Терминатор. Часть 2
Шрифт:
Те трое сначала столпились у входа в радиорубку, потом осмотревшись и увидев Саманту что-то произнесли Кудрявцевой на своем. Один, правда пытался что-то перевести ей на чудовищно ломаном русском. И Тамара мало, что поняла из сказанного. Но тот сказал, что они собираются забрать ребенка у Тамары.
— И по какому праву? — она их спросила — Вы ее забираете у меня?
— Она дитя машины — произнес один из вошедших и мы ее хотим вышвырнуть из бункера.
— Что?! — Тамара возмутилась в ответ. И тут же соскочила с металлического стула, отбежав от рации и заслонив собой ребенка — Не дам ее вам! Пошли отсюда прочь! Вон!
Те
— Я сказала, пошли вон! — она уже громко крикнула им — Она моя, а не ваша!
Тамара Кудрявцева сразу полюбила этого чудного отмытого уже и подлеченного от воспаления легких ребенка. И уже буквально присвоила его себе. Она говорила даже Остапенко, что не отдаст его никому. Что нашла себе приемную дочку. И будет заботиться о ребенке как родная мать. Остапенко ничего, против не имел и согласился, как и американцы и русские.
Но, похоже, кто-то этого совершенно не хотел.
— Отьдьяй ньям ребьенка — прошипел видимо старший из нападавших и стоящий впереди остальных — Онья нье чьеловьек юже. Оенья приньядлежит машьинам. Ейе надьо убьить и вьишвырьют изь бьюнкера.
— Хрен вам! — прокричала нападавшим Тамара Кудрявцева, схватив руками и взяв его левой, прижав к себе ребенка, развернувшись правым боком и выставив свой Макаров в сторону нападавших — Отнимите, попробуйте! — она им произнесла.
Те направили в Тамару тоже оружие. Несколько сразу стволов пистолетов разного типа.
Но Тамару Кудрявцеву как бы это не выглядело странным, не напугало как женщину. Возможно, она до конца не осознала даже сейчас всю опасность. Она думала только о ребенке.
— Выстрелы услышат! — прокричала она врагам — И здесь будет весь бункер! Лучше убирайтесь, пока не поздно и по-тихому! И лучше из самого бункера!
— Отьдай ейе! — уже прокричал тот, кто был старший.
— Нет! — крикнула Тамара.
В это время в двери постучали и задергали металлическую из толстого железа дверь с другой стороны.
— Тамара что там у тебя?! — раздался голос лейтенанта ракетчика Родиона Семенова и следом голос его подручной из разведки Светланы — Открывай! Кто там у тебя! Срочно нужно отбить радиограмму своим в Хабаровск и под Красноярск!
Здесь все затихли, по-прежнему держа пистолеты в сторону Кудрявцевой. Наступила жуткая пауза и в это время напуганный маленький ребенок горомко, и внезапно закричал и заплакал. И Тамара первой открыла огонь, падая и прикрывая ребенка собой за стол с рацией. Раздались выстрелы в ответ и дверь начали ломать. И те, кто был еще не застрелен Кудрявцевой, бросились через стол на нее, рассчитывая, видимо прикрыться заложницей и ребенком. А может, добить ее. Но они в наступившей панике и суматохе, просто налетели на тот стол с рацией, и опрокинули его прямо на кричащую пятилетнюю Саманту и Тамару Кудрявцеву.
Сверху рухнула на них рация. И она спасла им обоим жизнь, пока выносили железную с петель дверь русские офицеры, лейтенант Семенов, капитаны Пирогов и Савельев, подоспевший с бойцами и несколькими американцами полковник танкист со шрамом на лице Степан Викторович Федоров.
Нападавшие сумели выстрелить несколько раз в сторону упавшей и заваленной бумагами, столом и тяжелой рацией с проводами Кудрявцевой Тамары и Саманты. Но пули от
Все же не зря она проходила подготовку по стрельбе. И это как раз сейчас пригодилось. Да, и к тому же женщина лет сорокапяти уже и не думала ни о чем, как только спасти ребенка. Не жалея себя и закрывая Саманту своим телом и придавив грудью к бетонному полу радиорубки.
И, похоже, она застрелила всех, кто был тут. И причем наповал. Так как те, кто наподал свалились с другой стороны перевернутого стола и притихли. И в это время вынесли металлическую дверь и ворвались и русские и американцы. Перешагивая через трупы троих еще подергивающихся в посмертной конвульсии, они подняли перевернутый на русской радистке металлический стол и уничтоженную пулями начисто рацию.
— Ты как, Тамара? — произнес перепуганный полковник Степан Викторович Федоров. Он первым ворвался в бункерное бетонное помещение с капитаном Пироговым, из отряда пограничников Хабаровска. За ним уже Родион Семенов и Светлана Лескова.
— Рации каюк, причем полный. Надо американцам выставить счет — произнес, рассматривая, и держа в руках в дырках металлический корпус с проводами, произнес следом лейтенант русской разведки ракетчик Родион Семенов. А Светлана Лескова подскочила к Тамаре Кудрявцевой, которую вытащили из вороха бумаги с шифровками и поставили на ноги с Самантой на руках, которую та так и не выпустила из рук, хоть и была раненой.
— Тамара ты цела? — произнесла ее взяв за левую держащую руку Светлана Лескова — Отдай мне девчонку. Она напугана до смерти.
— Не отдам! — огрызнулась Тамара — Она моя, и я, ее никому не отдам!
— Но у тебя рука прострелена и тебе надо в госпиталь — произнесла Лескова.
— Я сказал не отдам ребенка! Тебе и подавно! — она вырвала левую с прижатым и вцепившимся в нее саму мертвой хваткой амерканской напуганной пятилетней и плачущей навзрыд девчонкой. И прижав ее сильнее к своей женской груди русской женщины, растолкав всех, и своих и чужих, она пошла почти бегом по длинному бункерному коридору, расталкивая бегущих сюда всех, кто еще не успел увидеть побоище в радиорубке подземного бункера сопротивления.
Часть 7: Андроид Т-Х/S500 «Терминатрикс»
27 июня 2032 года.
Бывшие Соединенные Штаты Америки.
Штат Колорадо.
Лагерь S9A80GB17 «TANTAMIMOS».
В 43 км от Денвера. Кастле Рок.
Четвертый подземный этаж Скайнет первый.
Подземный блок Х417.
Сектор В-359.
10:15 утра.
Алексей в новом теле машины не испытывал такое никогда. Это была настоящая эйфория. Т-Х/S500 гудел на всех интонациях, вбирая тепло горячей текущей по его жидкометаллическому из полисплава покрытию телу воды. Стоя среди горячего пара прямо в душевой блока Х417, сектора В-359. Прямо в железной ванне и сверху лилась вода. Тепло поступало прямо в плазменные батареи и распределялось по его всему эндоскелету из металлокерамики и жидкому металлу.