясь на ветру. Харита почувствовала, как вместе с ним растворяется ее замутненное сознание, и закрыла глаза.
Солнце припекало лоб, и Харита проснулась. Со всех сторон ее держали руки, сверху нависло чье-то лицо.
— Пить, — сказала она, и в то же мгновение к губам поднесли кубок. Она отхлебнула холодной воды, еще раз взглянула на лицо и узнала его. — Киан!
— Мои воины встревожены, — весело сказал он. — Они боялись, что так и не смогут поблагодарить свою спасительницу. — Он улыбнулся и с облегчением хохотнул. — Я сказал им: вы не знаете мою сестрицу, коли думаете, что армия Сейтенина сможет ее одолеть. Этим скотам еще повезло, что мы подоспели, иначе ты
— Киан, я…
— Лежи, лежи. Где болит?
— Спина… старое увечье. — Она попыталась улыбнуться.
— Сможешь сесть в седло?
Она помотала головой, и перед глазами снова поплыли крути.
— Вряд ли.
Киан подозвал одного из своих людей, тот кивнул и торопливо пошел прочь.
— Скоро здесь будет повозка, — сказал Киан. — Отдыхай пока.
— Мне надо с тобой поговорить.
— Потом.
— Нет, сейчас.
Киан потянул за кожаный ремешок под подбородком, снял украшенный перьями шлем и опустился рядом с Харитой. Она увидела рассыпавшиеся по плечам черные кудри и бородку — ни дать ни взять Аваллах.
— Что ты здесь делала — кроме того, что спасала наши жизни?
— Ждала тебя.
— Ты знала, что мы поедем этой дорогой?
— Лиа Фаил… я попросила Аннуби взглянуть.
Киан кивнул, потом спросил:
— Для чего?
— Мне надо было с тобой поговорить. Я ничего не знала про засаду. Аннуби ее не видел.
— Мы бы тоже ее не увидели, если бы ты не развела огонь. — Он снова улыбнулся, на этот раз от радости. — Малютка Харита, я и не надеялся тебя больше увидеть. Семь лет — и ни единой весточки, и вдруг ты появляешься… Чего ж ты такого надумала мне сказать, что ради этого надо было побороть отборнейших воинов Сейтенина?
Вопрос прозвучал, а она не знала, какими словами ответить. Слова — хилые, корявые сосуды, куда им вместить истину.
— Мне нужна твоя помощь, Киан. Знаю, только ты один меня и выслушаешь.
— Я весь внимание.
— Киан, времени мало, — сказала она, и тут слова хлынули потоком. — Надо быть готовыми… это конец… все это… вся эта война… бессмыслица. Надо приготовиться… все кончено, Киан… Надо…
Он перебил ее.
— Погоди, не части. К чему приготовиться? Что кончено?
Она замялась, потом раскинула руки, будто хотела обнять все вокруг.
— Наш мир, Киан. Атлантида погибнет. Очень-очень скоро. Надо приготовиться.
Мгновение брат смотрел на нее.
— Если все погибнет, — произнес он медленно, — какая разница, будем ли мы готовы?
— Надо покинуть эту землю, — сказала она.
Он пожал плечами и ласково улыбнулся.
— И куда же мы поплывем?
— Ты мне не веришь.
— Я и прежде слышал такие толки, Харита. Мне странно, что ты в них веришь.
— Это не толки, Киан. Стала бы я рисковать жизнью, чтобы сообщить тебе слух, подхваченный на рыбном рынке?
— Почему ты вообще обращаешься ко мне? Я не царь.
— Ты прекрасно знаешь, почему. С отцом говорить бессмысленно. Эта женщина опаивает его невесть чем, чтобы он не соображал.
— Ты так думаешь?
— Ты что, ослеп? Конечно, опаивает. Но я к тебе не за этим. — Она попыталась сесть, но от боли перехватило дыхание.
— Лежи, лежи, — успокоил Киан. — Скоро будет повозка.
— Тебе-то что? Я только даром теряю время.
— Если бы я согласился дать тебе корабли…
— Мне?! Ты что, издеваешься? Дай этой полоумной пару щелястых лодчонок, и пусть уплывает на все четыре…