Тень Земли
Шрифт:
– Знаешь, я согласился…
– На что согласился?
– Пойти с ним в маршрут. Я готов пройти нетолько пятнадцать, тридцать, сто километров! Лишь бы от него избавиться!
– По-моему, правильно сделал.
– Да? А что мне оставалось? Он уже иХакимова сюда впутал, и тебя, и Сайду. Что я могу один против всех? Вот избавлюсь от него, потом с вами разбираться буду. Он мне слово дал, что сразу уедет. Честное слово. Как думаешь, сдержит?
– Сдержит, если ты сам не попросишь его остаться.
– Я тоже похож на сумасшедшего?
– Нет. Но я верю, не зря он все затеял.
До
Чистый воздух, быстрые движения, красивый, почти торжественный пейзаж, застывшие исполины скал, розовеющее на востоке небо – все это вместе пробудило в нем чувство никогда раньше не испытанной легкости. И только Строков, едва переставлявший ноги, портил общее впечатление.
– Вы не могли бы идти быстрее?
– Могу. Но если пойти быстро, вас надолго не хватит.
– Спасибо. Вы очень внимательны ко мне.
– Как хотите. Я могу идти гораздо быстрее. Строков значительно ускорил шаг. Но подъем стал круче, к тому же шершавая поверхность камня сменилась голубоватым, неправдоподобно чистым льдом. Еще с полчаса Сергей легко шел вперед, хотя ноги часто срывались, а громоздкие шипатые ботинки цеплялись за малейшие неровности льда, словно специально ихискали.
В очередной раз споткнувшись, он вдруг почувствовал, как внезапно навалилась усталость, точно она кралась за ним следом и лишь выжидала момент. Теперь такой момент настал.
Рюкзак потяжелел, словно в него добавили камней. А воздух стал как будто реже. Он хватал его широко открытым ртом и чувствовал – с каждым шагом дышать становится труднее.
Сергей пока еще крепился. Изо всех сил старался выдержать темп, который сам предложил. Очевидно, Строков заметил его состояние и сбавил шаг. Но теперь этого замедления оказалось недостаточно. Перед глазами у Сергея запрыгали черные мушки, а воздуха просто не стало, словно они попали в безвоздушное пространство. Он пошатнулся, схватился за грудь, медленно опустился на камень. Сердце кольнуло, задергалось и застучало так, что тошнота подступила к горлу.
– Что с вами?
– Не знаю… Сердце…
– Дайте руку! – Пальцы Строкова сжали ему запястье, проверяя пульс– Ничего страшного. Это от смены высоты. Пройдет. Нельзя останавливаться, иначе не дойдете. Вставайте и постепенно набирайте темп… Я думал, вы хорошо знаете свои силы. Нельзя же так срываться.
– Я, пожалуй, лучше вернусь… В другой раз. Строков еще раз проверил пульс и посмотрел на него строго.
– Нет, вы пойдете сейчас. Сердце у вас в порядке.
– Кто дал вам право?…
– Обстоятельства. Вы мне обещали этот маршрут. И, кроме того, перестанете себя уважать, если теперь повернете назад. Не сможете больше работать в горах. Слышали, как появляется у людей боязнь высоты?
– Перестаньте меня запугивать!
– Тогда вставайте! Вы же моложе меня. Как вам не стыдно!
Строков повернулся и медленно пошел вверх. Веревка, которой они были связаны, шурша, начала разматывать около Сергея свои кольца, словно ползла
– Пока не поднимемся, питьнельзя! – донеслось сверху.
Быстров хотел остановиться, зачерпнуть со льда пригоршню снега, но веревка снова, натянувшись, рванула его вперед, не оставив времени даже для этого.
«Скотина! Упрямая, старая скотина! – тихо процедил он сквозь зубы. – На кой дьявол я связался с этим помешанным? Чего ради вообще поперся сюда?»
Сейчас его гордость, самолюбие казались ничтожными, маленькими перед непомерной тяжестью, навалившейся на плечи, перед этим холодным жидким воздухом которого так не хватало измученным легким.
– Остановитесь! Я больше не могу! – крикнул он в седоватый туман, заполнивший пространство впереди него.
Веревка терялась в двух шагах. Казалось, что впереди вообще не было ничего и ему никогда не дождаться ответа. Но ответ пришел:
– Перестаньте ныть! Вы не ребенок! Привал будет через полчаса!
«Часа, часа», – повторял голос Строкова, раздробленный каменными ребрами скал.
Сергей начал считать шаги. Двадцать шагов – минута. Десять минут – двести шагов. Ему осталось пятьсот. Пятьсот шагов до привала… Надо их пройти, надо выдержать – не падать же в самом деле на землю… Не доставлять Строкову этого удовольствия…
Ветер окреп. Сейчас он дул непрерывно. Лед, вздымавшийся перед ним отвесной стеной, вдруг распрямился, и Сергей понял: подъем кончился. К этому моменту он потерял счет шагам и плохо соображал, что с ним происходит, лишь продолжал механически переставлять ноги до тех пор, пока к нему не подошел Строков и не протянул своей фляги с водой. Напившись, Сергей почувствовал, что его выворачивает наизнанку, но сразу вслед за этим пришло облегчение. Минут через десять он начал приходить в себя.
Туман, оказавшийся грядой облаков, плескался теперь у них под ногами. Дальние вершины походили на какие-то фантастические, висящие в воздухе сооружения, словно подрезанные сгустившимися внизу предрассветными сумерками. Солнце вот-вот должно было показаться из-за горизонта, и вдруг Сергей заметил на небе четкую овальную полоску, разделившую небосклон на две почти равные части: светлую и темную. Светлая медленно расширялась, оттеняя темную все дальше к западу.
– Что это?
– Тень Земли. На этой высоте она видна постоянно дважды в сутки, а на станции только в очень ясную погоду.
– Тень чего? – не понял Сергей.
– Воздух очень разрежен. Он уже не рассеивает свет, и перед восходом солнца видна тень, которую отбрасывает в пространство наша планета. Вы разве не знали?
– Нет. В первый раз слышу об этом…
– А я каждое утро смотрю. Все жду, появится или нет. Даже загадываю иногда… Вот жаль, видно ее очень недолго, всего несколько минут. Сейчас взойдет солнце, все исчезнет.