Термит

Deadly Arrow

На одних коробках была кубинская маркировка, на других - мексиканская и колумбийская. Термит читал названия марок, жалея, что ни одной не знает.

– А ты здесь откуда?!
– послышался знакомый голос.

Термит обернулся:

– Нинген?

На скрипторе был костюм, который явно жал в плечах, зато серые блестящие перчатки на руках казались сделанными из ртути.

– Воруешь казенный табак?

– Что, тебе помешал?

Они ухмыльнулись друг другу, и тут скриптор неестественно дернулся и рухнул на колени. Он задрал голову и хрипло,

тяжело вдохнул. Едко запахло горящей проводкой. Из левой ладони Нингена вырвался сноп искр, разорвавший перчатку.

Термит выматерился и бросился за ширму - выключить проклятую микроволновку. Но было уже поздно. Нинген корчился на полу, сотрясаясь всем телом, как в припадке эпилепсии.

– Скорую!
– заорал Термит.

Он шагнул к бедняге, но тут ноги скриптора взорвались, разметав по комнате ошметки плоти и осколки горячего металла.

"Нужно отключить его импланты".

Термит сел рядом с Нингеном и воткнул палец в ямку у ключицы. Там трепыхался провод.

– Черт, - под рукой не было ничего режущего.

– На, - прохрипел Нинген, протягивая острый осколок.
– Артерию не порежь, - он приложил руку к животу и похлопал.
– Инфу достань, пока не сгорела.

– Ты мне еще посоветуй, - Термит воткнул металл в плоть, перерезывая проводок, - и покритикуй еще меня...

Он распахнул пиджак, одним движением разорвал рубашку и стал нащупывать места соединения имплантов. Еще одна псевдо-органическая жилка, и еще. Тело скриптора понемногу затихало. К запаху сожженного пластика добавилась вонь обгоревшей плоти.

"Этого не должно было случиться. Есть же система предохранителей! Хотя... Катя говорила, что Нинген покупает дешевые образцы из Тайваня и экспериментальные модули. Что-то из этого и не выдержало излучения от микроволновки".

Судороги отпустили, и Нинген быстрым движением перевернулся. Он стоял на четвереньках, свесив голову. Термит коснулся его плеча, хотел спросить, лучше ли теперь. Но тут блеснула серебристая нить расплавленной пластмассы, падая с лица скриптора на пол. Вязкие, чернеющие на воздухе капли, как слезы, закапали вниз.

– Вы-та-щи их.

Термит, закусив губу, схватил Нингена за волосы и приподнял его голову. Глазницы были заполнены вязкой серебристой массой, облепившей потемневшую электронику. Пластмасса текла по щекам, оставляя ожоги на коже. Казалось, что это невероятно больно, но когда Термит погрузил пальцы в то, что осталось от правого глаза скриптора, он и сам ничего не почувствовал. Уцепился за какие-то штырьки и вырвал дымящийся имплант. Потом также поступил с левым и отпустил Нингена. Тот осел на пол, как бесчувственное тело. Термит испугался, не умер ли. Он прижал ухо к груди скриптора и прислушался. Сердцебиение было слабым, почти неуловимым. Но оно было.

"Жив, сволочь".

Обгоревшие пальцы начало жечь, но эта запоздалая боль была такой мелочью. Термит провел рукой по животу Нингена. Поверхность оказалась твердой и жесткой. Синтетическая кожа тут была испещрена множеством шрамов и под одним из них нащупался рычажок. Термит потянул, потом надавил.

Плоть раздалась и выплюнула маленькую память-флешку.

"Инфа..."

Вокруг уже суетились люди. Кто-то ругался, кто-то звонил врачам, кто-то падал в обморок. Термит едва успел спрятать память, когда несколько человек стали осматривать Нингена: из их слов он понял, что они биоскрипторы.

– Что это с ним случилось?

– Дрянные импланты.

"Если они найдут микроволновку, то обвинят меня!"

Но прятать улики было уже поздно. Убедившись, что о Нингене позаботятся Термит выскользнул из курительной. Сумрак сейчас пришелся как нельзя кстати.

39. Зверь

Распахнув дверь ногой, Термит ворвался в комнату.

Тускло мерцал дисплей терминала - он и огни города за окном оставались единственными источниками света. На кофейном столике стояла бутылка вина, по прозрачной столешнице пролегала кокаиновая дорожка, размазанная в конце. На диване под плакатом Энди Уорхолла полулежали Джонсмит и Катя. Она откинулась назад, а он запустил руки под ее юбку, целовал обнажившуюся грудь.

– Черт возьми, ты не стучишь вообще никогда?
– спросил координатор, лениво отрываясь от девушки.

Катя лихорадочно закрылась руками.

Термит отвернулся к окну и, глядя на переливающийся разноцветными огнями город, сказал:

– Нингена увезли на скорой.

Он слышал, как приглушенно воскликнула девушка.

– Ах, что же с ним?
– спросил Джонсмит.

– Его импланты рук и ног начали сбоить, а потом расплавились аугментации глаз.

– Неудивительно. Он всегда покупал дешевую дрянь, нелегалы собирают их на подпольных фабриках по тысяче штук в день. Странно, что его чертовы глаза не взорвались.

Термит обернулся. Бледная Катя обхватила себя руками, ее платье было расстегнуто на спине и сама поправить его она не могла. Джонсмит жестко улыбался, но его переносицу рассекла морщина, а на лбу выступил пот. Координатор потянулся к столу и коснулся кончиками пальцев дорожки кокаина. Он машинально размазал наркотик по стеклу.

"Ты нервничаешь? Почему?"

– Я думаю, вам самим нужно позаботится о нем. Он ваш скриптор, в конце концов. Сейчас его в критическом состоянии везут в реанимацию. Если вы хотите что-то сделать для него - теперь самое время.

Джонсмит пробарабанил белыми от "снежка" пальцами по столу:

– Не стоит. Врачи позаботятся о нем, полежит месяцок другой и выйдет здоровее прежнего.

"Значит, ты просто хотел вывести его из игры. Интересно, почему?"

– Он был на волоске от смерти. Какая радость для вас, что он выжил!

Координатор фыркнул:

– У нас полно скрипторов, Нинген не незаменим. Пусть бы и сдох.

– А как же человеколюбие?

– Ты знаешь такие слова?
– Джонсмит встал и подошел к Термиту.
– Нинген даже больший преступник и отморозок, чем ты, - прошептал он, - никто бы не заплакал, если бы импланты взорвались и разнесли на куски его гребанную голову.