Тёрн
Шрифт:
Близко к людским деревням и городам, равно как и к поселениям других рас, Стайни не приближалась. Не только люди Державы ненавидели и боялись силу Некрополиса. И не только они боролись с нею.
Бродят по окраинам населённых земель странствующие рыцари-маги орденов Солнца, Чаши и Белой Розы. Чем они занимаются в действительности, никто точно не знает, но Гончим они — страшные враги. В схватке один на один прислужница Некрополиса, конечно же, возьмёт верх, но доблестные воители всё чаще и чаще действуют тройками и даже четвёрками. А «сестры-Гончие», даже если их и отправляют
Городок Ниэр, где обитал нужный Гончей человек, стоял примерно в полудне пути от лесной твердыни сидхов. Алаврус, так звали человека, занимался какой-то меновой торговлей с нелюдимыми сидхами, и ему они отчего-то доверяли.
Следовало выждать также и удобного момента, чтобы к Алаврусу пришла именно та сидха, что надо.
Купчик обитал в неплохом по местным меркам доме, длинные скаты крыши спускались почти до земли. В самой деревне стражей не оказалось, то ли они окончательно потеряли след Гончей и отказались от погони, то ли ей просто повезло. Мешкать она не стала. Дождалась темноты и неслышной тенью скользнула в окно, обращенное на залитые мраком поля.
Сказать, что Алаврус испугался, увидав внезапно выросшую в дверном проёме невысокую стройную фигурку, затянутую в чёрное и серое, — значит, ничего не сказать.
Он сидел за недурно накрытым столом, в красном углу, как и положено у верноподданного Державы, красовался знак Высокого Аркана. Алаврус выронил нож, да так и замер с открытым ртом, выпучив глаза и не в силах шевельнуться.
Гончая ухмыльнулась. Всё-таки это приятно, когда тебя боятся.
— Что же тут приятного, Стайни?..
— Не знаю, Тёрн. Рассказываю правду, как на исповеди. Было приятно, а почему, отчего — не знаю. Может, это я такая чёрная внутри, может, это всё сна…
— Не всегда всё надо на снадобья валить. Впрочем, давай уж, заканчивай.
До конца нам ещё не близко, Тёрн.
Негоциант по имени Алаврус жил один, для услуг и постели содержа красивую меднокожую рабыню из южных варваров. Гончей даже не потребовалось ему угрожать. Купчик вылизал бы ей сапоги, он вообще готов был на всё, что угодно. Наверное, доселе пребывал в приятной уверенности, что в Некрополисе о нём просто забыли.
Опасное заблуждение. Некрополис, как и Смерть, не забывает никого и ничего.
Разумеется, в ответ на требование Гончей Алаврус тотчас принялся ныть, уверяя, что это погубит всю его торговлю, что ему придётся бежать, поскольку сидхи, конечно же, узнают, кто опоил одну из их Ветви. Гончая слушала, презрительно усмехаясь, и, когда купчик выдохся, бросила лишь одно слово:
— Сколько?
Потупившись с притворной стыдливостью, торговец назвал сумму.
— Разумеется, в доброй державной монете, — и алчно потёр руки.
Гончая молча полезла в один из кармашков пояса.
— Державной монеты не имею. Я тебе не меняла с повозкой и осликом. Бери вот это, сдашь тому же меняле и получишь втрое больше, чем у меня попросил. — На колени купчику упал небольшой, но увесистый серебристый слиток.
Девет, магический металл, куда ценнее золота.
— Ого! —
— Прямо в точку, — сухо кивнула Гончая. — Ну, теперь мы в расчёте?
— Н-ну-у-у… — замялся купец. — Оно-то, конечно, дело правильное, слиток добрый, но…
— Никаких «но», — негромко сказала Стайни, но так, что купец тотчас умолк, словно проглотив язык. — Добьёшься, чтобы сидха пришла к тебе как можно скорее. Угостишь вином. Самым лучшим. В вино добавишь каплю этого. — Перед купцом появился флакончик с жёлтой притёртой пробкой. — Одну каплю, понял?
— А… может… ты сама? — запинаясь, пробормотал Алаврус.
— Нет уж. Ты слиток получил, ты и делай, — отрезала Гончая. Не говорить же этому отребью, что сидха может просто почуять затаившуюся поблизости Гончую Некрополиса? А эликсир надо добавить непосредственно перед тем, как жертва выпьет вино, иначе снадобье потеряет силу.
— Скажи спасибо, что мы её из твоего дома не выкрадываем, — сухо добавила Гончая.
Это, конечно, было бы самым правильным решением. Не лезть в глубь подвластных сидхам лесов. Но это означало бы на самом деле провалить Алавруса. Сидхи очень быстро дознались бы, что к чему. А Некрополису такой человечек ещё мог пригодиться. Возможно, в другом месте, возможно, в другое время — Гильдия Мастеров зачастую ценила своих прислужников, живущих обычной жизнью добропорядочных верноподданных Державы, куда больше, нежели боевых Гончих. Может, оттого, что Гончих хватало, а вот согласных более-менее добровольно служить Некрополису в пределах Навсиная — напротив?
…Алаврус выполнил приказ. Полных четыре дня потребовалось ему, чтобы срочно достать какие-то вещи, давно заказанные Нэисс, той самой сидхой, которую предстояло выкрасть. На шестое утро сидха пожаловала сама. Этого Стайни не видела, пряталась далеко в лесу — жертва ни в коем случае ничего не должна заподозрить.
Пришла пора двигаться дальше.
Мало-помалу леса вокруг Гончей стали меняться. Люди позволяли деревьям расти, как предназначено природой, лес для них служил лишь источником дров или бревен для построек. Ну и ещё охотничьими угодьями.
Сидхи же старались всё вокруг переделать по своему вкусу. Они не знали и не любили строительства, предпочитая изменить вольно растущее дерево, чем срубить его и уложить очищенный от сучьев, ошкуренный ствол в венец дома.
Заросли игольников, вьюнов и ядренника уступили место аккуратным посадкам деревьев и кустов, которые Стайни раньше видела только на гравюрах в вивлиофике Гильдии Мастеров.
Здесь следовало удвоить осторожность. Обычные леса не таили никакой угрозы для человека, звери сами старались убраться с его дороги. Сидхи же нашпиговали свои леса хитроумными живыми ловушками, настороженными на двуногую дичь. Чем-то, наверное, лесной народ оказался очень важен для Державы, если могучее государство позволяло кучке инородцев, не таясь, отлавливать неосторожных подданных Навсиная, подобравшихся слишком близко к запретным местам.