Танец с герцогом
Шрифт:
Она беременна.
За обеденным столом Спенсер оказался как раз напротив Клаудии. Ему не нравилась детская манера, с которой она накалывала на вилку еду. Однако по-настоящему его раздражало то, как она переводила зачарованный взгляд с одного неподходящего мужчины на другого: Эшуорта, Беллами и Джека д’Орси. Джек учтиво улыбнулся девушке поверх миски с пастернаком, и Спенсер поставил под сомнение правильность своего решения взять Клаудию в дом, где присутствуют
Спенсер попытался поймать взгляд Амелии, но та как-то странно смотрела в свой бокал с водой. И выглядела растерянной. Совсем на нее не похоже.
– Как здесь тихо, – нарушил молчание Джек. – Расскажите нам анекдот, Беллами. Или одну из ваших занимательных историй. Вы же всегда были душой компании в Лондоне.
– Здесь не Лондон, – буркнул Беллами. – К тому же мне в последнее время что-то совсем не весело.
И это было еще мягко сказано. При взгляде на Джека и Беллами можно было подумать, что они соревнуются в том, кто более похож на находящегося при смерти человека. Кто первый обратится в прах, тот и победил.
Амелия встряхнулась, чтобы развлечь гостей беседой.
– Лорд Эшуорт, – обратилась она к великану, – как вы находите здешние окрестности?
Густые брови Эшуорта сошлись на переносице.
– Я не умею говорить красиво, но, думаю… Думаю, слово «очаровательно» вполне подойдет.
– Насколько я поняла, у вас есть поместье в Девоншире, – продолжала Амелия.
– Да, в самом сердце Дартмура. Местность там нельзя назвать очаровательной. Отталкивающей – вот верное слово.
– О да. Я как-то проезжала мимо, когда навещала кузенов в Плимуте. Как противоречива природа в этих местах. Красота удивительным образом соседствует с запустением. – Амелия повернулась к Беллами. – А вы, мистер Беллами, где выросли вы?
Беллами неторопливо отпил вина и поставил бокал на стол. В его глазах промелькнуло смятение, когда он заметил, что Амелия все еще ждет ответа.
– В отдаленных областях Нортумберленда, – ответил он. – Не думаю, что у вас имеются кузены в тех местах.
– Вообще-то я владею землями в Нортумберленде, – вставил Спенсер.
– В самом деле? – скучающим тоном протянул Беллами.
– В самом деле. У меня там рудники. Ваши родственники работают на рудниках?
– А что еще делать в Нортумберленде? – спросил Беллами.
– Добывать уголь, например.
Беллами бросил на него холодный взгляд, и Спенсер подался вперед в предвкушении. Он хотел уличить Беллами в мошенничестве.
– Нет. Они добывают медь.
– Чушь. Во всем Нортумберленде нет ни одной медной жилы. – Кончик ножа Спенсера звякнул о край тарелки. – И если это у вас акцент уроженца Нортумберленда, то я говорю,
Взгляд Беллами перекочевал на Лили.
Спенсер повторил свои слова так, чтобы сестра Лео поняла их:
– Вы лживый негодяй, Беллами.
– Послушайте…
– А как вы потратили мои деньги? – спросил Спенсер. – Я пожертвовал на расследование огромную сумму, и где же результат?
– Возможно, мы ничего не нашли потому, что преступника нет в городе, – натянуто произнес Беллами. – Виновный прячется в Кембридже.
Эшуорт простонал:
– Ради всего святого, сколько можно. Морленд не убийца. В нем нет этого.
– Откуда вы знаете? – спросил Беллами.
– Если бы он был способен на убийство, я бы с вами здесь сейчас не сидел. Я умер бы четырнадцать лет назад.
В гостиной воцарилась тишина.
Спенсер посмотрел на покрытого шрамами великана.
– Вы говорите об Итоне?
Спенсер вспомнил, как они дрались, нанося друг другу удар за ударом, подбадриваемые криками и гиканьем товарищей. Преподаватели пассивно стояли рядом, ибо ничего не могли поделать. Ведь и Спенсер, и Рис выглядели больше и сильнее многих взрослых. Они оба были молоды, но Спенсер обладал некоторым преимуществом, ибо им руководили гнев и горе. Он много раз кидал Риса на землю, но тот не желал сдаваться. Он с трудом поднимал свое окровавленное тело с земли, чтобы получить еще больше ударов. Вскоре он не мог даже защищаться. Лишь покачивался на слабых ногах и словно просил еще. Поняв, что Рис не желает сдаться из-за глупого чувства гордости, Спенсер рассвирепел еще больше. Это само по себе казалось ему оскорблением.
Однако когда его противник поднялся с земли в очередной раз с заплывшим глазом и выпуклостью на месте сломанных ребер – Спенсер слышал их хруст, когда с ними соприкоснулся его кулак, – он просто не смог ударить идиота еще раз. Теперь уже собственная гордость требовала отступиться.
Выражение лица Риса свидетельствовало о том, что они со Спенсером вспомнили одну и ту же сцену.
– Я хотел, чтобы вы меня убили, – произнес он.
Глаза присутствующих расширились от ужаса.
– Прошу прощения за такую откровенность, – спокойно обратился Эшуорт к присутствовавшим и отправил в рот еще один кусок рыбы. – Никогда не умел поддерживать изысканную беседу.
– Вы хотели, чтобы я вас убил, – повторил Спенсер.
– Вот почему я поднимался на ноги снова и снова. Я хотел умереть и знал: пока мое лицо маячит у вас перед глазами, вам хватит силы и злости продолжать меня бить. – Эштон взглянул на Беллами. – Но он не стал меня убивать.