Танго Мотылька
Шрифт:
– Точно, – воскликнула Ольга. – Потом мы все поступили кто куда, но связь всегда оставалась.
– Мы дружим больше пятнадцати лет, – кивнула Татьяна. – А теперь и мужья наши дружат.
– Скорее всего, им просто деваться некуда! – я улыбнулась, учитывая сплоченность женского коллектива, можно было предположить, что дружба давно переросла в семейную. Ведь мужчины любят объединяться перед лицом единого врага.
Понятно, как и сказал Геннадий, подруги вполне благополучны и своей судьбой довольны.
Мои собеседницы
– Скажите, Людмила, похоже, позже всех замуж собралась. Что вы думаете о ее избраннике?
– О Зеленом? – недоуменно переспросила Ирина. – Нормальный он мужик, ей такой и нужен был.
– В каком смысле?
– Он заботливый и внимательный. Она от него просто без ума.
– А вы? – попыталась я перенаправить разговор в нужное мне русло.
– Что мы? Мы довольны тем, что довольна она. Зеленый мужик умный. Хоть и кажется иногда простофилей. Он полжизни в армии батрачил, кем придется, так что мозги у него хоть куда.
Угу…
– Вы не смотрите так! – буркнула моя тезка. – Он хоть и похож на медведя, по характеру больше Крокодила Гену из мультика напоминает. В большинстве случаев.
– Хм… – я усмехнулась. – Но крокодил, как ни крути, все же хищник.
– Я думаю, что с ним шутки плохи. Вы его видели? – Татьяна наклонилась ко мне поближе, словно собиралась поведать секрет. – Он похож на огромного и любознательного ребенка, который на все смотрит удивленными глазами, но иногда как глянет, так мурашки по коже…
Я улыбнулась про себя, описание было очень меткое. Я ведь и сама подумала что-то подобное, когда его увидела. Видимо, Геннадий давно раскусил этот маленький дамский клуб и позволяет себе иногда чисто мужские шутки.
– Да! – Ольга тоже подалась вперед и так же прошептала: – Я его спрашивала, кем он служил. Знаете, что он ответил?
Я покачала головой. Ох уж эти мне подружки, ушки на макушке… пообщавшись с Геннадием, я вполне могу предположить, что он сказал что-нибудь незабываемое.
– В штабе, говорит, писарем, и ухмыляется, знаете, так невесело. Знаем мы, чего такие шутки стоят. – Подруги дружно кивнули.
Мне тоже не по себе после такой шутки стало. Слышали и мы такие слова и помним, чем дело там кончилось.
– А мне один раз на что-то ответил, мол, если скажу, придется тебя потом убить. Секретная, говорит, информация, – добавила Ирина. – И смотрит так, словно прикидывает, долго ли мне шею свертывать… Мурашки по коже!
Подруги снова кивнули. Интересно, у них всегда все так синхронно? Стараясь не улыбнуться своим мыслям, я пометила для себя, что Геннадий служил в армии. На мгновение перед глазами снова мелькнула картина, как добрый крокодил вытрясает душу из Никиты.
– Вы не думайте, Зеленый хороший мужик, он бы не смог обидеть Люсю, даже если б захотел. И не потому, что ее очень трудно обидеть.
– Да, просто, мне кажется, что он скорее себе язык откусит, чем ей скажет что-то такое, что может ее расстроить. Он трясется над ней, как курица над золотым яйцом.
– Ага, – подхватила эстафету Ирина, – Люся для него как свет в оконце, он на нее не надышится.
– А почему, по-вашему, Людмилу обидеть сложно? – спросила я. Собственно, я ведь и сама уже пришла к тому же выводу, но фраза Татьяны меня чем-то зацепила.
Подруги переглянулись.
– У нее характер такой, – ответила Ирина. – Понимаете, она всегда оправдание найдет любому человеку. Вроде как на все причины есть. Если человек злой то, скорее всего, у него что-то в жизни плохое случилось и так далее.
– Нас это частенько до белого каления доводило, – поддакнула Ольга. – Бросит ее какой-нибудь хмырь, мы ее утешать, а она, да что вы, девочки, он же такой несчастный человек… бррр…
Собственно, а что в этом плохого? Подумалось мне. Это же просто непробиваемая психологическая броня, если с этого боку смотреть.
– Только Зеленый в ней свое счастье разглядел. Сразу, представляете? С первого взгляда!
Я улыбнулась, вспомнив, что мне Геннадий о допросе говорил.
– Мы как узнали, так сразу к ней, мозги промывать! Где это видано! Чтобы сразу домой идти жить вместе, – вздохнула Татьяна. – Только увидели мы, как он на нее смотрит, и сдулися…
– Так что живут они душа в душу, и не кто гаже плюнет, а кто счастливее другого сделает! – закончила Ольга. – Он ее пальцем не тронет. А вот того, кто ее обидел, скорее всего убьет.
Да. Мне тоже так показалось, когда я заметила плотоядный блеск в его глазах. Серьезность его намерений не оставляла сомнений в том, что, будь у него возможность… Я передернула плечами, хотя очень хотелось поежиться. Да уж, подружки – мастерицы страшные сказки рассказывать. А может, это потому что они втроем в унисон повторяют мои собственные мысли.
– Скажите, а у Людмилы могли быть недоброжелатели?
Подруги вытаращили на меня глаза. Удивление было готово посыпаться из них, материализовавшись в виде маленьких цветных шариков.
– Что вы, на нее и разозлиться-то невозможно! Хохотушка такая, все перевернет, себя обсмеет вместе с тобой так, что икать полдня будешь.
– Ага! Ну вот, такая я, говорит, глупая, что ж со мной поделаешь? И все! Куда все девается!
– Нет, Татьяна Александровна, представить не могу, чтобы кто-то мог Люсе зла пожелать. Я бы этого гада!!!