Таня

Арбузов Алексей Николаевич

Хозяйка. Это человек особый. Всему району хозяин. Государственный человек.

Васин. Смотри пожалуйста! Что же ты его на нары-то не положишь?

Хозяйка. Машина у него испортилась. Он думал, шофер его мигом починит, а дело вон на всю ночь обернулось. (Прислушиваясь к неясному шуму.) Никак, верхом скачет ктой-то… Ах ты, Господи, чью ж это душу по тайге в такую ночь носит?

Васин. Видать, наш брат — беспокойный человек… командировочная душа, понятно?

В

дверь громко стучат.

Хозяйка. Так и есть, к нам. (Идет к двери и открывает ее.)

Шум дождя, свист ветра. Яркая вспышка молнии освещает входящую Таню. Войдя, она щурится от непривычного света, оглядывается. Волосы ее спутаны, на лице дрожат капли дождя.

Таня. Ну вот… добралась… Здравствуйте!

Хозяйка. Татьянушка… Милая! Да что ж ты в такую погоду?

Таня (снимает плащ, отряхивается). А у вас тут тепло, хорошо… и хлебом пахнет. Ох и намучилась я!

Хозяйка. Кофточку-то снимай, вымокла небось… На вот платок, оденься — все теплее будет.

Таня (кутаясь в платок, подсаживается к печке). Как Оленька?

Хозяйка. Легче ей стало… Думаю, выздоравливает.

Таня. Я с Ивантеевского прииска — там одного человека срочно оперировать пришлось, — ну, а на обратной дороге решила вас проведать. Они меня на ночь оставляли, а я вот не послушалась, что, думаю, зря время терять. Выехала в первом часу ночи и в грозу попала… Чуть с дороги не сбилась, вымокла вся…

Хозяйка. Чаю горячего выпьешь?

Таня. Всю дорогу о нем мечтала. Налей, а я пока Оленьку погляжу. (Идет за занавеску.)

Васин. Докторша как будто. Привлекательная девица. И давненько она тут?

Хозяйка. Скоро год, как из Москвы… Зимой у нее мальчонка-провожатый был: боялась одна по тайге ездить. А нынче притерпелась…

Васин. Вот ты говоришь, у каждого человека своя история есть. Верно, и у докторши она имеется. Небось рассказывала тебе?

Хозяйка. А у ней как раз и нету… Молодая она еще, беззаботная.

Таня (выходит из-за занавески). Спит. Я ее будить не стала. А пульс у нее хороший. Проснется — я ее как следует послушаю.

Хозяйка. Может, отдохнуть ляжешь?

Таня. Нет, пожалуй, не стоит. Только раскиснешь.

Хозяйка. Тебе виднее. (Подает ей чай.) На, пей, согревайся, милая. (Уходит за занавеску.)

Таня примостилась у печки и с наслаждением пьет чай.

Васин (после паузы). Ну и ну! Поражаюсь, как в такую грозу путешествовать не боитесь.

Таня (оглянулась,

заметила Васина). Вот так и не боюсь. (Пауза.) А кто вам, собственно, сказал, что не боюсь? (Снова пауза.) Еще как боюсь.

Васин. Скажу откровенно — и я тоже.

Таня. А не спите вы почему?

Васин. От любопытства. Иной раз так устанешь — сил нет, но держишься: вдруг, думаешь, что-нибудь очень любопытное произойдет, а ты, дурак, проспишь это происшествие.

Таня (улыбнулась). И что же, случается с вами что-нибудь любопытное?

Васин. А как же! Вот сейчас, например, спал бы я и так никогда бы вас и не увидел… Вон как тот человек, что у стола уснул. Вот он проснется — а вас уже нет! А я — я все видел: и как вы вошли, и как сели чай пить, и…

Таня. И… больше ничего не увидите. Вот я вошла, вот я села пить чай… Но больше ничего не случится. Ничего. (Выпила чай, встала, прошлась по комнате.) Как тихо… Только дождь льет… Как тихо… Точно во всем мире никого нет, только я и… (Смотрит на Васина.) Вас как зовут?

Васин. Васин.

Таня …только я и товарищ Васин.

Васин. Совершенно верно. Представитель треста «Днепрометалл» Васин, Семен Семенович.

Таня. Что? Семен Семенович? (Смеется.)

Васин. Точно так. А почему смеетесь?

Таня. Просто у меня был один… один знакомый. Его тоже звали Семен Семенович. (Вдруг пристально посмотрела на него.) Слушайте, а может быть, это вы и есть? (Снова засмеялась.) Фу, чепуха какая…

Васин (недоумевая). Что-то не пойму я вас.

Таня. Вот и хорошо. (Идет в угол, где стоит обернутое в рогожу пианино.) Странно. Пианино… В тайге на перевалочной станции стоит пианино. (Поднимает рогожу, смотрит на марку фирмы.) «Бехштейн»… Забавно…

Васин. Знаменитая фирма.

Таня. Да, очень знаменитая… и знакомая.

Васин. Небось в детстве на таком играли?

Таня. Да. Именно в детстве. Это было в Москве, на Арбате, где мы когда-то с вами проживали, Семен Семенович.

Васин. А вы, я вижу, веселая — все шутите.

Таня (подвигает табуретку к пианино, открывает крышку). Даже страшно — так давно не играла. И пальцы закоченели, слушаться не будут… (Нерешительно берет первые аккорды «Шотландской песни». Она играет сначала еле слышно, потом все громче и уверенней, со второго куплета начинает подпевать.)