Талисман
Шрифт:
Джек подумал, что под маской «важной птицы» Варвик на самом деле трус.
А Ферда Янклоффа с ними не было.
Джек оглядел всех присутствующих. Если это называется «общаться друг с другом», то что было бы, если бы Варвик вдруг объявил тихий час. Все расселись вдоль стен, и молча принялись рассматривать свои руки. Они не хотели «общаться». Они хотели выслушивать чужие покаяния и каяться сами.
Джек напряжённо думал: «Его нет здесь, потому что они убили его. Все они сумасшедшие. Если бы им предложили выпить отраву, они, наверное, вежливо поблагодарили бы и выпили».
Он
Они бы сделали это, если бы Солнечный Гарднер предложил им. «Они бы выпили; они могли бы по его приказу придушить меня и Волка. Ферд был прав — они видят в моем лице что-то такое, что связывает меня с Территориями, и поэтому слегка влюблены в меня… И Гек Баст тоже… Хотя этот болван не способен любить. Да, они немного влюблены в меня, но Гарднера любят гораздо больше. Они — сумасшедшие».
Все это мог сказать ему Ферд, и, сидя здесь, в общей комнате, Джек представил, как Ферд говорит ему это.
Он рассказывал Джеку, что в Солнечный Дом поместили его родители, новообращённые христиане, которые проводили свои дни в молитвах. Никто из них не понимал Ферда, который был сделан из другого теста. Они считали, что Ферд — дитя дьявола, коммунистический, радикально-гуманистический перерожденец. Когда он сбежал из дома в четвёртый раз и был пойман все тем же Фрэнки Уильямсом; его родители приехали в Солнечный Дом, куда перед этим заточили Ферда, и отлично поладили с Солнечным Гарднером. Они нашли здесь решение всех своих проблем, которые возникали в связи с их неугомонным сыном. Солнечный Гарднер обратит их сына лицом к Господу. Он станет щитом на его пути. Он примет его из их рук и изолирует от улицы.
— Они прочитали про Солнечный Дом в «Санди рипотс», — говорил Ферд Джеку. — И прислали мне открытку, где писали о том, что если бы не Солнечный Дом, то вскоре я горел бы в геенне огненной. Я написал им ответ
— Рудольф тайком отправил его. Дольф — отличный парень. — Он помолчал. — Ты ведь знаешь, что я подразумеваю под словами «отличный парень», Джек?
— Нет.
— Тот, кого можно купить, — сказал Ферд и зло рассмеялся. — Дольф стоил мне два бакса. Итак, я написал им письмо, где говорилось, что все прочитанное ими в «Санди Рипотс» про смирительные рубашки и карцер — правда. О, они не смогли доказать это. Наш шеф — большой ловкач. И ты со своим приятелем ещё испытаешь это на собственной шкуре.
Джек сказал:
— Эти парни из «Санди Рипотс» всегда легко берут людей в оборот. Так говорит моя мама.
— О, он очень хитрый. Когда они приехали сюда, он изобразил для них рай, но неделю перед этим мы пожили в аду. Он был замороженным, как Снежная Королева. Именно тогда он сбросил Бенни Вудрафа со ступенек третьего этажа, найдя у него комиксы. Бенни три часа был без сознания, и до сих пор не может вспомнить, кто он и откуда.
Ферд помолчал.
— Он знал, что они приедут. Так же, как он всегда знает, когда нагрянет проверка. Он прячет смирительные рубашки в кладовую и делает вид, что карцер — это просто сарай.
Ферд
— Знаешь, что сделали мои предки? Они отослали Гарднеру ксерокопию моего письма. «Для моего же блага», — написал в следующем письме мой папочка. Ну а потом, конечно, меня посадили в карцер.
Вновь резкий смех.
— Скажу тебе и другое. Он не убивает детей. Они просто исчезают — не без его помощи, конечно.
«Как теперь исчез и сам Ферд», — подумал Джек, глядя, как Волк меряет шагами комнату. Руки мальчика были очень, очень холодными. Он вздрогнул.
Кажется на Волке прибавилось волос. Так быстро? Конечно, нет. Но это скоро произойдёт.
«А кстати, Джек, пока мы сидим здесь, думая об опасности этого сидения — как там твоя мама? Как там Милашки Лил, Королева Бродвея? Худеет? Испытывает боль? Чувствует ли она, как что-то гложет её изнутри, пока ты сидишь в этой тюрьме? Участвует ли Морган в распространении метастазов?»
Мысль о смирительной рубашке заставила его вздрогнуть, и он почти наяву увидел карцер — металлический ящик на заднем дворе, куда запирают непокорных.
— У него есть лицензии на производство денег, — говорил Ферд, пока они собирали булыжники на Дальнем Поле. — Его религиозные представления все время крутят по радио и кабельному телевидению. Мы — его капитал. Мы поем по радио. У него есть Кейси — домашнее радио и телевизор одновременно. Кейси записывает на плёнку каждую заутреню и снимает видеофильм на каждой вечерне. Все это он монтирует вместе, но это ещё не все. Кейси — хранитель очага. Видел ли ты «жучок» в своей комнате? Это он устанавливает «жучки». Все, что мы делаем, видно на экранах в его комнате, куда есть выход из офиса Гарднера. «Жучки» записывают и разговоры. Кейси прослушивает их и все подозрительное сообщает Гарднеру. Он сделал для Гарднера радиотелефон.
Ферд гримасничал и кривлялся.
— Ты заблуждаешься, — осторожно сказал Джек.
— В отношении Солнечного Дома я не заблуждаюсь. Гарднер богат, хотя и не рекламирует это. Одна женщина подарила ему талисман, охраняющий от дьявольского сглаза; я повторяю, он всегда знает, когда придут с проверкой. Тогда мы убираем это место с головы до ног. Баст прячет смирительные рубашки в кладовую, а карцер заполняет бобами. И когда они приходят, мы идём в класс. Много ты видел здесь классов?
— Ни одного.
— Ни одного, — согласился Ферд, и вновь цинично хохотнул. Его смех можно было перевести так: «Представляешь, что я обнаружил? Я должен буду здесь умереть, если ничего не переменится. Но во всем есть своя хорошая сторона. Ты ведь понимаешь меня?»
Таков был ход мыслей Джека в тот момент, когда цепкие пальцы вцепились в его ухо и сдёрнули со стула. Он увидел круглое, как луна, лицо Гека Баста.
— Мы с преподобным как раз были в Манси, когда в местную больницу привезли твоего дружка, — сказал Баст и кровь пульсировала в его пальцах. Джеку было очень больно. Он застонал, и Гек довольно засмеялся. — Он как будто побывал в микроволновой печи. Врачам понадобится много сил, чтобы вытащить его.