Телохранитель
Шрифт:
Он больше ничего не смог придумать, но что-то ж сказать просто обязан был. Идалгир грустно улыбнулся, а потом чуть заметный смешок слетел с его губ. В глазах мага читались жестокость и хитрость. В то же время легко можно было различить в его насмешливой маске и нотки грусти и разочарования.
Что длинноухих в этом мире величают эльфами, маг уже успел убедиться на своем горьком опыте. Девочка с густо накрашенными черной тушью глазами, ехавшая с Ларисой и Идалгиром в одной маршрутке, поглядывая на расположившегося рядом с ней мага, шептала в трубку подруге, живописуя эльфа, что находился
Вчера в магазине один парень пытался подсунуть Идалгиру блокнот, требуя то ли нарисовать рожицу, то ли написать пожелание на будущее, и при этом тоже звал мага пресловутым эльфом. Если бы все эти люди только видели настоящих эльфов, вечных детей, живущих в солнечной лощине где-то за горами. В их царство отправлялось немало экспедиций из Вейлингского королевства, но ни одна не возвращалась с ценной информацией. Такое чувство, что невысокие длинноухие дети со счастливыми глазами каким-то образом стирали память своим гостям, и те вспоминали лишь о танцах до утра, волшебном эле и сладких пирогах. Никто еще не сумел разузнать ни секрета вечной молодости, ни неприступности открытого и по-детски наивного народа гор.
Идалгир никогда не желал быть похожим на слащавого маленького эльфа. У него не было совсем ничего общего с этой странной народностью. И он искренне удивился, когда из-за заостренных ушей полукровки его причислили к братии Перворожденных. Причем, складывалось впечатление, что жители этого мира готовы отдать абсолютно все, что у них есть, лишь бы стать собственником какого-нибудь остроухого создания из другого мира.
— Нет, не Идэ — истинная причина, — постаралась как можно более отрешеннее сказать Лариса, лишь бы продолжить беседу с врачом, которому звонил мошенник три дня назад.
Девушка уловила чуть заметный испуг на лице ветеринара. А вскоре Борис разволновался не на шутку: его крошечные глазенки бегали из стороны в сторону, щеки покрылись алыми пятнами, а в руках он теребил уже изрядно измятые рецепты.
— Вам позвонили с моего телефона два дня назад, — Лариса, серьезно посмотрев на доктора, ставила его перед фактом. — После пяти вечера.
— Ах, — врач облегченно вздохнул и вытер выступивший на лбу пот рукавом, а потом поправил сбившиеся очки. — Мне никто не звонил позавчера вечером.
Значит, у него есть, что скрывать, но это не относится к звонку Андрея — заметила Каргаполова. Возможно, налоги, двойная бухгалтерия или еще какая-нибудь бюрократическая ерунда. Не удивилась бы Лариса, прими ее Борис за рейдера или черного риэлтора, намеревающегося вынудить продать клинику за бесценок. Андрей в список опасностей не входит, ясно.
— Хм, — усмехнулся Идалгир, — а будешь врать, я комнату эту в пепел превращу.
Он прищелкнул, и на правой ладони у мага образовался крошечный огненный шар. Идалгир перебрал пальцами, и он увеличился в несколько раз. Проведя левой рукой над заклинанием, маг сделал шар еще мощнее. Такой шар мог
Любой человек из Вейлингского королевства с первого же взгляда распознал бы подделку, от которой не разило жаром. Зато в этом мире даже Лариса ахнула и отшатнулась, а Мява справедливо зашипела на мага, шантажировавшего доктора.
Но Идалгир не спешил приводить в действие свои угрозы и умоляюще смотрел в сторону Ларисы. Ошарашенная девушка не знала, что и предпринять. Страх объял ее с ног до головы. Но, поймав на себе пронзительный взгляд светлых глаз мага, она поняла, что тот если не блефует, то ждет от нее очередного хода.
— Да, — добавила Лариса, глядя на трясущегося ветеринара, который и рад бы очутиться подальше от Идалгира, да тесный кабинет не позволял, — каким образом ваш номер тогда сохранился среди набранных? Продолжительность звонка чуть больше двух минут…
Девушка извлекла аппарат из кармана и, отыскав в списке телефон клиники, открыла всю информацию о звонке и показала доктору. Доктор дернулся, и, судя по его бегающему взгляду, он занимался активными поисками ответа в ближайшей окрестности. Он хочет придумать очередное объяснение, только не знает, как это сделать, чтобы оно выглядело наиболее правдоподобным — догадалась девушка, продолжая наслаждаться представлением.
— Он высокий блондин, прямо фотомодель с обложки глянцевого журнала, чем-то он похож на Бреда Пита, одевается дорого и со вкусом. У него ясные голубые глаза, взгляд такой уверенный, но в то же время мягкий, а его нежнейший бас просто сводит с ума… а слова… словам его нельзя не поверить! — живописала Лариса, — он называет себя Андреем и работает в автомагазине, Тойотами торгует. И он носит плащ, дорогой английский плащ.
— Девушка, не знаю я вашего секс-символа, звезды и…, - мельтешил Борис, нервно перебирая пальцами кучу рецептов.
Идалгир понял, что настало время пугнуть допрашиваемого, и поднес руку со сформированным псевдо-огнем к толстой зеленой папке, на которой покладистым почерком кто-то написал: 'Отчетность 2009' и пачке бумаг, сцепленных массивной черной скрепкой.
— А теперь знаешь?
— Я не знаю, о ком вы, — в слезах взмолился доктор, нервно схватив бумаги и прижимая их к груди как самое дорогое на всем свете сокровище, — только не палите мою диссертацию.
— Тогда на звонок ответил кто-то другой, — предположил маг, мигом потушив псевдо-шар. — Кто?
Ветеринар скривился, но промолчал. Его плечи тряслись, по щекам текли слезы, и он в принципе не желал ни с кем общаться. Он не один работает в клинике, получается, с интеллигентом в английском плаще мог связаться кто-нибудь из сотрудников.
— Извините, но это очень важно, — только и смогла прошептать Лариса. — Практически, дело жизни и смерти.
— Жаль, что ничем не могу… помочь, — еще крепче прижимая к себе чуть не уничтоженную диссертацию, продолжал вздыхать доктор. — Все в отпуске. А медсестра…