Тень Хранителя
Шрифт:
В комнату вошла Кира. Копна ее пышных золотистых волос сзади была туго перетянута лентой. Она почтительно кивнула бабушке.
— Вставай, Роун из Негасимого Света, — распорядилась Энде, взяла его за руку и помогла юноше встать на ноги. — Наши гости ждут тебя.
«Планируя войну, думай о мире», — говорил себе Роун, следуя за Кирой и Энде из комнаты, где он чувствовал себя так спокойно. Юноша хорошо понял мораль притчи, которую рассказала ему Энде. В их мире дети падали в пропасть не потому, что были рассеянны и неосторожны, а потому, что их в эту пропасть толкали. Он понял, что в его
ВОЗВРАЩЕНИЕ
МАБАТАН, ИНТЕРВЬЮ 1.3.
ЛЕСНЫЕ КЛЕЩИ РАСПРОСТРАНИЛИСЬ КАК
МОРОВОЕ ПОВЕТРИЕ И ПОЧТИ НАС ОДОЛЕЛИ.
НО СПАСЕНИЕ К НАМ ПРИШЛО ОТ БЕЛЫХ
СВЕРЧКОВ, ИСЦЕЛИВШИХ НАС СИЛОЙ ПЕНИЯ.
С ТЕХ ПОР ОНИ ПОВСЮДУ НАС
СОПРОВОЖДАЮТ
Шшик, щелк, шшик, щелк… Странные зловещие звуки, будто жуки какие-то страшные шипят да пощелкивают. Эти непонятные звуки вывели Стоув из дремотного забытья. Девочка находилась в каком-то помещении с низким потолком, слабо освещенным голубоватым мерцающим светом газового рожка. Свет был жутковатым, и ей почудилось, будто она и не просыпалась вовсе, а витает где-то в незнакомом уголке Края Видений. Потом она определила источник странных звуков: их издавали два, как ей показалось, обезумевших альбиноса со страшными острыми клыками. Они о чем-то ожесточенно спорили… может быть, о еде? Интересно, уж не ей ли было предназначено стать их пищей?
Но ведь рядом с ней сидел Виллум, умный Виллум… Ему удалось найти ее! Он казался озабоченным, но явно не опасениями за ее жизнь. Стоув не узнала светловолосую женщину, стоявшую за ним, — это она была напугана до смерти. А мальчика — или девочку? — с темными глазами Стоув уже где-то видела, только никак не могла вспомнить, где именно. Виллум и эта не то девочка, не то мальчик с большим интересом прислушивались к непонятным звукам, причем они прекрасно понимали, о чем перещелкивались и пересвистывались чудовища-альбиносы.
Вдруг один из них вынул откуда-то короткий, но очень острый нож и стал угрожающе им размахивать. Другой отошел на шаг назад и, резко выкинув вперед руку, выбил у первого нож, и тот, звякнув, упал на твердый глинобитный пол. Тем лучше. Этот альбинос светился ярким малиновым цветом. Что бы это могло означать? Исходившие от него темно-красные сполохи свивались в фиолетовые спирали, извивавшиеся и плясавшие в синеватых отблесках света газового рожка. Картина получалась просто потрясающая.
Виллум поднял с пола нож и мрачно улыбнулся красновато мерцавшему чудищу. Стоув показалось, что монстр на секунду о чем-то задумался, потом попятился назад и исчез. А он, оказывается, не дурак, этот альбинос, понял, значит, какой силой обладает Виллум. Сообразительнее оказался, чем другое чудовище — Дарий. Дарий… Как же, интересно, теперь его убить? Надо найти какой-нибудь способ. Она должна… Нет, думать о Дарий ей сейчас тяжело, лучше подумать об этих стенах. Внимательно их оглядев, она заметила несколько отверстий. Куда могли вести все эти ходы?
— Виллум, — еле слышно прошептала Стоув.
В горле у нее пересохло, было больно глотать. Виллум тут же подошел
— Ни о чем не беспокойся. Мы в безопасности. Просто мнения хроши разошлись, и нам придется искать другое решение.
— Хроши?
Виллум указал рукой на второго альбиноса. Окружавшая его аура постепенно исчезала, он больше не щелкал и не шипел.
— Это Миза. Она из народа хроши. Я тебе позже обо всем расскажу. А пока тебе надо отдыхать.
Внезапно ее тело будто судорогой свело, а потом затрясло от ярости и страха. Она вспомнила про Брака и Ворона. Они хотели сделать с ней что-то очень плохое. И Феррел тоже…
— Феррел! Где Феррел?
Виллум положил руку девочке на лоб, надавил, и тут же ее напряжение спало.
— Стоув, — шепотом позвал он, — взгляни на меня.
Девочка глубоко дышала. Виллум с ней… Он сможет ее защитить…
— Феррел сейчас спит.
— И сколько он еще будет спать?
— Тебе надо отдохнуть. Расслабься.
Стоув хотела было ему что-то возразить, но веки ее отяжелели, и, когда Виллум поднял ее на руки, дыхание девочки стало размеренным, сердечко билось ровно — она уже спала.
Все тело Стоув болело. Шею ее кто-то ощупывал, и этого кого-то она со злостью попыталась ударить по пальцам.
— Осторожно, у тебя здесь рана, ее нужно обработать.
Это сказала та светловолосая женщина, что раньше стояла позади Виллума. Тон ее был повелительным, прикосновения к телу девочки — уверенными, и она сразу же вызвала у Стоув неприязнь.
— Это Аландра, — сказал Виллум, нависнув над женщиной. — Она дала Феррелу снотворное, которое на время вывело его из строя.
И что, теперь она по гроб жизни должна ей быть за это благодарна? Ну да ладно, хорошо хоть они выбрались из тех жутких туннелей. Стоув ощутила легкий свежий ветерок, ласкавший ей лицо. За спинами собравшихся вокруг нее людей девочка увидела свет и уловила запах леса. Должно быть, они находились у выхода из пещеры.
Аландра… это имя ей что-то напоминало. Аландра! Конечно, она же была одним из ловцов видений!
— Аландра, — притворно ласково проговорила девочка. — Мне рассказывал о тебе Ворон. Ты была знакома с моим братом.
— Да.
Целительница вздрогнула. Хорошо. Но тут она заметила еще одного человека, чье лицо привлекло ее внимание. Девочка раздраженно буркнула:
— А ты что еще за чудо такое?
— А я — Мабатан.
В ее темных глазах светились озорные искорки, и Стоув сразу вспомнила, где уже видела их раньше.
— Ты была девочкой в театральной труппе. Еще ты там играла на барабане.
— В тот день, когда ты встретилась с братом. Я пообещала ему, что помогу тебя найти.
Стоув выгнула бровь — как будто Виллум нуждался в помощи какой-то бродяжки! Но Виллум кивнул с таким серьезным выражением лица, что Стоув выдавила улыбку и сдержанно поблагодарила девушку.
— У тебя на шее такая рана, будто кто-то пытался надрезать кожу ножом. Так? — спросила Аландра.
Стоув, ничуть не смутившись, уставилась на ловца видений. Она никак не могла взять в толк, с чего бы это целительница решила ей помогать?