Танго втроем
Шрифт:
Левицкий протяжно охнул, машина заметно вильнула, но тут же выровнялась.
— Совсем больная, да?! А если б я счас в фонарный столб въехал?
— Еще раз повторится, — бесцветным голосом сказала Горго-на, — я тебе их напрочь оторву. Понял, Леон?
— Кому другому бы не поверил, — хмуро произнес тот. — Но тебе почему-то верю.
Какое-то время они ехали молча, но недолго, потому что Левицкий был жизнелюбивым типом и не умел долго сердиться.
— Послушай, Ольга… Это уже второй по счету, — он кивнул в сторону заднего сиденья, где мирно дремал пребывающий в отключке Н., — и, думаю, не последний. Ну ладно, выпотрошим мы их, а что
—И что ты предлагаешь? Отпустить?
— Я че, дурной? Ты не поняла… Пора нам уже собственной тюрягой обзаводиться, иначе где их содержать?
— И кто будет тюремщиком?
—Да есть у меня одна знакомая, — Левицкий чуть скосил глаза. — Изуверша, человеконенавистник, вылитая эсэсовка… Вот ее-то мы и поставим комендантом!
Не лишены логики были и действия командира П-ЗР подполковника Шувалова. Из списка, представленного в его распоряжение аналитиками группы «Мерлон» и составленного, очевидно, на основании кропотливых изысканий сотрудников Белицкого, он выделил для начала трех человек: по одному от агентства «Балтия», компании «Балтинвест» и ЗАО «Водоканал». Вряд ли внезапное исчезновение этих людей способно наделать много шума, не такие уж они большие шишки в этом городе, хотя определенной информацией по роду службы располагают.
Но одних разговоров и объяснений явно недостаточно. Шувалова также отличало внимание к мелочам и дотошность в делах. Поэтому он предпочитал действовать, сообразуясь с мудрой поговоркой: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать».
— Петр, ты подготовил снаряжение? — поинтересовался он у Головни, когда они устроили перекур после первого сеанса «потрошения» — Леон и Горгона доставили на «базу» сотрудника «Во-доканала» еще в утренние часы. Очень интересные вещи выясняются… прогуляемся в Дачный! Сдается мне, что мы в этой истории с Кондором и Розановой чего-то недопонимаем…
— Когда отправляемся?
— Как только Леон вернется, хочу оставить его за старшего.
Хакер и Технарь тем временем занимались расшифровкой кодированных переговоров — в этом городе некоторые учреждения и организации пользовались весьма качественной современной аппаратурой, позволяющей «закрывать» как телефонные линии, так и переговоры в УКВ-диапазоне. На территории «базы» был развернут комплекс «ближней» электронной разведки, также было осуществлено подключение к цифровой станции «Телекома» — при наличии программы, сориентированной на ключевые слова и понятия, и субпрограммы, отслеживающей малейшее подобие кодированных сообщений, все «интересные» переговоры регистрировались и записывались автоматически, с последующей ретрансляцией в одно из подразделений ФАПСИ. А поскольку в последние двое суток над городом бушевала информационная метель, следовало как можно скорее все эти завалы и сугробы расчистить.
Леон и Горгона вместе с Н. добыли и его портативную рацию. Спецы тут же взялись ее курочить, и вскоре Технарь поднял вверх большой палец — какую-то часть сообщений теперь можно будет расшифровать без труда.
Тихий, как и его коллеги, тоже не сидел сложа руки. Вооружившись первоклассной оптикой, портативной видеокамерой, двумя фотоаппаратами и целой коллекцией сменных объективов, он весь день колесил по городу и его окрестностям.
Понятно, что сотрудника П-ЗР интересовали вовсе не городские виды и местные достопримечательности, хотя и они были засняты на пленку. С наступлением сумерек Тихий, передвижения которого по
Припарковав машину на некотором удалении от объекта, представляющего для него живой интерес, оперативник стал вести за ним наблюдение. Он сменил объектив у фотоаппарата на «ночной» и, поскольку намеченная программа им была полностью выполнена, решил здесь задержаться на какое-то время — вдруг удастся щелкнуть редкий кадр.
Двухэтажный особняк, за которым он пристально наблюдал, выстроенный в стиле поздней готики, был обнесен решеткой. Вплотную к его левому крылу примыкало какое-то приземистое строение, не то гаражи, не то мастерские, и эта пристройка не позволяла толком разглядеть, что творится во внутреннем дворике особняка.
Тихий выбрался из машины, повесил на плечо сумку с аппаратурой, оглядевшись по сторонам, перемахнул через низкую оградку детсада, пустующего в этот поздний час. Забрался в беседку, ее стены были гнуто увиты вьюнком, осмотрел с новой позиции объект сквозь четырехкратную ночную оптику, удовлетворенно кивнул — отсюда просматривается значительная часть внутреннего двора.
Снарядил фотоаппарат, сделал несколько снимков особняка — «вид с тыла». Окна слепые, светит пара уличных фонарей, да еще над парадным входом горит нечто вроде светильника. Где-то должны быть следящие телекамеры, но они хорошо замаскированы, не разглядеть. А если хозяева особняка не хотят подавать виду, что объект охраняется, в том числе с использованием технических средств, то черта с два ты их обнаружишь. Будешь в метре стоять от камеры или следящего электромагнитного датчика и ни хрена не заметишь. Тихий знал это наверняка, потому что являлся специалистом в этих вопросах.
То есть нет никакой уверенности: пуст особняк или же кто-то есть внутри.
Примерно через полчаса Тихий взял аппарат на изготовку. Часто, но совершенно бесшумно защелкал затвор. Он снял во всех возможных ракурсах подъехавший к объекту серебристый «Опель-Ка-детт». Тут же распахнулась «брама», очевидно, ворота могли открываться и закрываться дистанционно.
Аппарат уже стрекотал, как швейная машинка. Двое вышли из машины, не упустить бы, сделать снимки «на память»…
Сквозь проем приоткрывшейся на мгновение двери был виден яркий свет — внутри, значит, кто-то был все это время.
Тихий процедил про себя отборные ругательства. Одного из этих двух ему удалось заснять еще раньше, анфас и в профиль, когда тот выбирался из машины на паркинге возле здания торгпредства. За спутником блондина Тихий охотился всю вторую половину дня. Там же, у входа в торгпредство, удалось щелкнуть его пару-тройку раз, но снимки вышли какими-то смазанными: на одном рука закрыла почти все лицо, как будто он в этот момент пот вытирал, на другом голова повернута в противоположную сторону, а на третьем и вовсе со спины получился, с наклоненной вниз башкой.
Вот и сейчас удалось заснять его только с «тыла». Не хочет в «рамку» попадаться, и все тут. Не человек, блин, а серая тень, обряженная зачем-то в цивильную одежду…
Доктор Ланге и сопровождавший его от здания торгпредства Бруно Вальден прошли в «закрытую зону». Только в защищенном от прослушивания помещении — а ни в коем случае не в машине по дороге — они могли вести разговоры на любые темы.
— Мне понадобится информационная поддержка, — сказал Вальден, запирая за собой дверь. — Кое-какие сведения по Кондору…