Тень маньяка
Шрифт:
– Ясно, - сказал он.
– Ты идешь на крышу. Я забираю миссис Раймонд назад в ее офис и приглядываю за ней, - он запнулся.
– Как насчет того, что я оставляю пост здесь?
– Когда будешь возвращаться, предупреди секретаршу в приемной, чтобы она не пропускала никого, я подчеркиваю, никого, ни при каких обстоятельствах, до тех пор, пока я ей не разрешу. Любой, кто появится, должен будет подождать. Да, и еще...
Доил отпустил Карен и, отведя в сторону Форбса, заговорил с ним полушепотом. Снова Форбс кивнул.
– Понял, -
– Пожалуйста, идемте со мной.
Карен повернулась к Дойлу, но он уже нажимал кнопку вызова лифта.
– Пожалуйста, - позвала она его, - помните, что я вам говорила. Он в таком нервном состоянии...
– Не беспокойтесь.
Карен уловила улыбку на его повернутом в профиль лице, когда открылась дверь лифта. Он вошел в кабину.
– Пойдемте, - Форбс держал для нее открытой дверь офиса. Как только она вошла, он обогнал ее и подошел к Пегги, сидящей за столом в приемной. Показав свой значок, он повторил инструкции Доила.
В коридоре Форбс ускорил шаг.
– Куда вы торопитесь?
– спросила Карен.
– Нужно позвонить.
Что он и сделал, когда они вошли в ее комнату. Вслушиваясь в разговор, Карен оцепенела. ОН СОЛГАЛ. ОН ОБМАНУЛ ЕЕ, ЗАМАНИЛ В ЛОВУШКУ.
Но Доил не обманывал ее, потому что ничего не обещал. И это не было ловушкой, это было всего лишь компромиссом. Он пошел на крышу один, как она его просила. Но он также приказал Форбсу вызвать группу прикрытия. Хватит риска. Но, если так, то почему он не стал дожидаться подкрепления? Ответ был очевиден: он хотел, чтобы Брюс не успел уйти.
Форбс повернулся к ней с телефонной трубкой в руке.
– Миссис Раймонд?
– Да.
– Я хотел бы, чтобы вы дали мне описание вашего мужа. Внешность, во что он одет. Разумеется. На случай, если он все же попытается скрыться.
Сначала Карен хотела было послать его к черту, но что толку? Доил так или иначе вернется вместе с Брюсом. Кроме того, она уже давала описание сержанту Коулу в клинике.
Она выдала Форбсу то, что он хотел знать, и он повторил все, фразу за фразой, в телефонную трубку.
– Рост шесть футов, два дюйма. Вес - сто восемьдесят фунтов. Глаза серые. Волосы - светлые. Синий пиджак, серые брюки. Рубашка в белую и голубую полоску, без галстука...
Вот так все и кончается, подумала Карен. Без выстрелов, погонь и слез. Они заберут его, допросят и...
И что потом?
Она сказала Брюсу, что ему поверят, что его показания помогут найти убийцу. А что если они заранее уверены в его виновности?
Ответа не было. Если Брюс был невиновен, а полиция думала иначе, то она предала его. А если он действительно был виновен, то ее совет все равно был предательством. Так или иначе, сказала она себе, хуже ничего быть не могло.
Но она ошибалась.
Дальнейшее произошло очень быстро.
Форбс закончил разговор по телефону и начал поворачиваться к Карен, но потом его взгляд скользнул мимо нее. Карен
Из холла донеслось отдаленное эхо звуков - возбужденные голоса, топот быстрых шагов.
Появился Эд Хаскейн. Глаза его были широко раскрыты, губы подрагивали.
Форбс уставился на него.
– В чем дело?
– Вам лучше пойти туда...
– Куда?
Но Хаскейн уже отвернулся и пошел, пошатываясь. Форбс поднялся и сделал знак Карен. Вместе они вышли в холл. Хаскейн уже повернул за угол коридора, когда они нагнали его.
– Скажите, что случилось, - сказал детектив.
– Я вам покажу, - ответ Хаскейна почти потонул в шуме звуков, доносящихся из дальнего конца коридора.
– Где?
– Окно...
Окно было в наружном офисе, в дальней стене за столом Пегги. Оно было открыто, и Пегги стояла перед ним в кучке возбужденных сотрудников агентства. Все они смотрели вниз, и, когда Форбс пробился к окну, они с Карен посмотрели туда же.
Внизу на улице лежало тело.
Глава 20
На мгновение перед глазами Карен все поплыло. Ее зашатало, потом она почувствовала, как Форбс схватил ее за руку.
– Идемте, - сказал он.
– Вниз? Нет, я не могу...
– Вы пойдете со мной.
...Движение на улице было остановлено. Не знающие причины затора водители нетерпеливо сигналили. На тротуаре образовалась толпа, сдерживаемая наскоро сформированным оцеплением из полицейских в форме. До сознания Карен едва доходили звуки сирен в отдалении, словно в тумане, она наблюдала, как через кордон с включенными сиренами и мигалками проехали и резко затормозили несколько полицейских машин и машина скорой помощи. Все это казалось нереальным. Единственной реальностью было то, что лежало распластавшись на мостовой, лежало ничком, как сломанная кукла, с неестественно раскинутыми руками и ногами.
Она не хотела смотреть на это, но должна была смотреть. Потому что это была не кукла. Это был человек, и она видела знакомую одежду, волосы, она узнала его. Не кукла. И не Брюс.
– Доил!
– произнес Форбс.
– О, боже..!
На какое-то мгновение Карен почувствовала огромное облегчение, она едва не вскрикнула.
От одной из припаркованных у обочины полицейских машин отделилась группа мужчин, и она увидела, что впереди шел лейтенант Барринджер.
Форбс тоже увидел его.
– Ждите здесь, - сказал он.
– Я сейчас вернусь.
Карен наблюдала, как Форбс подошел к лейтенанту Барринджеру. Она видела, как Барринджер поднял глаза, когда Форбс жестом руки показал в ее сторону, потом на какой-то момент их заслонили санитары, направлявшиеся с носилками к телу.
Она отвернулась, не желая видеть, что произойдет, когда они склонятся над изломанным трупом Тома Доила.
Потом Форбс снова вернулся к ней и взял ее за руку.
Карен хмуро посмотрела на него.