Tempus
Шрифт:
Оглянувшись по сторонам и поняв, что он все еще в Уайтчепеле, молодой человек широкими шагами направился в ближайший паб. Если Майклу можно напиваться, так почему нельзя ему?
Зайдя в прокуренное помещение, он хлопнулся на стул у стойки и заказал себе стакан эля. Помещение было небольшое, и внутри было обильно накурено. Здесь было несколько столов, за одним из которых играли в карты работяги, отдыхающие в этот воскресный вечер, было темно и влажно. Не слишком приятное местечко, но зайдя внутрь, Мэтью решил, что на сегодня ему это подходит. Мэтью отхлебнул эль из кружки и потянулся в карман за табаком.
Он глубоко ушел в свои мысли. Уже давно одно дело бередило
– Табачком не угостите? – спросили его неожиданно, заставив буквально подпрыгнуть на месте.
– Господи, нельзя же так людей пугать! – воскликнул Мэтью, картинно хватаясь ха сердце. Он уставился на потревожившего его человека: это был мужчина, которого он не заметил ранее за стойкой. Перед ним на столе стояло несколько пустых пинт пива, а из-за полутьмы он не мог разглядеть его лица, только руку, тронувшую его за плечо.
– Простите, – хмыкнул незнакомец, перебираясь на стул поближе. Теперь они сидели рядом, и Мэтью мог увидеть общие черты его лица, хотя оно и было скрыто в полумраке: у молодого человека чуть старше него самого, был массивный подбородок, большой нос и темные курчавые волосы, а глаза сверкали нездоровым блеском. Его костлявая рука взяла щепоть табака, и он наклонился, понюхав его:
– Хороший табак, – удовлетворенно произнес он. Его фигура щуплой, болезненно худой и угловатой, и голос низкий и глухой, как будто бы больной, с явным славянским акцентом.
– Наверное, – с сомнением протянул Мэтью. Табак у него был не высший сорт, но и не самый плохой.
– Приятное тут место, – незнакомец, видимо, решил продолжить с ним беседу, потому что придвинулся чуть ближе. В полутьме блестели его полупьяные глаза. – И музыка хорошая.
– Музыка? – Мэтью нервно улыбнулся. Либо с ним приключился внезапный приступ глухоты, либо перед ним какой-то сумасшедший. Вряд ли крики картежников могли сойти за музыку, хотя… – А, музыка карт, – кивнул он головой глубокомысленно.
– Нет, что вы, – хмыкнул его новый знакомый, поясняя, словно ребенку. – Обычная музыка.
– Ладно, – Мэтью поджал губы и кивнул, безропотно соглашаясь. Ну, музыка так музыка. Хоть кордебалет в голове у этого человека пусть играет. Ему до этого дела нет. Половина города сидела на опиуме, немудрено, что многие из них слышали «музыку».
Они помолчали, а затем Мэтью все-таки не сдержался:
– И что там передают?
– О! Это прекрасная музыка. Мелодия смерти, – шутливое настроение Мэтью тут же стухло. – Что вы здесь делаете в это воскресенье? – спросил его молодой человек, не продолжая предыдущую странную тему. Мэтью был ему за это благодарен, потому что у него мурашки побежали от того, с каким чувством этот человек сказал про смерть.
– Провожу свое время в приятном заведении, – хмыкнул Мэтью, махнув рукой в зал. Один из игроков в карты как раз смачно плюнул на пол. – С приятной компанией, – тут же поправился он, отсалютовав молодому человеку кружкой, но у того уже ничего не осталось. – Кажется, я просто невыносимо одинок, и мне больше некуда пойти, – заключил он, со стуком ставя эль на стойку.
Мужчина в полутьме понимающе хмыкнул.
– Понимаю. Когда вы зашли, я сразу же обратил на вас внимание – такие люди здесь нечастые гости, очень уж вы… – он сделал паузу, пытаясь подобрать слово. Он ворочал языком словно с трудом, и буквы выходили у него округлые, выпуклые, создавая
– Так и есть, вы не ошиблись, – подтвердил Мэтью, снова отпивая.
– Женщина? – понимающе кивнул тот.
Молодой человек от неожиданности подавился элем.
– Почему вы так решили? – спросил он, откашливаясь.
– Я давно понял, что у честного человека все беды от женщин. Эти kobiety 10 все одинаковые, – доверительно и очень зло сообщил собеседник, сжимая кулак, лежащий на столешнице. Пальцы у него были длинные, какие-то посиневшие, а ладонь, напротив, широкая. – Им только дай волю, они на шею сядут. И так им не пойдет, и эдак не выйдет. Fuj 11 ! Вот по вам прямо видно, что одна из них вас допекла. А главное: на лицо они хорошенькие, а внутри… Хотелось бы мне узнать, что на самом деле у них внутри под всеми этими корсетами и юбками… – он подозрительно огляделся по сторонам и неожиданно пригнулся к Мэтью, желая сообщить какой-то секрет. – Такие ли же они холодные? – прошипел он заговорщицки.
10
Женщины (польск.).
11
Тьфу (польск.).
– «Холодные»? – не понял тот. Когда незнакомец наклонился, его лицо наконец-то попало в свет лампы, и он смог разглядеть его лицо, оказавшееся не самым приятным: маленькие темные глаза, большой нос с горбинкой, впалые скулы, заросшие щетиной щеки и выражение какого-то некрасивого безумия. Он в целом выглядел довольно не ухоженно, от него пахнуло неприятным смрадом немытого тела и пивом. Мэтью чуть отстранился, не в силах выносить запах. Новый знакомый заметил его брезгливость, и отодвинулся. – Вы, наверное, имели в виду «хладнокровными»? Могу сказать, что многие из них и вправду умеют себя держать очень холодно, – по-своему понял юноша, списав эту оговорку на незнание английского.
– Нет, вы все правильно услышали. Я говорил об их холодности – внешней и внутренней. У них нет сердца, – поправил его тот.
– А вы проверяли? – не удержался Мэтью, глядя на молодого человека с ноткой презрения. Разумеется, если не следить за собой до такой степени, всякая женщина будет обходить тебя стороной.
– О, конечно, проверял! Множество раз! Паршивые создания, – выплюнул тот.
– А вы пробовали… привести себя в порядок, например? – осторожно спросил его юноша. Тот казался ему немного безумным, поэтому не хотелось его зря провоцировать. – Надеть чистую одежду, причесаться, – затем он с сомнением посмотрел на немытые космы молодого человека, – может быть, побриться налысо… – продолжил он, но его перебили.
– Нет, мы слишком разные. Женщины грязные, – не согласился его новый знакомый. Мэтью посмотрел на него с иронией, намекая на его внешний вид, но тот оказался непрошибаемым. – Я их ненавижу, – доверительно сообщил он. – Бессердечные творения Господа. Я бы хотел, чтобы они все исчезли. Ведь тогда и ваши проблемы исчезнут, молодой человек!
Молодому человеку стало немного не по себе. Он не совсем понимал, правильно ли он толкует слова собутыльника – из-за опьянения у того путались слова, и он выговаривал их все хуже, вставляя слова на своем языке.