Тайны прошлого
Шрифт:
— Да, а я всех новичков знала, хотя одиннадцатый класс не доучилась… — Эрвин погрузилась в воспоминания, от которых ей стало жутко. Неужели это тот самый Виталик.
— А в каком году вы должны были закончить школу?
— В 1984-ом, — автоматически сказала Эрвин, погруженная в мысли.
— Так мои мама и папа тоже в 1984-м, может вы и есть та самая тетя Ира, которая потерялась много лет назад? — Новак не верила, что папины рассказы оживают прямо на ее глазах. Все сходится, отец часто рассказывал о смелой девчонке с огоньком
— Ну, как же!!! Нет, тот был Краснов.., а мамина девичья фамилия Терехова? — сама, не понимая в чем дело, проронила женщина.
— Да Светлана Терехова, а меня в честь нее назвали. Вы же были друзьями…
— Так, мне надо выпить что-нибудь покрепче, — Эрвин вмиг переменилась в лице, пошла к стойке и вернулась с целой бутылкой какого-то спиртного напитка. — Это было так давно…
— Да, конечно.
Дамочка выпила первую рюмку залпом и о чем-то задумалась. На миг Свете показалось, что Эрвин плачет или это просто губы затряслись. Взгляд стал другим. Женщина сняла очки и снова наполнила рюмку.
— Нам надо скорее встретится с твоим папой…
Тут она опять спохватилась…
— Так Светлана умерла? Она была моей лучшей подругой. — Теперь уже заплакал алкоголь или она только сейчас поняла, кто есть кто, и что происходит.
Мимо прошел мужчина лет тридцати спортивного телосложения. Дамы заметили его, каждая оценив по-своему. Светлана рассматривала стройный и в меру накаченный стан мужчины. Ей всегда нравились те, кто постарше, хотя Карла, все еще дремавшая на чемоданах, утверждала, что это возрастное. Эрвин же, не двигая головой, проводила его взглядом и подмигнула Новак.
— Вот это сладенький парень, а? — Эрвин тут же достала зеркальце, глянула на часы, поправила свою экибану из налакированных фиолетовых волос и гигантских шпилек. Одним резким движением подкрасила губки так быстро, что Светлана подумала, не почудилось ли ей. Вот и щечки под новым слоем пудры. Слез как не бывало. И сумочка вновь закрыта.
— Светочка, я отлучусь на минутку, мне надо в комнату для маленьких девочек, — тут она снова подмигнула, улыбнулась и, слегка качаясь на здоровенных каблуках, поплыла в дамскую комнату мимо присевшего за соседним столиком «сладкого парня».
Новак сдерживалась через силу, чтобы не рассмеяться. Теперь она понимала, почему отец так тепло вспоминал об Ирине, в эту женщину просто невозможно не влюбиться, а может…
Конечно… А вдруг она сможет стать ее новой мамой…
Хотя нет, папа не забудет маму, и его дурацкая религия не позволит ему закрутить даже маленький романчик. Но если она приложит немного усилий, то папа сможет снова полюбить, тем более, если она не ошибается, что-то было между ними еще во время школы. А папе важнее, как на это посмотрит Бог. Папа — вдовец, и его дочь не возражает, чтобы он начал жизнь заново. Почему Всевышний должен быть против? Решено! Эта встреча не случайна.
«Я давно Тебя ни о чем не просила… — мысленно
— О чем задумалась, ласточка моя? — Эрвин словно появилась из воздуха.
— Да так, заключала контракт, — ответила Света, а про себя подумала: «У меня будет лучшая и самая прикольная мачеха в мире», — она представила как хвастается перед подругами, что именно она нашла ее для папы.
Размышления прервались, когда Эрвин достала из сумочки длинную папироску, и в воздух взмыл маленькой струйкой дым.
«О-о, это будет непросто!»
— Эрвин, вы курите? То есть ты?
— Да, сколько себя помню.
— Давайте мы с вами кое о чем договоримся.
— Конечно, лапочка! Что я могу для тебя сделать?
— Я помогу ва… тебе встретиться с моим отцом в кратчайшие сроки, но при нем не кури, пожалуйста, и не пей если можно.
— Ладно, идет! — Эрвин без всякого сожаления потушила начатую сигарку. — Ты умеешь вести переговоры.
Два таможенника твердыми шагами шли к их столику.
«Интересно, что бы это могло значить, неужели что-то не в порядке с моими документами, а может это Эрвин, — любопытство и волнение смещалось в голове Новак. — Сейчас все выяснится».
Эрвин продолжала что-то лепетать, сидя спиной к двум вооруженным мужчинам, которые были в 10 шагах от них.
«Они смотрят на Эрвин. Это точно! Ошибки быть не может. Что делать? Может ее разыскивает Интерпол, а я-то дурочка уши развесила, в мачехи записала. Кто она? Воровка? Шантажистка? А может убийца?»
— Простите, таможенная служба, ваш паспорт, пожалуйста.
— Да, конечно, — ответил «сладкий парень», который сидел позади Эрвин.
— Деточка, тебе плохо? — озадаченно спросила Эрвин, и Новак пришла в себя.
— Ах, Да! А что?
— Да ты как стена побелела? Что там? — Эрвин оглянулась на таможенников, которые за ее спиной расспрашивали симпатичного незнакомца.
«Ой, нет. Теперь Эрвин подумает, что я таможенников испугалась. Теперь она меня за преступницу примет, а рассказать, о чем я подумала, не осмелюсь — кому такая дочка нужна, которая в каждом видит преступника».
— Ой, кажется, я слишком много кофе выпила. Меня тошнит, пойду умоюсь.
— Я с тобой! Не хватало, чтобы ты еще где-то упала.
— Хорошо, спасибо, — не смея отказать, Света сделала слегка больной вид, благо, что нянька не видела, и они потопали в дамскую комнату.
Карла заметила только, как за ними закрылась дверь. Еще обратила внимание, как один из таможенников, спрятав паспорт в нагрудный карман, что-то сказал мужчине, сидевшему за столиком по соседству со Светой и ее новой приятельницей. Мужчина встал и пошел вслед за таможенниками в какой-то кабинет.
— Еще одного жулика поймали, так и надо! — и Карла снова задремала.