Темные души
Шрифт:
Парень весело рассмеялся над собственным остроумием, чем еще больше напугал девушку. Ей показалось, что это его стоит навещать, но она не осмелилась произнести это вслух.
— Спасибо, — он закончил разговор с портье, положил трубку и, жестом предлагая девушке располагаться на диване, уселся в кресло.
— О Стефане есть новости? — тут же задала следующий вопрос Бонни.
— Он сбежал, и теперь мы не знаем, где его искать. Дамон чего-то задумал, но с ним трудно поговорить начистоту. Скользкий, как рыба, — начал он вводить ее в курс дела. — Мудрит опять. Билеты в Италию
Девушка с радостью поддержала его предложение. Несвязный стиль речи — его конек, поэтому приходилось по нескольку раз переспрашивать одно и то же.
Ей пару раз не удалось сдержать вскрика по ходу повествования парня. Он сознательно опустил все, что касается отношений Елены и Дамона, чтобы чуть позже с удовольствием полюбоваться на ее вытянувшееся лицо, рассказывая лишь факты и добавляя рассказу эмоциональности емкими словечками и довольно пошлыми шуточками.
Обстоятельное разъяснение событий прошедших дней заняли почти всю ночь и большую часть утра, поэтому Бонни сама не заметила, как заснула, сидя прямо на диване.
Дамон ласково погладил девушку по волосам и ответил на ее мысленный вопрос:
— Должны, Елена.
— Жаль, — полным несчастья голосом протянула она. — Я не хочу никуда отсюда уходить.
— Я знаю, моя принцесса. Мне не больше твоего хочется возвращаться, — с тяжелым сердцем подтвердил вампир. — Но мы должны найти братца.
Сердце Елены екнуло на последних словах. Ей вдруг стало так плохо, как никогда прежде. Она практически забыла Стефана, без остатка растворившись в его брате. Именно эта мысль причиняла столько боли, что девушка старательно отогнала ее на самый задний план. Она не хотела огорчать Дамона, не хотела снова заставлять его страдать. Но он без труда догадался о смене ее настроений.
— Не кори себя, — тихо попросил он. — Как бы мне ни было больно, я смогу со всем справиться, если ты будешь счастлива. Возможно, я даже когда-нибудь смогу принять твой выбор.
Елена в ужасе посмотрела ему в глаза и удивилась, увидев там то, чего никогда раньше не замечала: понимание, желание сделать ее самой счастливой, пусть даже и путем, который он не хотел признавать. Никакой агрессии, лишь смиренное принятие будущего.
— То есть ты тоже отказываешься бороться? — ее задели его слова. Она не привыкла видеть Дамона таким, и ей стало не по себе.
— Нет, — он отрицательно покачал головой и еще крепче прижал к себе. — Я не говорил, что сдаюсь. Просто сейчас я решил для себя — все будет так, как захочешь ты. Мне неприятно чувствовать твою боль, осознавать, что я продолжаю делать тебя несчастной, когда дал себе обещание никогда больше не причинять тебе страданий.
— Прекрати! — она яростно зажала ему рот рукой и уверенно сказала, — Не надо самобичеваний. Ты опять во всем неправ. Да, мне больно, но это делаю я, а не ты. Я никогда в жизни не была так счастлива. Мне хорошо с тобой каждую минуту, секунду, каждое мгновение. И я знаю, кого выберет мое сердце. Ты тоже это знаешь, Дамон. И давай закроем эту тему на сегодня. Я ведь уже просила тебя забыть обо
Вампир рассмеялся над ее словами, но почувствовал невероятное облегчение. Все было так странно — такое чувство, что он окончательно потерялся в ярко освещенном палящим солнцем лесу, который на самом деле был его бесконечной любовью к этой девушке — чистой, светлой, бескорыстной и всепоглощающей. Его пугали перемены в собственной душе, и одновременно он был безумно счастлив. Она принадлежит ему, он живет в ее сердце, и между ними появилось что-то, что навсегда связало их судьбы вместе. "Сложно, все слишком сложно" — он не мог найти в себе объяснения происходящему. Вопросы лишь порождали вопросы, старательно стирая ответы.
— Да, я не против немного позлить тебя, — Дамон заставил себя вернуться в реальность. — Мне так нравится твоя злость! Она буквально сводит с ума.
Елена засмеялась и потянулась к его губам.
— Это у нас взаимное, — тихо прошептала она, покрывая поцелуями каждый сантиметр его идеального лица. — Ты тоже лишаешь меня возможности сопротивляться тебе, когда сердишься. Мне нравится твоя непредсказуемость, твоя сила, опасность. Я люблю рисковать, — прошептала она ему на ухо.
— Я заметил, моя принцесса, — также шепотом ответил он. — Подставлять такую восхитительную шею кровожадному вампиру! Надо иметь вескую причину, чтобы так необдуманно играть со своей жизнью.
Дамон нежно коснулся губами ее горла и нарочито громко зарычал.
— У меня есть причина — я так люблю тебя, что готова отдать последнюю каплю крови, — девушка сделала вид, что ее очень испугало его звериное рычание.
— Пожалуй, твоя кровь не так прекрасна, как стоны, — не согласился с ней вампир. — У нас есть около двух часов до заката. Думаю, их будет недостаточно, но мы кое-что успеем.
Елена со всей возможной силой вцепилась ему в волосы и мысленно простилась с благоразумием.
Девушка открыла глаза и рассеянно огляделась по сторонам. За окном уже садилось солнце — сколько же она проспала?
Бонни заметила скорченную фигуру Мэтта, которому было явно неудобно спать сидя в кресле. Она подошла ближе к нему и не смогла сдержать улыбки. Он был похож на маленького ребенка: блаженная улыбка, чуть приоткрытые губы и умильное выражение на лице. "Спит, как ангел" — пришло на ум девушке, и она невольно согласилась.
— Мэтт, — легко коснулась она его руки. — Мэтти, давай вставай. На закате спать нельзя.
Парень никак не реагировал, продолжая мирно сопеть. Она подошла к кровати, стянула одеяло и старательно укутала им юношу.
В голове бродило бесчисленное множество мыслей. Рассказ юноши сильно напугал ее, а еще она безумно переживала за Елену и надеялась, что Дамон не сделал с ней ничего плохого.
Продолжая теряться в догадках, она вышла в совершенно темный коридор и натолкнулась на кого-то.
— Прошу прощения, — тихо прошептала девушка.
— Бонни? Это ты?
Голос был таким родным, таким любимым, что девушка не сумела сдержать своих чувств и во всю мощь легких завопила: