Танго Мотылька

Серова Марина Сергеевна

Никита прошел к мойке и принялся за грязную посуду.

– Да, Холмс, вот еще что.

– Ммм. Да? – я с трудом отвлеклась от созерцания его очень привлекательной филейной части тела.

– На счет холмсят тебе все же стоит подумать. Обогатить генофонд своими выдающимися генами – твой долг перед отечеством. Нельзя оставить будущие поколения без кого-то, кто будет так же хорош, как ты.

Я закашлялась. Подавилась слюной, которую пускала, глядя на его совершенное тело.

– И как ты себе это представляешь? Я буду спасать мир

с подгузниками вместо пистолета, а холмсят использовать как психическую атаку?

Никита громко расхохотался.

– Мозги живут в твоей голове, Холмс, я просто красивый парень в кадре для завершенности композиции. Это я говорю к тому, что однажды тебе нужно будет об этом подумать.

– Я еще не созрела для таких мыслей, Хадсон.

– Ха…

– Ты представляешь себе, как трудно найти мужчину, который не пробовал бы перекроить меня на обычный женский лад? А после того, как мужчина называет женщину своей женой, его шовинистские наклонности возрастают в геометрической прогрессии.

– Холмс, тебе нужен не муж, тебе нужна жена.

– Теперь, когда ты это произнес вслух, я склоняюсь к той же мысли. Но какое тебе до этого дело, Хадсон?

– Я твой друг, и меня, как друга, не может не волновать твое благополучие. – Никита хитро прищурился, сдерживая улыбку.

– Кто-то несколько минут назад говорил, что он просто красивый парень в кадре, – я хмыкнула.

– Красивый парень не может быть твоим другом? Я же не требую от тебя, чтобы ты пригласила меня на свою свадьбу в этом году, я говорю о том, что тебе следует подумать о женитьбе.

– Когда-нибудь и подумаю. Чего ты ухмыляешься, Хадсон?

– Я смутил великолепного Холмса.

– Мне не нравится твоя противная ухмылка.

– Не буду больше, – Никита с трудом стер со своих губ улыбку, но серьезную мину на лице удержать ему не удалось. По квартире снова пролетел его громогласный хохот.

Я поджала губы, чтобы не рассмеяться вслед за ним. Потом решила ретироваться.

– Все, пора за дело.

Я позвонила Кире и выведала у него телефон того, кто занимался убийством Кускарева. Позвонила ему, договорилась о встрече во дворе дома Людмилы. Затем я подобрала себе наряд на сегодня. Джинсы, свитер с высоким горлом, шапка-шарф, дутая куртка и кожаные ботинки на толстой подошве. И вот я, не ваза династии Мин, готова к выходу на морозный воздух. Не вооружена и поэтому опасна вдвойне.

– Холмс? – Никита встал в дверях в любимую позу всех жен всех времен и народов. Уперев руки в бока.

– Да, Хадсон? – ответила я, скопировав его тон.

– С какой начинкой пирожки предпочитаешь? – его красивое лицо расплылось в улыбке. – И какой сорт шампанского?

– Ужин при свечах?

– Ну да, что-то в этом роде.

– Тогда сделай сюрприз, – я поцеловала его в губы, не удержалась все-таки, и выпорхнула за дверь. – Только не запихивай в пирожки кальмаров.

Сказав ему это через дверь, я рванула к лифту. Оказавшись в машине, я набрала номер Геннадия,

он оказался дома, чего я и хотела от него добиться. Объяснив, что я еду и зачем это делаю, отложила трубку.

До места встречи я добралась быстро – выходной. Первым делом я окинула взглядом двор, искала старых знакомых. Обнаружили они себя быстро, просто вывернув в поле моей видимости из-за угла дома.

Я выпрыгнула из машины и помахала им рукой. Ребята меня узнали. Подошли.

– Что, нашла? – спросил Федор.

– Самого не нашла, но узнала кто и за что.

– Это немало. Приехала угощаться?

– Не совсем. По делу. Вы опознавать гада будете?

– Нуу…

– Быстрее решайте, у меня встреча с парнем, который ведет расследование.

– С ментом, что ли?

– Ага. Не могу же я сама этого героя посадить.

– Ладно, Танька, будем. И Ваську притащим, он машину запомнил.

– Вот и ладненько, сейчас все вместе и расскажем все, что знаем.

Мент оказался высоким сухопарым мужчиной неопределенного возраста, с умными печальными глазами.

– Не спится вам, Татьяна Ивановна, в выходной…

– Зло не спит, и я не сплю, – усмехнулась я. – Да и время-то к обеду уже… Вот, что я к вам имею, Владимир Леонидович.

Я вкратце рассказала историю, представила свидетелей.

Владимир Леонидович слушал внимательно, вдумчиво. По ходу задавал уточняющие вопросы.

– Я выслушал, что вы ко мне имеете, теперь скажите, что вы от меня хотите? – Он посмотрел на меня. Вместе с ним ко мне повернулись Юра и Федор.

– Справедливости. Посадите его, Владимир Леонидович. У вас руки подлиннее, объявите его в розыск, дело раскроете. Парень на скамье подсудимых, и все мы, добропорядочные граждане, спим по ночам с чувством выполненного долга. При расследовании на остальные убийства и налеты выйдете, парень надолго сядет.

– И вы мне просто так все сдадите? Готовое закрытие?

– Нет, блин, еще по морде съезжу… – вот уж не думала, что такой умный, и с такими предубеждениями! Что я, не человек, что ли? Мне не жалко, я свои денежки отработала.

– Не, а вам что не нравится? – вступился за меня Федор. – Девчонка всю вашу работу сделала, свидетелей уболтала, вам его только найти и посадить осталось.

– Вот! – я радостно показала на него руками.

Владимир Леонидович усмехнулся.

– Что ж, я к вашим услугам.

Я продиктовала ему адреса друзей Кускарева, телефоны Евгении Ильиничны, Святослава, Геннадия и Никиты. В принципе, он найдет лазейку, чтоб «закрыть» дело, не упоминая меня. Юрий и Федор при мне дали ему свои данные и адрес Василия. Владимир Леонидович все старательно записал. А потом спросил мой номер.

– Доложу о поимке, – усмехнулся он, глядя на меня. Надо сказать, кривая усмешка изменила его лицо, и он сделался даже привлекательным.

Я продиктовала свой номер.

А что? Совсем неплохо, если у меня появится еще один друг в органах.