Тень Земли
Шрифт:
– Я что хотел сказать, – словно бы в нерешительности продолжал администратор, – извиняюсь, конечно, но гостям у нас не положено после одиннадцати. Нас тоже милиция проверяет.
– Она не гость. Она живет в этой гостинице, – проговорил Сергей, сдерживаясь уже с трудом.
Администратор согласно закивал головой.
– И правильно, и пусть себе живет. В своей комнате, конечно, в женской.
– Вы что, о моей нравственности заботитесь? – вдруг спросила Наташа, по-прежнему не оборачиваясь.
– Зачем такие слова говоришь? –
Он вовремя ушел, осторожно прикрыв дверь. Сергей уже был на пределе.
– До чего же много их развелось, таких вот сусликов! На каждом углу торчат!
И вдруг она засмеялась:
– Да не обращай ты внимания! Ну их всех! Никуда я от тебя не уйду, пусть хоть всю ночь стоит под дверью!
* * *
По-настоящему поссорились они несколько позже. В первый день приезда Наташи на станцию.
Она не успела еще разложить вещи, как в комнату постучали. На пороге стоял, конечно, Строков.
– Знакомьтесь, Павел Степанович, моя жена, – неожиданно представил ее Сергей.
Наташа закусила губу.
– Очень приятно, – закивал Строков.
– Вот, оказалось, не можем жить друг без друга, – продолжал Сергей. – Решили…
– Правильно решили, весьма правильно.
– Будем благоустраиваться и жить.
– Места всем хватит, – ответил Строков. – Вот я скоро уеду, совсем просторно станет.
– Пора вам, Павел Степанович. Из управления интересовались: в чем дело, почему не едет?
– Третий что-то молчит. Самый младший.
– Но вы же не собираетесь ехать ко всем сразу?
– К нему-то как раз и хотелось, к младшему… Я вас не стесню. Я себе чуланчик освобожу и там поживу.
Сергей нервно прошелся по комнате, потом снова вернулся к неловко застывшему у порога Строкову. Наташа почувствовала, как от мелькнувшей догадки у нее сдавило горло.
– Вы должны уехать!
– Уеду, уеду, – бубнил Строков.
– Сергей! – попыталась она вмешаться.
– Пожалуйста, это наши внутренние дела, – остановил он ее, все еще глядя на Строкова. – Вас ждут в управлении.
– Ничего. Подождут. Теперь уже недолго. – И, словно отбросив недавнюю скованность, Строков вышел, не попрощавшись.
– Ну что мне делать? Не милицию же сюда вызывать!
Вот когда он наконец обернулся и впервые увидел со лицо после этого разговора.
– Что с тобой?
– Я, кажется, поняла…
– Что поняла?
– Зачем я тебе понадобилась.
– Не говори глупостей!
Он почти кричал на нее, распаляясь все больше. Л она уже не сомневалась в своей правоте.
После ссоры, когда, разгоряченный размолвкой, он схватил куртку и ушел, хлопнув дверью, Наташа задумалась над тем, что теперь делать? Конечно, самым правильным было собрать вещи и сразу уехать, но тогда не стоило и приезжать. В конце концов, она с самого
«Неужели ему так необходимо избавиться от этого человека, что ради этого он меня сюда вытащил? Ну, конечно, не только ради этого…» Тут же поправила она себя, вспомнив ночь в гостинице.
Наташа стала укладывать вещи, но потом захлопнула крышку и несколько минут сидела на полу, упершись локтями в холодный чемодан. Чтобы до конца понять Сергея, нужно было хоть что-нибудь узнать о его жизни на станции. Во время ссоры он ей крикнул: «Это ужасный человек, самый ужасный из всех, кого я знал!»
Наташа вышла во двор и почти сразу увидела Строкова. Он сидел посреди двора на старом колченогом стуле с большим полевым биноклем в руках.
Строков казался по-деловому сосредоточенным. Он то и дело подносил к глазам бинокль и что-то черкал в блокноте. Оттого, что его стул стоял среди обломков скал и остатков подтаявшего снега, Строков выглядел как-то несуразно. Словно рыбак, развалившийся с удочкой в кресле. Преодолев неловкость, она подошла к нему. Строков отложил бинокль, церемонно приподнялся навстречу.
– Вы, я вижу, быстро освоились с высотой. Уже прогуливаетесь?
– Мне сейчас не до прогулки! Поговорить с вами хотела.
– Буду рад. Чем могу быть полезен?
– Можно откровенно? Иначе не имеет смысла. Скажите прямо, что тут у вас происходит? Почему Сергей стал кидаться на людей? Раньше я его таким не знала.
– А вы его давно знаете?
– Четвертый год.
– Срок немалый для семейной жизни.
– Мы не женаты.
– Вот как? Почему-то я так и думал. Ну что же, откровенность за откровенность. Я сам еще не могу понять, что он за человек. Может быть, вы это знаете?
Наташе не понравился вопрос, и поэтому она ответила сухо:
– Вполне нормальный человек, мне, во всяком случае, нравится.
– Вы, очевидно, меня не поняли. Это замечательно, что вы так думаете, но я хотел спросить о другом. Я хотел знать, способен ли Сергей Александрович быть объективным в конкретном и очень важном деле?
– Может быть, я лучше смогу вам ответить, если вы сначала объясните, о чем идет речь?
– Да… Конечно… Я попробую.
Он объяснял минут сорок. Повел ее на станцию, показывал какие-то графики, чертежи. Вначале она пыталась разобраться, но вскоре решила, что ей не хватает специальных знаний, для того чтобы понять основную нить его рассуждений. Главное было, однако, не в том, что рассказывал Строков, а в том, как он об этом говорил. В конце беседы у нее не осталось сомнений, что этот человек старается помочь кому-то, о ком-то заботится… И ей тоже захотелось помочь ему.