Темп

Погодин Николай Федорович

Грищук. С ихнее не сработаем, значит?

Дудыкин. У них там небоскребы.

Рабочий в розовой рубахе. Небы… скажет тоже! Цех вон какой — пять десятин размер, — управляемся.

Картер. We have plenty of unemployed of our own there. These are good men, but they do scratch themselves too much.

Переводчица. Мистер Картер говорит, что в Америке достаточно своих безработных. Вы рабочие не плохие, но много чешетесь.

Картер. Tell them not to be afraid to change their underwear occasionally. Tell them also it is already seven and time to start on their work.

Грищук.

Ах, ты, мать твою в кадушку! Да как же не чесаться, передай ему, ежели вша ест?

Дудыкин. У них как… чеснись — штраф рупь.

Рабочий в розовой рубахе. Почем ты знаешь — рупь? А может, полтина?

Дудыкин. Поезжай туда и поторгуйся. Я тебе говорю — рупь, значит рупь.

Переводчица. Мистер Картер говорит, что вам следует чаще менять белье и что уже ровно семь часов, а потому надо всем приступить к работе.

Грищук. Видал! Белье чаще менять… Когда мы его с тобой меняли?

Темин. Кто его знает! Что я — записываю?

Дудыкин. Пошли-ка, Фетис!

Рабочий в розовой рубахе. Ох, дьявол, минуты не пропустит!

Дудыкин. У них, брат, как минуту пропустил — штраф рупь.

Рабочий в розовой рубахе. Да иди ты к чорту со своими штрафами!

Первая работница. Видать по очкам — спец.

Вторая работница. Конечно, спец. Главное дело — из себя видный.

Третья работница. Гражданин, а гражданин инженер, мы вас тут целое утро ищем… Разговор есть за брак… (Пауза.) Ты, товарищ, руль-то свой не поворачивай. Мы тоже не зазря бегаем.

Вторая работница. Мы, брат, представительницы.

Картер молча смотрит в свой блокнот.

Первая работница. Вот бурократы! Никакого внимания на тебя… Мы и до самого Болдырева дойдем.

Вторая работница. Мы тя заставим на производственном совещании. Там заквакаешь! (Про себя.) По морде видно — вредитель.

Первая работница. Две тысячи кирпичей нынче загубили. Слыхал? За порядком глядеть надо. Какой дурак глину с черноземом берет… И опять же, ты подумай, замачивают дикую землю…

Третья работница. Разве это работа! Это не работа, а абсюрд… абсюрд.

Картер. Абсюр русски…

Третья работница. Нечего надсмешничать над нами! Довольно!

Вторая работница. Постойте,

бабы, он не глухой ли… Слушай, дядя, ты как? Чего-нибудь такое слышишь? А? Ну, конечно, он глухой. Тьфу, чорт тебя возьми, настановили каких-то дураков!

Первая работница. А может, он немец? Третья работница. Никакой не немец… так, с придурью. Пойдем!

Уходят, с большой иронией поглядывая на Картера.

Появились техники с геодезическими приборами и белыми большими зонтами. По участку друг за другом чернорабочие катят вагонетки. На первом плане быстро выкладывается кирпич.

Голоса. Замеряй!

— Двух землекопов к десятнику четыре!

— Рой на два метра!

— Через час двух бетонщиков на угол! Идет переводчица.

Переводчица. Десятник четыре, сюда!

Подбегает десятник.

Мистер Картер приказывает левую сторону котлована очистить к обеду.

Десятник. Это никак невозможно. Что он с у… извиняюсь, там на два дня работы.

Переводчица. Инженер заявляет вам, что левая часть должна быть…

Десятник. Эх, барышня, хорошо вам заявлять, а я не могу… Не первый год строим. Никак…

Входят Болдырев и Гончаров.

Болдырев (десятнику). Продолжай, продолжай…

Картер (здоровается, с пришедшими). How do you do? How do you do?

Переводчица. Товарищ Болдырев, я должна заявить, что десятник отказывается к обеду очистить левую сторону, поэтому…

Болдырев. Понимаю. (Десятнику.) Слушай, земляк! Сейчас пять минут восьмого. В двенадцать часов левый участок будет очищен.

Десятник. Не могу, Степан Семенович.

Болдырев. Не можешь?

Десятник. Никак не могу.

Болдырев. А хочешь, стану вместе с тобой и очищу?

Десятник. Так нет… так это, например, не тот… вам этим делом заниматься…

Болдырев. Хочешь, стану и очищу?

Десятник. Ладно, Степан Семенович, постараемся, авось…

Болдырев. В двенадцать часов мне доложишь. Скажите Картеру — участок очистят.(Отходит к техникам.) Ну как, ребята, новый темп?