Татуировка
Шрифт:
— Так они же всех, кого рисуют, трахают, художники эти.
— Не знаю, меня не трахали.
— Ладно, ладно, меня — тоже не трахали. А я перетрахал — много! — Данила мечтательно прикрыл глаза. — Недавно лейтенантик один попался, пришел к нам в бассейн — такой нежный… Слышишь, я у тебя программу спишу, пойдем к нам в бассейн!
— Нет, у меня дела, — ответил Петр, радуясь, что они подошли к дому и разговор скоро закончится.
— Да, сорокалетние — это класс. А вот лолиток я не люблю, лолитки, хуже них только дырка в замке.
Как раз на этой
«Нью-ворд» занимал двенадцать дискет. Хорошо, Петр недавно купил новую коробку. Да и время на запись тоже ушло немалое.
— А мыльница у тебя есть? — неожиданно спросил Данила, когда работа подходила к концу.
— Какая мыльница? Тебе руки помыть?
— Да нет, я про фотоаппарат спросил, — засмеялся Данила, — а ты подумал про ту, в которой мыло? Мылом хорошо член намазывать, когда сухостой. Но еще лучше вазелином. У меня в десятом классе прозвище было — Даня-Вазелин. Так есть фотоаппарат?
—Зачем?
— «Зачем-зачем»! Затем! Есть, спрашиваю?
— Ну, есть.
— Неси. И кадров пять пленки. Много не надо. Хочу одну фотку сделать. Раз в бассейн со мной не идешь, тут ее сделаю.
— Какую фотку?
— Доставай аппарат, увидишь.
Чтобы скорей отвязаться, Петр решил исполнить и эту просьбу. Последней аппарат брала мама, и он лежал где-то у нее. Но оставлять Данилу в комнате одного не хотелось. Еще сопрет что-нибудь! И Петр повел его за собой.
— Мама, а где у нас фотоаппарат? — крикнул он, не доходя до кухни.
— Он тебе зачем? — спросила Ольга Васильевна и вышла к ним. — Понимаешь, завтра он мне понадобится.
— Нам на минутку.
— На минутку можно. Он у Павлуши, только не больше двух кадров.
Петя повел Данилу за собой назад, но тот не удержался, обернулся, посмотрел на Одыу Васильевну и заговорил противно приторным голосом:
— Какие тут мамочки ходят сладенькие!
Но Петя зло его оборвал:
— Кончай придуриваться!
Они вернулись с фотоаппаратом в комнату Петра. . — А то, может, в бассейн все же сходим, а? — спросил Данила как ни в чем не бывало. — Я тебе телочку подберу.
— Слушай, давай короче, у меня дел — бездна! — Петр уже с трудом сдерживался. — Что тебе надо снимать? Из дома его уносить нельзя.
— Да я ж тебя хочу снять на память.
— Это еще зачем?
В разговоре с ним Петр постоянно чувствовал смущение.
— Во, испугался! — Данила захохотал. — Подумал, что я твою жопку хочу снять, да? Ну честно признайся!
— Ничего я не подумал.
— Я твою тату хочу кой-кому показать, понял? Очень она мне нравится. Свитер сними, а брюки можете оставить — как у врача на медосмотре.
—Зачем?
Раздеваться снова перед этим скотообразным парнем Пете не хотелось.
— Ну разденься, слышь! — стал уговаривать Данила. — Да не бойся ты, не буду
— В бассейне нет воды? — удивился Петр. — Прямо как в анекдоте про сумасшедших.
— А то чего бы я в баню ходил? Зато компания хорошая, — повторил он. — Может, пойдешь?
Петр закрыл за ним дверь и его немедленно потянуло под душ, пусть даже под холодный.
— Что за идиота ты приводил? — спросила Ольга Васильевна старшего сына, когда тот появился на кухне.
— Да так, случайный знакомый, — проговорил он, оправдываясь.
ЦЕРКОВНЫЕ СВЕЧИ ЛУЧШЕ СТАВИТЬ УМЕЮЧИ
— Миша, я, конечно, тебя разбудила…
— Олечка! Что случилось?
— Нет Пети. Ушел неизвестно куда и не вернулся. Как могла коротко она рассказала о том, что случилось в последние часы.
— Все понял, — остановил ее Михаил. У него были какие-то знакомые среди милицейского начальства. Несколько раз его приглашали для каких-то сложных экспертиз. — Прими что-нибудь, хотя бы теплой воды с медом, и немного поспи. Как только выяснится, сразу позвоню. И ты сразу мне звони, если он вернется.
Миша сделает все, что только возможно, это она знала. И не только ради нее. Просто он из тех людей, про которых сочинили пословицу-оценку, почему-то казавшуюся ей в школе банальной и глупой: «Я бы с ним в разведку пошел».
— В какую еще разведку? — смеялись они тогда всем классом. — К пивному ларьку, что ли?
Только недавно поняла она ее смысл. Значит, поумнела. Или состарилась.
Заснуть так и не удалось, а около шести утра позвонил Миша. Голос его был смущенный.
— Понимаешь, оперативный дежурный всех поднял на ноги, но нигде его или кого-то на него похожего нет. Но я уверен, парень просто остался ночевать у каких-нибудь приятелей. На всякий случай поройся в его записных книжках, подбери адреса. Хотя, думаю, что он сам вот-вот появится.
Однако Петя так и не появился. Ольга прождала до десяти, позвонила на всякий случай в деканат.
— Сейчас я схожу в их группу, узнаю и перезвоню, — пообещала лаборантка.
Она и в самом деле перезвонила минут через десять, но не принесла никакой радости.
— Группа сдает коллоквиум, вашего сына нет.
Дальше сидеть дома Ольга не могла и отправилась в школу. По дороге от автобусной остановки она всегда проходила мимо церкви и сейчас вдруг решила в нее войти. Еще вчера такой мысли у нее и в голове не было. «Зайду, поставлю свечку, в конце концов, это ведь не повредит», — решила она, поднимаясь по каменным ступеням.