Термит
Шрифт:
"Значит все-таки будут говорить".
– Мы из корпорации "Войд", думаю, ты уже догадался об этом.
– А, все-таки достали меня.
– Ты - Андрей Зарецкий, работаешь тестировщиком нано-фильмов в "Иллюзиях", заканчивал университет в одном потоке с Алексеем Котовым и Игорем Троицким, более известным как Тройка.
Термит спокойно слушал. "Седой", будто невзначай, тоже достал пушку.
– Не так давно Котов попросил тебя об услуге, сопровождать его на встречу с агентом промшпионажа, которым оказался
Термит простовато улыбнулся, всем своим видом говоря "да уж, прищучили вы меня, ничего не скажешь":
– Что ж не буду увиливать. Да, это был я. Решил избавиться от улик - поздновато спохватился, конечно.
– Говори. Чем больше ты расскажешь - тем легче умрешь.
Термит мысленно расхохотался.
– Да, мы убили Тройку. Точнее, Котов убил. Он прострелил этому ублюдку голову, да так, что мозги на стенку вылетели. А я помогал прятать труп.
– Понятно.
– Вам не интересно, почему мы это сделали?
– Мы догадываемся... Ваш друг получил место Тройки в синдикате.
– Это побочный эффект, - он улыбнулся.
– На самом деле это было возмездие... А вашей организации мы, на самом деле, оказали услугу.
– Вот как?
– Во время нашей учебы Тройка был связан с картелями. Он торговал "гюрзой"... и подставил одного нашего друга.
– Тройка был чист! Организация внимательно проверяет досье каждого.
– Значит, недостаточно внимательно!
– заорал Термит, подаваясь вперед.
Холодное дуло пистолета коснулось его лба.
– Успокойся.
– Да ты ж меня пристрелить хочешь, как же мне быть спокойным?
– Жора, передай информацию в центр. Пусть проверят Тройку. А ты, - он ударил стволом Термита по виску, - рассказывай, что вы сделали с трупом.
– Скинули в канал.
– Понятно.
"Близорукий" постоял, качаясь на каблуках и потирая переносицу.
– Кончать его или подождем инфу?
– спросил "седой".
– Подождем. Заприте-ка его в контейнере покамест.
– Эй, мне завтра на работу! Я сегодня и так прогулял!
– Возможно, им придется привыкнуть обходиться без тебя...
– Ну ладно, тогда хотя бы не говорите Котову, что я его сдал!
12. Фирма
Подгоняемый своими конвоирами, Термит легкой рысцой пробежал по узкому коридору между двумя цехами. Лампочки тут горели тусклые, экономии ради. На станах висели плакаты о технике безопасности, хотя в полумраке их невозможно было разглядеть.
– Стой! Здесь идем медленно - скользко.
Они вошли в небольшую комнату, где на открытых стеллажах
Во втором "предбаннике" лежали запечатанные в пластик белые халаты, на полках валялись разноцветные шлемы с наушниками. На двери, ведущей в цех производства, огромный плакат гласил, что работникам запрещено находиться на территории, не закрыв уши защитой.
– Да, кричать тут бесполезно, - сказал "близорукий", увидев, как Термит пялится на плакат.
– Вперед!
В цехе было холодно. Видимо, там поддерживалась пониженная температура, чтобы не портились продукты. Бетонный пол недавно вымыли, он блестел от влаги и действительно оказался довольно скользким. Сверкали железом непонятные агрегаты, наверху сплетались трубы и металлические мостки. В дальнем конце огромного помещения были составлены тележки с нарезанными овощами и фруктами. Паприка и помидоры, лук и кукуруза, яблоки и лимоны - все вместе это выглядело огромной цветной мозаикой.
Термита провели к стенке под одним из автоматов. Конвейерная лента спускалась вниз и исчезала в окошке, соединявшем цех производства с цехом упаковки. Все трое пролезли под ней и оказались в закутке между стальными лапами-стойками автомата и большим контейнером у стены.
– Вытяни руки вперед.
Термит послушался, и "близорукий" защелкнул на его запястьях наручники. Цепляясь за углы и рейки автомата все трое залезли на высоту контейнера. Подталкиваемый конвоирами, Термит спрыгнул вниз. Ударился коленом. Выругался.
– Отдыхай тут. Как только из центра дадут инфу, мы тебя заберем, - сказал "близорукий".
– Вот, держи, чтоб не замерз!
"Седой" скинул ему несколько упаковок с халатами.
Лязгнула крышка, проскрипел, закрываясь, замок.
Сначала в щели наверху еще проникал слабый свет, потом, когда парни из синдиката вышли, он погас, и в контейнере стало темно, хоть глаз выколи. Приторно и едко пахло сгнившей черешней.
Термит зубами и ногтями разорвал пластик и устроил себе постель из халатов.
Его разбудил грохот механизмов. За стальной стенкой контейнера клацало, жужжало, стрекотало, билось металлом о металл. За этим шумом людских голосов не было и не могло быть слышно.
Собственная одежда Термита и халаты отсырели. Наручники казались ледяными. Чтобы согреться Термит завернул скованные руки в полу куртки.
Уверенность в том, что синдикат заглотил наживку и скоро будет у него на крючке, уже не грела. Ожидание привело к нервозности. Кроме того, хотелось есть и в туалет. Термит мрачно подумал, что сдохнуть в луже собственной мочи от голода в контейнере посреди рабочего цеха - презабавная концовка честолюбивых планов. Эталонный фэйл для истинного лузера.