Танго втроем
Шрифт:
Шувалов взял у него микрокассету, в сердцах забросил в ящик стола. Вспомнив инструкции Мерлона, поморщился, достал ее оттуда и зажал в кулаке — надо прослушать, перегнать в Центр, потом уничтожить.
— Хор-роши, ничего не скажешь! — произнес он хмуро. — Прошлогоднего снега у них и то не допросишься… А если с ним что-то случится? Кто будет виноват? Вот они и будут! Хотя бошки, Петро, начальство нам с тобой будет откручивать.
Он подключил терминал в работу, вышел на связь с Диспетчером, доложил последние новости, сообщил о неутешительных
— Вас понял, — сказал Диспетчер. — Не уходите со связи, с вами будут говорить.
Спустя короткое время на мониторе, в его левом верхнем углу, высветились четыре «Мерлона» — на связи с ним находился М. либо тот, кто уполномочен говорить от его лица. И тут же погасли.
— Ланселот, как вы полагаете, почему Кондор попросил отсрочку на четверо суток? — Мерлин всегда обходится без долгих предисловий, сразу излагает суть дела или проблемы. — Вы уже размышляли над этим?
— Он сказал, что будет «занят», — процитировал Бушмина Сергей Шувалов. — Мы предприняли вылазку в Дачный, и вот что я скажу, правда, это всего лишь предположение… Не исключено, что Кондор и Розанова сейчас находятся… в одном месте.
— Вы хотите сказать, «вместе».
— Да, у меня сложилось такое впечатление после того, Как мы перекачали информацию от известных вам… источников.
— Допустим, вы правы. Что бы вы сделали, окажись на месте Кондора?
— Хм… — Шувалов на миг задумался. — Отправил бы для начала Розанову куда подальше… скажем, в Питер, там у нее сейчас все близкие.
— Как ей туда добраться? Из анклава не так просто выехать. Есть ли у нее документы после всех этих передряг?
— Да, здесь проблем хватает… Розанова пока не звонила своим в Питер?
— Нет, мы таких звонков не зафиксировали… Думайте, Ланселот, думайте, это и есть ваша основная задача. Ну а мы со своей стороны будем вам помогать. Желаю удачи…
Вырубив ПК, Шувалов хмуро покрутил головой. Он полагал, что его дело «активка», разных гавриков отлавливать, проводить тайную фото— и видеосъемку, прослушку и тэ дэ… ан нет, оказывается, он должен думать! А на что аналитики сдались? Может, махнуться местами, АйБиЭм будет «языков» отлавливать, а Шувалов репу морщить… …
И все же, все же… Бушмин и Розанова — вместе? М-да, это еще тот будет тандемчик…
Однако где теперь эту лихую парочку искать?
Глава 8
Розанова сладко потянулась, тряхнула головой, прогоняя остатки сна. Окно было плотно зашторено, в комнате царил полумрак. Взяла свои часики с прикроватной тумбочки, вгляделась в циферблат. Ого, оказывается, уже второй час дня.
Постель, казалось, еще хранила тепло мужского тела, но самого Андрея не было. На подушке, рядом с головой, она обнаружила веточку сирени. Откуда, интересно, он знает, что Лена обожает запах цветущей сирени?
Быстро, как солдат в учебке, оделась и застелила составленные вместе кровати.
День был такой же солнечный и пригожий, что и вчера. Сквозь редкие негустые верхушки сосен на землю сочился янтарный свет. Возле домика тоже никого не обнаружилось. Розанова умылась, привела себя в порядок и двинула в сторону пляжа. У нее было приподнятое настроение, и она с трудом выдерживала ровный степенный шаг, ей хотелось попеременно прыгать то на одной, то на другой ножке, и вообще, внутри она себя ощущала маленькой, глупой и восторженной девчонкой.
Покойные воды залива, напоминающие огромное, блистающее в свете ярких электрических огней зеркало, обрамленные по краям малахитовыми берегами, плавились под лучами полуденного солнца. Она заметила на верхушке песчаной дюны человеческую фигуру, потом, подойдя поближе, разглядела, что это Володя. Он сидел недвижимо, подобрав под себя ноги, и был похож на каменное изваяние Будды. Ей очень понравилась эта картинка — силуэт Будды на фоне безоблачного неба, — она какое-то время любовалась ею, жалея, что под рукой не оказалось фотоаппарата, вот бы снять на память, но потом все же решилась нарушить покой «изваяния», подошла.
— Здравствуйте, Володя. А я, между прочим, любовалась вами! Вы, кажется, медитировали? Я вам не помешала, нет?
Мокрушин, хотя и сидел на .скрещенных ногах, легко, без помощи рук, встал.
— Вот, с самого утра здесь сижу.
— Зачем? Почему в домик не идете?
— Как это «зачем»? — удивился Мокрушин. Он вытянул руку, указывая на бездонное синее небо. — С утра было облачно. А сейчас? Видишь! Это моя работа.
Розанова прыснула в кулачок. Какие они все-таки забавные, эти ребята, с ними не соскучишься.
— Володя, ты не знаешь, где Андрей?
— Андрей? Гм… Понимаешь, Лена, Андрей у нас маленько того… ненормальный.
— Как это? — опешила Розанова. — Почему? А мне он показался очень и очень… неплохим парнем. А что в нем… ненормального?
Мокрушин покосился на девушку, одетую в шорты и ярко-лимонного цвета топ.
— Как бы это тебе подоходчивее объяснить… Андрюша как бы не в себе. Вместо того чтобы, скажем так, расслабляться на отдыхе, он… бегает.
— Бегает? А, поняла! Вместо зарядки, да? А где он бегает? По берегу, наверное?
— Ну… Вроде того. Называется — «бег с препятствиями».
Розанова заозиралась, просеивая взглядом доступную ее взору береговую черту, нет ли где Андрея, но пока она исследовала округу, куда-то пропал Володя, причем исчез так тихо и внезапно, что она и не заметила.
Девушка пожала плечами. Она уже успела привыкнуть к тому, что ее новые друзья время от времени куда-то исчезают.
— Ну как тут у вас дела? — поинтересовался Бушмин. — Ничего не стряслось во время моего отсутствия? Где Лена?