Термит
Шрифт:
Было странно и даже как-то неправильно создавать столь сложную вещь на кухне, рядом с кастрюлями и сковородками.
"Прекрасно! Теперь полиция будет терять время, выясняя, кто обогатился на этой акции. Им и в голову не придет, что я не взял ни единой копейки. Они, конечно, уверены, что Охотник решил эдак разжиться баблом. Поэтому проследят путь каждой банкноты, каждого чека. А на самом деле - я всего лишь совершу акт благотворительности".
9. Благотворительность
Деньги - универсальный эквивалент. Для кого-то бумажки с гербами
Те, у кого денег достаточно, могут позволить себе роскошь презирать их.
Для обитателей переулка за супермаркетом деньги были промежуточным звеном при трансформации пустых пивных бутылок в полные водочные. Сейчас трое из них терпеливо стояли под золотой липой и ждали, пока молодой служащий на скамеечке допьет свое светлое. На нем были хорошо пошитые брюки и смокинг, а вот распахнутая куртка совершенно не соответствовала - карман оторвался, рукава потерлись.
Воскресный вечер был теплым, лишь с тем легким предчувствием холода, которое проявляется весной или осенью. Оно обещает приятные посиделки на улице до заката и бодрящую свежесть утром. И проникающий до костей морозец для тех, кто вынужден коротать ночь под открытым небом.
Молодой человек посмотрел на просвет бутылку - пива оставалось чуть меньше половины.
– Сейчас, - сказал он ожидающим добытчикам и прильнул губами к горлышку.
– Благодарствуем!
– серьезно ответил заросший щетиной мужик.
Допив пиво, молодой человек вручил пустую бутылку бомжам. Посмотрел на дешевые электронные часы:
– Мне пора, пока.
– Храни тебя Господь, - пробубнил бомж, склонившись над пластиковым мешком с бутылками.
Парень улыбнулся и зашагал к парковке в центре квартала. Короткая дорога пролегала через длинный узкий проулок, в котором уже наступила ночь. Угрюмые бока кирпичных зданий загораживали последние лучи солнца. Было темно и холодно.
Тонкие подошвы начищенных туфель звонко стучали о асфальт. Впереди из вороха теней возникла человеческая фигура. Кто-то стоял, опершись о стену, с зажженной сигаретой в руке. Когда молодой человек поравнялся с незнакомцем, тот отвернулся, шелестнув дешевой пластиковой курткой. Окурок упал на асфальт, искры брызнули в стороны и погасли.
Чувствуя себя неуютно и небезопасно, молодой человек ускорил шаг. Где-то далеко, на краю света, гудели машины и играла музыка. А в темном проулке даже воздух вибрировал от сдерживаемого напряжения.
Паренек стиснул кулаки. Он шел, готовый к удару в спину, - впрочем, в этом районе всегда нужно было быть готовым к такому.
Зловещая атмосфера, сгустившая в проулке, наконец прорвалась звуком. Послышался тонкий, навязчивый писк. Мгновением позже шею молодого человека ошпарило болью. Он рефлекторно шлепнул ладонью, потом глянул на нее - на пальцах была размазана кровь и остатки хрупкого серого тельца.
"Комар!"
Он нервно хохотнул. Вся опасность обернулась нападением насекомого, доживающего последние деньки перед зимой.
– Ч-черт!
Паренек бежал с поля боя, одновременно ругаясь и смеясь. Комары скоро отстали.
На парковке ждал белый лимузин. Шофер высунул голову из окна - его приглаженные гелем волосы отражали солнце, как и металлический бок его машины.
– Сектант, быстрей. Еле вписываемся в график!
Молодой человек открыл дверь:
– Привет всем!
В прохладном, пахнущем коньяком и духами салоне уже сидели четверо человек. Все молодые, явно небогатые люди, одетые в дорогие костюмы и дешевые куртки.
Лимузин плавно тронулся с места. Он медленно и торжественно проехал кривые грязные улочки и встал на трассу, ведущую к центру города. Мимо пролетали дома и магазины, вывески сливались в одну пеструю ленту. Заслонка между кабиной водителя и салоном была открыта, и по машине разносился меланхолический треп ди-джея. То ли обкуренный, то ли просто растяпа, он никак не мог найти записи нужных треков и в промежутках между рекламой видеоигр и модных пилюль от кашля пытался развлечь слушателей старыми анекдотами.
Сектант откинулся на спинку сиденья.
– Ребята, у кого-нибудь есть одеколон?
– Не-а, а зачем тебе?
– Комары, заразы, все лицо искусали. Распухнет, клиентов напугаю.
– Какие комары осенью? Разве они еще не сдохли?
– Как видишь, нет.
Из приоткрытого окна била струя холодного воздуха. Сектант подставил под нее разгоряченное лицо. Это было приятно, почти так же, как в пекельную жару окатиться ведром колодезной ледяной воды.
Внезапно болтовня ди-джея стихла. Из динамика послышалась серия сухих щелчков, а потом механический, явно измененный компьютером голос сказал:
– Вниманию всех водителей, на набережной у моста Героев авария и пробка. Вашшш Мордред!
Прошипев последние слова, хакер-полтергейст снова переключил на радиостанцию.
– Как бы, э-э-э, ну вы слышали, - промямлил ди-джей.
– Сейчас в честь Мордреда прозвучит песня, гм, песня...
– Придурок, - прокомментировал парень, сидящий напротив Сектанта.
– Оба придурки, что ведущий, что Мордред. Тот обещал на весь город, что этого Охотника поймает. А ведь черта с два. Наверняка, это был правительственный эксперимент с новыми матрицами, ну или корпорации это устроили. Так что никогда Мордреду зачинщика не поймать, только позору себе наживет.
– Кто знает, - сказал Сектант, - может быть, Мордред и на правительство или корпорации может выйти.
– Ты как всегда... тьфу! Подумай головой, даже если что-то и откроется, у них будет достаточно денег, чтобы откупиться от скандала!
– Я понимаю. Но все равно, Мордред поступает правильно. А это важнее всего, даже важнее результата.
– Сектант!
– А вот мы... Мы - зло этого мира. Мы поставляем людям мечты, красиво оформленные и профессионально сделанные. Интересно, сколько из них уже не могут мечтать самостоятельно, вызывать в мозгу образы и ощущения?