Тайна
Шрифт:
Воспитанием чувств я больше не занималась. Это вместо меня сделали исторические перемены, широко распахнувшие двери страстям другого свойства…
Игральными автоматами я увлекалась давно и играла с маниакальным упорством. В основном в Тиволи, но случалось и в других местах. Впервые в жизни они появились в нашей стране за обычные деньги, которые чудесным образом превратились в обменную валюту. Я своим ушам не поверила, когда мне сообщили такие сногсшибательные
Оказалось, все так и есть.
Шум в «Гранд-отёле» стоял вполне умеренный, где ему до копенгагенских автомат-залов! У здешних машин просто следовало нажимать клавиши. О выигрыше сообщалось благозвучным журчанием, попискиванием или музыкой, а не звяканьем сыплющихся жетонов. Разумеется, сыпались они довольно редко, в основном, автомат копил их и сливал гуртом.
Я, сидя перед автоматом, сияла от счастья, как вдруг услышала за спиной Гутюшин голос.
— Привет! Давно не виделись, чуть не полгода. Исчезала куда-то?
— Привет, Гутюша! Меня не было, уезжала. Что здесь делается?
— В общем-то много чего. А в частностях не больно-то много — в частностях не до того было.
— Вообще — все знаю, а насчёт частностей — не очень-то много потеряла. Ты играть пришёл?
Гутюша оглянулся, подвинул табурет и сел рядом.
— Пока так просто. Впервые, посмотреть бы, что за разносолье. Ты разбираешься в этих штуках?
— Двадцать с лишним лет.
— Как это? — удивился он. — Ведь только-только появились!
— А в Тиволи были. Я эту заразу, можно сказать, с детских лет изучала.
— Бомба! Раскрой талант, скажи, как играть.
— Сперва пойди в кассу и купи жетоны. Учиться за мои деньги не разрешаю — везенье у меня испарится. Можешь ассигновать сотню или хоть бы пятьдесят?
— А как же, разбогател в последнее время. Могу выбросить часть в сточную канаву.
Он сходил в кассу, вернулся с жетонами. Я начала объяснения.
— Сюда бросаешь жетон, запускаешь, загораются клавиши, видишь?
— Вижу. И что?
— Включаешь «старт». Читать умеешь, в картах разбираешься? В покер играешь?
— Ясно. У тебя две пары. Что это даёт?
— Даёт два жетона, вернулась ставка, я играю по два. Можно их перебросить на кредит, слить из автомата и забрать. Или снова обменять на деньги. А можно рискнуть удвоить, вот так…
Я играла как раз на моем любимом покерном автомате. Показала Гутюше клавишу «дубль» и нажала её. На экране появилась одна закрытая карта, около неё замигало попеременно «красная» и «чёрная». Засветились соответствующие клавиши.
— Теперь нажимаешь красную или чёрную, как душе угодно, на ум и расчёт не надейся. Угадаешь — получишь вдвойне, нет — все проиграешь. Например, красная…
В виде исключения я угадала. Гутюша обрадовался. Я показала
— У меня уже четыре жетона, хочу дублировать, то есть рискнуть на пробой. Угадаю, удвоится. Рискую…
Я снова рискнула на красную, к большому моему удивлению, угадала, пришла в азарт и решила: хватит с Гутюши, научила вполне.
— Теперь у меня восемь и валять дурака не собираюсь. Сюда долбанёшь на кредит, кредит вот здесь…
— Сто тридцать шесть, — прочитал Гутюша. — Ого-го!
— Никакое не ого-го, автомат у меня уже двести сожрал. Возможно, что-нибудь и даст. Вон там такие же покерные автоматы, а в той стороне — тоже покерные, только нету «красная-чёрная», зато есть «большая-маленькая».
Гутюша потребовал непосредственной демонстрации. Я оставила свой автомат и перешла к другому с «большой-маленькой». Гутюша бросил жетон. Я показала нужную клавишу, и у него появилось три десятки.
— Оставь эти карты и бей ещё раз, может, и… Ладно хоть так: что было, то и осталось, перебросишь на кредит или гадаешь на «дубль»?
— А сколько у меня?
— Написано. Вот тут. Три.
— На пробой.
— Ну, прочитай, что загорелось. На одном написано «double», а на другом «take», это, надеюсь, уразумеешь по-английски?
— «Take»… — поймал и держу?
— Да. Продуешь дубль, держать будешь куриный помёт.
— Ну и пускай. Гадаю на дубль. Гутюша нажал клавишу «дубль», в углу появилась одна закрытая карта.
— А теперь угадай, большая она или маленькая. То есть от шестёрки вниз или от восьмёрки вверх. Туз в этом случае заменяет единицу, а семёрка — ничья.
Гутюша посмотрел на меня, на экран, нажал «большую» — появилась дама. Выиграл.
— И что дальше?
— У тебя шесть. Можешь либо на кредит, либо снова на пробой.
— Поймать и держать? Правильно! Честь имею держать!
Нажал дубль и «маленькую». Появился король, Гутюша продул весь выигрыш. Нуль.
— Без порток, зато при шпорах, — философски заключил он. — Постой, я ещё попробую.
Автомат проявил вежливость, дал две пары и разрешил их дублировать. Я удержала Гутюшу от следующей демонстрации во имя мужской чести, показала, как выигранное слить из автомата, и повела дальше.
— Здесь просто полька-карабас. Тоже покер, стой, брось что-нибудь, покажу, как гадать на дубль, очень забавно…
На четвёртый жетон Гутюша получил пару валетов, сам нашёл нужную клавишу. На экране появилось пять карт, лишь первая открытая. Семёрка.
— Тебе надо угадать карту больше чем семёрка, — объяснила я. — Если окажется меньше, все проиграл.
— А если то же самое? Тоже семёрка?
— Тогда можешь гадать снова или отказаться.
Гутюша подумал, попал на девятку.