Тень рыси

Холт Виктория

Я много времени проводила с ней — не потому, что мне очень нравилось шить, просто иногда надо было хоть куда-нибудь спрятаться и от Линкса и от Стирлинга, чтобы лучше поразмыслить о том, что мне предстоит. Там, в комнате для шитья, разговоры были короткими: какой ширины сделать рукава или как раскроить юбку, поэтому я могла еще раз подумать о том, какое, наконец, принять решение.

Впрочем, какое решение!.. Как будто я могла отступить!

Время неслось очень быстро, и мне частенько хотелось одной ускакать в лес, чтобы там

каким-то чудом найти ответ, который развеет все мои сомнения. Но Линкс распорядился, чтобы мне не позволяли одной выезжать верхом. Я узнала об этом, когда однажды утром конюх отказался седлать мою лошадь.

Я сама оседлала ее, а про себя подумала: «Нет, Линкс. Ты не посадишь меня в клетку». Не успела я отъехать, как услышала топот копыт и, обернувшись, увидела его белую лошадь.

Я вонзила шпоры в бока лошади, но не смогла оторваться от Линкса. Вскоре он поравнялся со мной, его глаза горели от возбуждения.

— Нора! — закричал он.

— Из-за чего такое волнение?

— Я отдал приказ, чтобы ты не выезжала одна.

— А если я так хочу?

— Ты же знаешь, что это против моей воли.

— А ты не приказывай своим конюхам мешать мне, потому что это против моей воли.

— Тебе известно, почему я не хочу, чтобы ты ездила верхом одна. Я в ужасе, когда не вижу тебя. Мне мерещатся всякие опасности, которые могут подстеречь тебя в лесу.

— Ты хочешь сказать, что всю жизнь меня кто-то будет сопровождать. Может, приставишь ко мне дуэнью?

— Все изменится, когда мы уедем отсюда.

— Но я не хочу уезжать отсюда. Скажи. — Я повернулась к нему. — Ты, действительно, любишь меня?

— Всем сердцем.

— Значит, ты готов доставить мне радость?

— Это цель моей жизни.

— Тогда мы должны остаться здесь, и я проведу остаток дней, катаясь верхом под надзором дуэньи. Но, возможно, со временем, ты решишь, что я уже не такая глупая… Или перестанешь волноваться из-за всяких воображаемых опасностей.

— Какую чушь ты городишь!

— Это вовсе не чушь. Мужья с годами устают от своих жен. Это обычное дело.

— Мы не будем обычными супругами.

— Интересно, как это?.. Быть замужем за богом?

— Ты увидишь! Очень весело.

Он подъехал на своей лошади совсем близко ко мне. Какие-то птицы передразнивали голоса других птиц. В отдалении коричневый кенгуру скакал по сухой траве. С тех пор, как выбралась из пещеры в почерневшую тишину, я стала постоянно прислушиваться к звукам леса, остро чувствовать его запахи.

— Я полюбила эту страну.

— Ты полюбишь Англию еще больше.

— Я знаю, о чем ты думаешь. Об этом доме. Но он не принадлежит тебе. Твое намерение жить там недостойно тебя.

— Ты стараешься сделать из меня святого. Я никогда им не стану.

— Линкс, — начался. — Дорогой…

Он улыбнулся и сказал:

— Когда ты так говоришь, мне хочется сложить весь мир к твоим ногам.

— Тогда, дорогой, сделай только одно. Отдай мне

свои планы мести, я уничтожу их, и все будет так, словно они никогда не существовали.

— Слишком поздно. Нора.

— Ты сказал, что любишь меня. А если человек любит, он пойдет на все ради любимого.

— Поэтому ты, которая любишь меня, не должна просить о невозможном. Вспомни, я оказался в этой стране не по своей воле.

— Она была доброй к тебе. Линкс задумался.

— Да, — согласился он. — Я получил здесь свою награду… Золото и Нору.

— Теперь я знаю, что тебе дороже.

— Ты мне дороже всего золота Австралии.

— Нет, есть нечто более важное для тебя. Месть. Он только сказал:

— Наступит день, и ты поймешь.

Пока мы возвращались, он заставил меня дать обещание, что я не буду отправляться одна на прогулку. . — Я лучше езжу верхом, — заметила я. — А кроме, того, никто не посмеет приставать ко мне теперь. Если в лесу начнется пожар, я никогда не сунусь туда. Какие еще могут быть опасности?

— Я боюсь потерять тебя, — сказал он. — Чудо привело тебя ко мне. Но я не доверяю жизни. Стоит только поверить в счастье, как вдруг лишишься его.

— У тебя такие мысли? Ты шутишь?

— Я совершенно серьезен.

— Хорошо. Я пойду на уступки: не буду ездить верхом одна. До свадьбы. Затем тебе придется убеждать меня снова.

— Договорились, — сказал он, и, шутливо переговариваясь, мы поскакали домой.

Свадьба была совсем близко, и вот настал день, когда запах пирогов и сластей заполнил весь дом. Аделаида испекла огромный свадебный торт в шесть слоев. Но я не могла отделаться от мысли, что какой-то чудовищный случай помешает моему счастью. Что за абсурд! «А может быть, это предчувствие?»— спрашивала я себя.

Наше бракосочетание должно было состояться в маленькой церкви, которая находилась в четверти мили от дома; затем — торжественный прием дома. Мое свадебное платье висело у меня в шкафу. Аделаида совсем недавно закончила его.

В ночь накануне свадьбы мои сомнения и страхи не только вернулись, но стали еще сильнее. Я уверяла себя, что многие невесты волнуются также, но продолжала думать о мрачном предупреждении Джессики. Изменится ли его отношение ко мне? Линкс признался, что его любовь ко мне и к Арабелле — это как лесной пожар и пламя свечи. Лесной пожар — какое неудачное сравнение!

Я представляла его глаза завтра, когда он увидит меня, и мне захотелось еще раз примерить свадебное платье. Я надела этот роскошный туалет, поражаясь искусству, с каким он был сшит. Какая преданная дочь Аделаида! И теперь я буду ее мачехой — ее и Стирлинга!

Я опустила вуаль на лицо и прикрепила флердоранж. Впечатление было восхитительное.

— Все невесты хороши, — сказала я вслух.

— Да, — ответила я сама себе. — Но ты, действительно, красива в этом наряде.

— Такая же красивая, как Арабелла… Мейбелла… и другие?