Там...
Шрифт:
Оставив себе нож и телефон, все остальное запихнула обратно в сумку, одела кроссовки. Аккуратно упаковала туфли, потом, подумав, зашвырнула их подальше в кусты. Вряд ли после прогулки по лесу мокрая грязная замша подлежит восстановлению. Лишний вес.
Закинув сумку на плечо, огляделась с мрачной решимостью – за неделю должна выбраться. Куда идти – я не представляла. Из школьного курса помнила про мох с северной стороны и про полярную звезду, еще про ширину кольцев на срезе дерева. Мох рос одинаково со всех сторон, пеньков не было, звезд тоже не видно. Эх, сюда бы Вадима. Интересно, как ботаны типа него ведут себя в стрессовых ситуациях? Кидаются в панику? Или его не оставила уверенность даже тут и он бы точно
Упорно тянуло в одном направлении. Решив, что сейчас лучше довериться шестым чувствам, зашагала туда.
***
Демон дремал. Приятное тепло после пищи разливалось по нему, и он томно плескался в этих волнах. Пришло долгожданное насыщение, пусть ненадолго, но такое приятное.
Зашевелился усик, выдергивая из сладострастной неги. Что-то новое прошло сквозь него. Демон насторожился – родилось дитя? Ребенок, появившийся на свет, тут же невидимой ниточкой связывался с хозяином усика. Но непохоже, нить была четкая, сильная, полная энергии, слишком четкая. Новорожденный не мог дать такую силу. Да и ни один человек этого мира не давал такой связи. Появившись из ниоткуда, новая нить взбудоражила Демона, заставила вскочить и сосредоточенно внюхаться в осенний теплый воздух.
Наваждение не исчезало.
***
В течение первого часа я довольно быстро продиралась сквозь деревья и кусты и в уме прикидывала свои скоростные возможности. Человек идет со скоростью 5км/ч – вспоминала я задачку по физике, я девушка, значит скорее всего 4км/ч, ходьба по лесу - сокращаем вдвое, скорость 2км/ч. Сутки 24 часа, нужно отдыхать и спать минус 7 часов на сон и отдых, идти остается 17 часов. Нет, я так не смогу. Первый день протопаю, потом будет все тяжелее. Значит в день где-то 24км. За 3 дня - должна пройти 72 км. Ну, я же не в Тайге, где у нас остались леса такой протяженностью? По-любому, либо дорога, либо, либо, еще чего-нибудь. Хотя бы столбы с электричеством.
Я шла весь день, стараясь держать темп и направление. Особого чувства голода еще не было, сказывалось плотное застолье с пельменями. Я понимала, что столько, сколько я прошла за этот день, мне вряд ли удастся пройти завтра или в последующие дни.
Много обдумала и перебрала за это время. Идея с шизофренией и галлюцинациями спустя столько времени отмелась. Кому же я настолько насолила, чтобы сделать такое? Из всех перебранных кандидатур наиболее подходящими были мой бывший и начальник с работы. Расскажи мне кто такую теорию раньше, я бы долго смеялась. Но лучшего объяснения у меня не было. Неужели эта сволочь наняла кого – то завести меня подальше. Чего же он боялся? Что я его жене расскажу? Ну так ведь не было ничего… и ведь я отсюда все равно выберусь… Могу выбраться… Или он точно знает, что не выберусь?
Да ну, бред какой-то. Во мне что, вселенское зло находится? Никто в здравом уме такое не выдумает… Тогда что еще? Кредиты я не брала, денег ни у кого и никому не занимала, с мафией не знакома. С правительством тоже.
В таких непростых мыслях прошел день. К вечеру ноги гудели. Стало холодать. И появилась еще одна проблема – комары. Непонятно, кого они до меня ели в этом лесу, но мне они обрадовались настолько, что при встрече так и оставались со мной. На место своего ночлега я приземлилась облепленная радостно пищащим облаком.
Помня про прошлое свое пробуждение, перед темнотой я наломала себе побольше веток с листвой с деревьев. Под низ сгребла подножный мусор. От земли моя лежанка теперь отделялась приличным слоем листвы, перегноя и трухи. Собрала груду сухих сучьев для костра. Перебрав сумку, натянула на себя дополнительно
Кроме того, с наступлением ночи, лес наполнился такими звуками, что весь сон как рукой сняло. Уханье, вой, скрипы, визги. До меня дошло, что кроме меня тут еще полно обитателей, и, возможно, кто-то из них не прочь мной закусить. Я вскочила и бросилась собирать по окрестностям еще топливо.
Улегшись на лежанку почти возле огня, я с ужасом всматривалась в пляшущие тени и готова была поверить в любую тварь, вот-вот выскочащую на меня из темноты.
Так прошла вся ночь – я то спала, то просыпалась от начинающего подбираться холода и судорожно подкидывала еще веток в огонь. Один раз мне приснилось, что мягкая мокрая морда тыкается носом прямо мне в лицо. От такой жути я проснулась в холодном поту, и мне показалось, как трещат ветки от удаляющихся прыжков. Больше заснуть мне не удалось.
А под утро пошел дождь. Перебравшись под большое дерево, я, наконец, закурила – вот и мой завтрак. Воды было хоть отбавляй.
Этот дневной переход дался мне с огромным трудом. Скованные болью мышцы разошлись только к обеду, все тело болело, хотелось есть и голова работала плохо от недосыпания. Мои руки и лицо сплошь были покрыты волдырями от комариных укусов, распухли и дико чесались. Вдобавок ко всему, холод и сырость сделали свое дело – я начала хлюпать носом. В очередной отдых я, тщательно пережевывая, слопала пол бутерброда. Представила, что я на диете. Потом как люди несколько дней пьют только воду и ничего не едят, потом как пьют только один кефир и ничего больше, почувствовала себя почти сытой. Очень хотелось горячего, хотя бы просто воды. Но греть воду было не в чем.
Присев в очередной раз по нужде, обнаружила большое семейство грибов. В грибах я не разбиралась, чем-то они напоминали наши вешенки, но есть я их побоялась.
К вечеру нос заложило, дышать я могла только ртом, горло тоже начало саднить. Появилась перспектива сдохнуть здесь не от голода и жажды, а от сильной простуды. Ночь тоже не удалась. Дышать было нечем. Я закутывалась с головой в большое банное полотенце, но наглое комарье пролезало и туда. Из носа текло, глаза слезились от болезни и от близкого нахождения к огню и дыму. Вдобавок, свело спину. Наверное, сказалось длительное нахождение на сырой и холодной земле. Каждый мой поворот и движение позвоночника отдавались пронзительной болью.
Вот так. Всего лишь два дня в сыром лесу. В те редкие мгновения, когда мозг отключался от ощущения боли, я все пыталась понять, чем же я так провинилась – простая городская девчонка, чтобы судьба засунула меня в такую глушь и начала ставить эксперименты на выживание?
Третий день опять начался с дождя. Плохо соображая, я доела начинающие попахивать бутерброды. Есть все равно хотелось жутко. Брела вперед на автопилоте, не думая ни о чем. Пришел противный кашель. Забитый нос не давал дышать, но исправно тек. Вся одежда воняла сыростью. Это я чувствовала даже сквозь забитый нос.