Телохранитель
Шрифт:
Все тянулось словно в замедленной съемке. Мужчина в натянутой на нос черной шапке, чьи скулы очень сильно напоминали пресловутого Андрея, медленно нажал на курок. И снова хлопок. Лариса успевает понять, что звуки в клинике — это тоже были выстрелы. Но рассказать об этом Идалгиру она уже не успеет. Вспышка света прямо рядом с его ладонью, огонь, несущийся в сторону девушки. Она думает, что может уклониться, но тело словно обвязано подушками, не хочет двигаться. Вокруг все будто в застывшем желе. Нет, время обмануть нельзя.
И вдруг Лариса почувствовала, как что-то массивное толкнуло ее, очень сильно приложив затылком об землю. Перед глазами пошли разноцветные круги, в ушах раздался звон. Нет, то не может быть пулей. Слишком большое и холодное. И, самое главное, тяжелое.
— Идэ?! — прохрипела она, сквозь пелену слез разглядев знакомые черты.
Но маг не собирался устраивать сентиментальных
Маг уверенно направился в сторону человека с пистолетом. Еще несколько хлопков, пока стрелявший не понимает — абсолютно бесполезно. Да и вокруг Идалгира в темноте можно разглядеть слабое свечение магического щита: пули и вовсе не долетают до него.
— Проклятье! — выругался человек в черном и бросился бежать что есть мочи.
Но тут сильная рука Идалгира обхватила его плечи.
— Дьявольщина! — прошипел незнакомец сквозь зубы.
***
Марина робко толкнула дверь и вошла в ярко освещенную комнату. Привычная ей клиника, пустующий операционный стол, закрытые на замки шкафы с лекарствами, а в кресле доктора Соболева сидел он, мужчина-мечта, объект ее восхищений и банкомат по совместительству. В черной куртке с множеством карманов он казался еще желаннее, чем в стильном английском плаще.
— Спасибо, дорогая, — сухо ответил он, даже не глядя в сторону вошедшей.
Он словно знал, что на пороге могла стоять только влюбленная преданная Марина, готовая ради одного мгновения любования его безупречной внешностью сделать все, что он ни попросит. Ее холодная рука прикоснулась к его ровному, гладко выбритому подбородку.
— Я тебя люблю больше всех на свете! — выпалила девушка.
И вот через секунду она уже прижимается грудью к его спине, а руки словно цепи сомкнулись на талии. Но взгляд мужчины холоден и отрешен. Он затеял сложную игру, он пошел по трупам, он уже очень близок к победе. С минуты на минуту сюда заявится маг, как воздух необходимый завоевателю драконов, и экзальтированная особа, приманка, больше не нужна. Она не дурна собой, послушна и исполнительна, из-за любви, ослепившей ее, она ничего не хочет замечать. Но эта влюбленная слепота может сыграть в Андусом злую шутку. Марина не понимает, что она на войне. Она ищет красоту и деньги. И считает, что близка к цели. Но он находится в поисках власти над всем, и ничто не способно его остановить. Марина — разменная монета, пешка в его партии, как и все остальные. Только он, Андус из Пируаса — король. А Лариса, казалось бы, ничем не примечательная девушка, только она способна стать его королевой. Эти рыжие локоны, изумрудного цвета глаза, идеальный овал лица, румяные щеки… — все это так напоминает почившую княжну из соседних земель. Девушка была могущественной, но непроходимо глупой колдуньей, которая разбрасывалась магией направо и налево. Потом она пропала. Кто-то говорил, что она бросилась со скалы, когда ее осудили на смерть. Ходили и слухи, будто княжна Хинта была сослана в другой мир навеки… Она, суженая Андуса, пропала. А Лариса словно две капли воды походила на несостоявшуюся невесту. Если верить сплетням, у полководца был призрачный шанс получить в лице Каргаполовой дочку или внучку пропавшей взбалмошной Хинты. А если нет, и княжна, и вправду, разбилась о скалы, то просто девушку похожую на возлюбленную.
А что Марина? Марина — орудие. Средство для достижения цели. Мышка, зашедшая в ловушку и приведшая за собой куда более вкусное лакомство.
— У тебя есть муж, не так ли? — попытался противиться словам девушки полководец, хотя уже прекрасно понимал, что красноволосая просто так не отвяжется.
— И зачем ты меня позвал? За деньгами?
— Да, — освободившись от ее крепкой хватки, сказал Андус, отойдя к окну. — Вот тебе тысяча евро и забудь меня. Навсегда.
— Но…
— Ступай. И скорее. Мы не знакомы, никогда не пересекались по жизни и друг друга не видели.
— Нет.
— Мало? — он обернулся к девушке и протянул ей еще две купюры по пятьсот евро
Но Марина стояла, не шелохнувшись, она даже не взяла предложенные ей деньги, будто кредит и не надо выплачивать. Купюры, словно опавшие с дерева листья, лежали под ногами, никому не нужные: ни Марине, лишившейся в одночасье объекта обожания, ни Андусу, которому больше не нужна была наживка-медсестра. Скорей бы она только покинула клинику. Не то придется убить ее. Ведь полководец, лишившись своей силы, больше не способен был к колдовству, и не смог бы попросту стереть из воспоминаний влюбленной девочки себя. Только убийство могло обезопасить его от сплетен. Или молчание Марины. Последнее маловероятно, если посмотреть на преданность, с которой на него уставилась медсестра. Сейчас расплачется и кинется в объятья. Попросит никуда не уходить, забрать ее с собой хоть на край света.
— Иди. Прошу тебя. Тебе так лучше будет, — умолял ее Андус.
Но девушка не шелохнулась, она даже не обернулась, когда в клинику вошел еще один человек и знакомым голосом произнес:
— Вы звали, господин Андус, я пришел.
Доктор Соболев?! Марина подскочила словно на иголках, оборачиваясь в сторону своего начальника. Ветеринар, облаченный в длинный балахон темного цвета и тюбетейку, стоял в дверном проеме. У него на поясе сверкала боевая сабля. Если бы медсестра не отправилась работать к Соболеву, она бы никогда не узнала в этом человеке доктора: ролевик, реконструктор, актер из театра, но никак не ветеринар.
— Борис Иг-нать-евич… — немеющими губами прошептала Марина.
Ее ноги подкосились, и она попросту безвольно свалилась на любезно подставленную Андусом табуретку.
— Меня зовут Ромпус, Марина, — стараясь не смотреть в глаза подчиненной, буркнул ветеринар и прошел мимо девушки. — Я не совсем лекарь. Я алхимик.
Шок не собирался отпускать медсестру. Ее ждала череда разоблачений: любимый мужчина откупается какими-то жалкими полутора тысячами евро, прежде, чем исчезнуть навсегда, а начальник оказывается каким-то Ром-супом, или Ром-пупом… одним словом не тем, за кого себя выдавал. Но еще хуже другое — эти двое связаны между собой неким тайным делом, а она — просто часть их плана. Нет никакой любви и преданности. Все эти выплаты — некий фарс, непонятно зачем нужный совсем не прекрасному и совсем не принцу. И тут вспомнился еще один персонаж: синекожий человек в сопровождении невысокой рыжей девицы. Такие просто так из морга не сбегают. Или не из морга. Впрочем, осознала Марина, глотая слюну и в ужасе соображая, что надо было слушаться и уходить пока не поздно, она попала в самую гущу не очень приятных событий. В самое пекло! И все из-за денег и стремления как можно скорее погасить кредит. Раньше следовало насторожиться исчезновениями бухгалтеров и странными выплатами. Стоило задуматься, что ничего не берется ниоткуда и не длится вечно. А теперь приходится расплачиваться и слушать обрывки фраз об армии машин, движимых магией полководца, против драконов в каком-то Пируасе. То ли это сумасшедшие из соответствующего заведения сбежали, то ли Марина участвует в съемках некого фильма, то ли… мир драконов, о котором немало рассказывалось в древних мифах и детских сказках, взаправду существует, и мужчина ее мечты хочет завоевать крылатых ящеров. И… не видит ее дамой сердца, с которой он оседлает дракона.
Забыть бы обо всем, хватать деньги и бежать к мужу и сыну, вложить бы полторы тысячи евро в банк для оплаты долга. Так нет же, детские мечты и наивная любовь к красивому мужику останавливает, ограждает от взрослой жизни. И любопытство гложет.
А в это время облаченный в черные брюки и водолазку того же цвета мужчина мечты вопрошает ветеринара, который на самом деле оказался алхимиком Ромпусом, где тот хранит ампулу с жидкостью для создания философского камня. Красавчик берет со стола заранее приготовленный и отмытый самый обыкновенный камень и начинает толкать пафосную речь о мощи артефакта. Достаточно будет раскрошить облитый жидкостью Ромпуса камень в пыль и засыпать ее в масляный отсек автомобилей, как они обретут силу, подчинятся одному человеку, а тот прикажет им уничтожить нескольких Древних драконов.
Марина восхитилась изобретательностью объекта обожания. Техника против сказочных существ — гениально! Только почему-то алхимик не торопился отдавать ампулу. Он стоял у шкафа, опустив руки.
— Неужели ты не выполнил мою просьбу? — взбесился блондин и кинулся на своего подчиненного. — Я же заплатил больше, чем достаточно, спасал вашу дурацкую клинику от налоговых и прочих проверок. Неужели этого мало?
— Ты эгоист, Андус, — сквозь зубы прошипел алхимик. — Мне не составило труда восстановить ту жидкость, из-за которой меня выслали в этот проклятый мир. Но неужели ты думаешь, что цену философского камня можно измерить деньгами?