Тень рыси

Холт Виктория

— Я?

— Ты вернула мне молодость. В конце концов, я ведь не старик. Я не кажусь тебе таким?

— Я всегда думала, что ты бессмертен. Даже до того, как увидела тебя. Он улыбнулся.

— Ты умна, хоть и очень молода, моя дорогая, — сказал он. — Ты не глупый ребенок, и никогда им не была. Ты умеешь постоять за себя, и я рад этому. Вот уж не представлял, что такое может случиться со мной. Да, ты возвратила мне молодость. Нора.

— Но как?

— Оставаясь сама собой. Благодаря тебе

я поверил, что у меня все еще впереди.

— Я так рада этому. Значит, ты отказался от своей глупой затеи отомстить.

Он опять рассмеялся. Он очень много смеялся сегодня.

— Ты меня дразнишь, Нора. Ты всегда это делала. Мне это нравится, моя дорогая. Поступай так и впредь, когда мы поженимся.

— Когда мы… — Я явно что-то не расслышала. Он, наверное, имел в виду нас со Стерлингом, хотя в глубине души знала, что он говорит не о нем.

— Ну да, когда ты выйдешь за меня замуж, — сказал он. — Не думаешь же ты, что я отдам тебя кому-то другому? — В его голосе звучали такая сила, такая власть, которые и пугали и восхищали меня.

Он обнял меня за плечи и притянул к себе.

— Никогда больше, любовь моя, ты не уйдешь в горящий лес. Я не отпущу тебя ни за что на свете, и мы будем вместе, пока живы. Я готов был умереть, когда ты не вернулась. Ты нужна мне. Нора, как никто никогда прежде. Вот что случилось. Нора, дорогая!

— Замужество? Я не собиралась выходить замуж.

Ты говорил, что будешь мне отцом.

— Так и было сначала. Но все изменилось, не так ли? Я все для тебя сделаю, Нора. У тебя будет все, что захочешь.

— Я потрясена.

— Только не ты. Нора. Ты ведь знала. Знала и была рада.

— Но…

— Никаких но. Я все решил.

— Не спросив меня? Он рассмеялся.

— Как это похоже на прежнюю Нору. Разве нужны были слова, когда и так все ясно? Ты помнишь, как выиграла партию?.. Неужели ты думаешь, что смогла бы сделать это?

Я спросила медленно:

— А Джаггер?

Глаза Линкса сузились: он и сейчас ненавидел его. Ненавидел яростно, непримиримо.

— Ты убил его. Убил человека. Ты пугаешь меня, Линкс.

— Я пугаю тебя? О, нет, только не это! Я люблю тебя! Я никогда никого не любил так, как тебя. Арабелла! Какая чепуха! Там была задета моя гордость. Мне нужен был Уайтледиз. Я хотел там жить, в этом доме, с женой и детьми. И мы будем. Нора! Мы поедем в Уайтледиз, ты и я.

— Я еще не сказала, что согласна.

— Моя дорогая, кто тебе позволит что-то иное?

— Если я откажусь?..

— Ты не откажешься!

— Что сказал Стерлинг? Он знает?

— Да. И Аделаида тоже. Они давно догадались о моих чувствах к тебе.

— И Стерлинг… Он считает, что это хорошо?

— Конечно!

— Значит, он тоже хочет нашей свадьбы?

— Он

всегда был хорошим сыном и всегда желал мне счастья.

— Понимаю…

— Итак, моей повелительнице остается только сказать, что она любит меня, но это я и так знаю.

— Опять ты говоришь со мной так, будто меня здесь нет. Как тогда, когда я только что приехала. Он рассмеялся.

— Это было жестоко с моей стороны. И глупо. Ведь этим я все равно ничего не добился, не так ли? Мы сообщим семье, что скоро состоится церемония. Я не хочу понапрасну терять время.

— А я не допущу, чтоб меня подгоняли. Я должна сама принять решение.

— Так и будет, ведь ты хочешь этого брака не менее страстно, чем я.

— Я не готова к этому, уверяю. Я думала о тебе только как об отце…

— Муж из меня получится лучший, чем отец, вот увидишь.

Я отстранилась от него и сказала:

— Мне нужно время…

— Сегодня вечером я собираюсь известить всех о нашей свадьбе.

— Не сейчас, — запротестовала я и удивилась: разве это не произойдет рано или поздно?

Выйти замуж за Линкса! До чего неожиданно и волнующе! Я до сих пор не понимала, как отношусь к нему, какие чувства испытываю: почтение приемной дочери к отцу? Или… Но ведь был еще Стирлинг…

Стирлинг! Он знал обо всем и согласился. Я буду жить под одной крышей со Стирлингом и в то же время замужем за Линксом! Это невозможно, невообразимо, немыслимо!

Я повернулась, но Линкс быстро встал в дверях, преградив мне дорогу. В его глазах горела страсть, пугающая, неукротимая, как у Джаггера, но, странно, сейчас мне вовсе не хотелось бежать.

— Ты боишься? — спросил он. — Боишься того, что никогда не испытывала? Тебе еще предстоят открытия, Нора. Мы их будем делать вместе. Тебе нечего страшиться, моя дорогая.

Лицо Линкса было совсем рядом, его глаза, пылающие, дикие, сжигали меня.

Я отстранилась.

— Нет, — сказала я, — не сейчас. Я пойду. Я должна подумать. В конце концов, я настаиваю. Если ты объявишь о свадьбе, я буду все отрицать. Меня нельзя заставить.

Он опустил руки.

— Я тебя пугаю. Нора. О, Боже, неужели это правда?

— Это не страх. Я просто не хочу быть марионеткой, которой можно управлять кому как вздумается. Я не стану поклоняться своему супругу, как божеству, который спустился с Олимпа.

— О, Нора, ты восхищаешь меня! Итак, моя любимая жаждет сама принимать решения. Согласен. Мое намерение только и состоит в том, чтобы дать ей все, что она пожелает. Это пустяк по сравнению с теми дарами, которыми я осыплю ее.

— Первое, чего я требую, чтобы ты отказался от этой глупой манеры говорить. Она меня раздражает. Мы рассмеялись, как раньше.