Танос
Шрифт:
ГЛАВА 28
Айседора сидела, обхватив руками лежащего без сознания Элиаса. Диомеда только что исчез, получив призыв, и напоследок мысленно попросил: «Приглядывай
И теперь Иса сидела, наблюдая за человеком и изо всех сил желая, чтобы он выжил. Она до сих пор не могла поверить, что Диомед поделился с Элиасом настолько сокровенным. Но стоило ли удивляться? Её господин был самым сострадательным.
Иса провела пальцами по виску Элиаса, задумалась, смогут ли они сосуществовать втроём, если мужчина справится, и скривилась. Вопрос ведь не только в том, выживет ли он. Кто знает, что будущее уготовит ей с этой нависшей над головой угрозой?
Есть ли у них ещё один день?
Ещё одна ночь?
Айседора не представляла, но дала себе слово, что, если Элиас очнётся, она сделает всё возможное ради того, чтобы у них было… что-то.
Откинувшись на спинку дивана, вампиресса оглядела комнату и вспомнила, как оказалась здесь в прошлый раз. В каком замешательстве она была, как злился Элиас.
«Смотри, как много мы преодолели, — подумала она. — А теперь просыпайся».
«Я пытаюсь, Айседора, какая же ты нетерпеливая».
Эти слова возникли в голове, и Иса тут же посмотрела на спящего на её коленях мужчину, однако его глаза были по-прежнему закрыты. Постой…
«Ты меня слышишь?»
«А ты слышишь меня. Фантастика. Я так долго учился защищаться от этого, а теперь, в мгновение ока, лишился свободы воли».
Она слегка рассмеялась. Даже мысленная речь Элиаса звучала собранно. Но Айседора знала, насколько искренне тот говорил. Элиас был закрытым и упрямым. Почти как Диомед. Старейшину всегда несколько раздражала способность Элиаса блокировать сознание. Так что, если кто и получит удовольствие от подобного развития событий, так это её господин.
«Что, если мы ему пока не признаемся? — прозвучал в её голове Элиас. — Что скажешь?»
«Я скажу, что тебя ждёт много нового, Элиас, если ты полагаешь, что я все ещё не слышу».
Именно от голоса Диомеда Элиас, наконец, открыл глаза.
Элиас почувствовал это, как только очнулся. Стремительный поток силы, охвативший всё тело, и оставшийся на языке восхитительный вкус. Взгляд обострился, перед ним возникло пленительное лицо Айседоры. Как только она посмотрела на Элиаса, её клыки удлинились, а глаза засияли.
Он не мог объяснить, не мог выразить словами, но ощутил её внутри себя. Её эмоции, её желания, и да,
Садясь рядом с вампирессой, он машинально коснулся своего бока, куда Итон всадил нож. Не ощутив боли и не увидев шрама под коркой высохшей на коже крови, он глянул на Ису.
— Как?
Она дотронулась до его ладони своей и произнесла:
— Диомед.
Элиас быстро посмотрел на соединённые руки и вновь поднял взгляд.
— Он исцелил меня?
Айседора облизнула губы и кивнула.
— Он тебя накормил.
Чёрт.
Элиас уже всё понял. Где-то в подсознании. Однако поднёс пальцы к губам, желая проверить, чем они покрыты… Господи. Заметив на коже следы густой красной жидкости, он в точности знал, что это такое, и, не удержавшись, облизал губы, желая вновь ощутить вкус.
Кровь Диомеда попала на рецепторы, и голос старейшины прозвучал в сознании так же ясно, как если бы вампир оказался в комнате.
«Вижу, ты очнулся. Хорошо. Потому что тебепредстоит объясниться. А для этого ты мне нужен здесь… сейчас же».
Элиасу хотелось послать Диомеда подальше, особенно зная, что сереброволосый ублюдок теперь свободно распоряжался в его разуме. Но вместо этого он крепко взялся за предложенную Айседорой ладонь, не сомневаясь в том, что должно произойти дальше.
Его первый чёртов призыв. Потрясающе.
Василиос пристально посмотрел на Айседору и Элиаса, только что появившихся у помоста. Заметив кровь, покрывавшую грудь мужчины, старейшина испытал прилив любопытства. Последний раз взглянув на Диомеда, он спустился по лестнице Зала к двум новоприбывшим.
— Мистер Фонтана, я слышал, что за ваше присутствие этим вечером нужно благодарить неспособность Диомеда к здравым рассуждениям.
Элиас посмотрел поверх его плеча на Диомеда, оставшегося на помосте. Затем обратил свой серебристый взгляд на Василиоса.
— Так мне сказали.
— Хотя поначалу это меня и возмутило, в итоге всё, кажется, складывается к лучшему, — произнёс старейшина и подал знак Аласдэру принести книгу. Как только она легла на ладонь, Василиос протянул руку и показал книгу Элиасу: — Узнаёшь?
Тот потянулся и коснулся пальцами обложки.
— Да, я подарил её Лео на день рождения.
— Хм… Возьми.
— Что?
— Возьми. Её. И открой на самой последней странице.
Глаза Элиаса распахивались все шире по мере перелистывания. Василиос спросил:
— Почему ты подарил её моему Леониду?
Элиас остановился на последней странице, где был изображён он сам, лежащий на диване, Айседора, перебирающая его волосы, и Диомед, тесно прижавший запястье к его губам. Он открыл рот и посмотрел на Василиоса.
— Не тревожься. Никто в этой комнате не сомневается, что ты желаешь того вампира на подиуме. И все-таки я спрашиваю, почему ты подарил книгу Леониду, и каким образом она отмечает каждый наш выбор. Словно предсказание, если даже не своего рода пророчество.