Терпение
Шрифт:
Ася слушала Роську и думала о том, что, может быть случится какое-то чудо, и в ее жизни тоже будет такая чистота и любовь. Ее размышления прервал звонок мобильника. Лешка приказывал в срочном порядке собираться на дачу к какому-то его другу.
***
На Троицу, престольный праздник Прямухинского храма, по селу плыл радостный колокольный звон. За наличниками некоторых домов нежно трепетала свежая березовая зелень. Утреннее июньское солнышко, недавно поднявшееся над горизонтом, еще не обжигало,
– Ну, что, пойдем к нам? – спросила Юля, выискивая взглядом вышедших раньше мужа и сыновей, - У нас пир на весь мир, вчера до полночи готовили!
– Ой, я приду попозже! – закивала Люба, - Только можно я с Коляном приду?
– Конечно, и Паша ему рад будет!
Люба рассталась с Юлей и почти побежала в обратную сторону – в Мытницы. Она спешила поделиться своей Троицкой радостью с Колей. Но она только успела спуститься с крутой Прямухинской горы, на которой как раз и возвышалась церковь, как остановилась на дороге. По мосту через Осугу шел Коля. Люба радостно помахала ему рукой, он помахал ей в ответ и прибавил шаг.
– С Праздником! – почти прокричал Люба, когда Коля подошел ближе.
– И тебя! – с улыбкой ответил он.
– А я к тебе хотела идти!
– Ну вот, а я сам пришел. Пойдем, посидим?
Они вернули в сторону кладбища, прошли немного по пыльной дороге до деревянного сруба над родником и уселись на скамеечку, стоявшую рядом с колодцем.
– Ну, и чего сегодня было интересного? – спросил Коля, имея ввиду утреннюю службу.
– А вот что ты никак не придешь? Спрашиваешь только? – Люба наклонила голову на бок и с улыбкой смотрела на Колю, щурясь как от солнца, - Радость была. Красота была. Еще что-то такое было, чего я описать не умею.
– Да знаю я все! – засмеялся Колька, - Свечки жгли, песни пели, поп кадилом махал.
– А знаешь, какие песни красивые? Хочешь, спою?
– Хочу.
И Любка запела красивым низким голосом:
– Богородице Дево радуйся……
– И правда красиво-то, - Коля опустил глаза. Пока Люба пела, он, не отрываясь, смотрел не нее, - А еще спой, – попросил он.
– Ты лучше в следующее воскресенье приходи с Костиком. И песни послушаешь, и Костика бы причастили, - Люба снова щурилась.
– Что же это, думаешь, Он есть? – спросил Коля, глядя на небо.
– Ну, это-то точно.
– И нас счас видит Он?
– Наверное, да, - пожала плечами Люба.
– Интересно, что Он тогда про нас думает? – с улыбкой спросил Коля.
– Ну и вопросы у тебя! – покачала головой Люба, - Я сама пока что не понимаю почти ничего. Просто радостно мне с Ним, понимаешь?
– Только с Ним? – вдруг спросил Колька, глядя Любе в глаза.
Она сделала вид, что не поняла вопроса, или, в самом деле, не поняла. Коля вздохнул и достал пачку сигарет, повертел ее в руках и убрал обратно. Они долго молчали, слушая журчание текущей недалеко реки, шум машин с дороги, голоса
– Жарко сегодня будет, – наконец проговорил Коля, и ему показалось, что Любка облегченно вздохнула.
***
С наступлением тепла Лешка часто вывозил Асю на пикники. В ее понимании пикник – это отдых на природе с бутербродами или шашлыками. Но они ездили на пышные застолья, каких в деревне Ася и на свадьбах-то не видела. Она откровенно скучала на этих пикниках – мужчины говорили на непонятном ей языке о своих вечных делах, молодежь ее плохо знала, поэтому не очень-то принимала в свои компании. Так Ася бродила по ухоженным участкам в одиночестве, или все же слушала разговоры мужчин. Как она поняла, основная и самая волнительная тема мужских разговоров – деньги, и способы их приумножения. Вторая по значимости тема – способы тратить эти самые деньги на всевозможные экзотические увлечения. Ася никогда себе и представить не могла, что в сферу интересов одного мужчины могут входить брелки, мундштуки, вина, дома, картины, антиквариат, казачество, патриотизм, политика, митинги и кулинария. Причем некоторые умудрялись увлекаться чуть ли не всем сразу.
В этот раз скучал, кажется, даже Леха. Обычно он примыкал к сыновьям тех серьезных богатых мужчин, и говорил с ними примерно о том же, разве что в этих разговорах было поменьше пафоса. Но сегодня молодежи было мало, и Леша уныло слушал грузных дядек, потягивая из высокого стакана пиво.
– По какому поводу хоть веселимся? – шепотом съязвила Ася, приблизившись к Лешке.
– Вон у той тетки, - он показал на женщину в синем костюме, в этот момент выражавшую свое недовольство жаркой погодой, - матери Стаса, - днюха сегодня.
– А мы-то тут при чем? – пожала плечами Ася, - может, сбежим?
– Ты чего, Стас – мировой мужик! – возмутился Леха, - Если уж он приглашает, надо быть, вдруг он захочет поговорить о чем-то?
– А кто он вообще такой-то?
– Вон он, с бородкой. Он вроде как компаньон отца, я сам пока плохо понимаю их отношения, но батя сказал, что надо быть обязательно. Он бы сам приехал, если бы не отпуск… Так что мы тут отдуваемся.
– А этот Стас не расскажет твоему отцу, что ты был со мной, а не с женой? – отпивая пива из Лешкиного стакана, спросила Ася.
– Да ему-то пофигу! Он молодой еще, ему не до всяких там семейных ценностей. Тем более батя сам сказал, тебя взять.
– Твой отец про меня знает? – Ася даже задохнулась от ужаса.
– Да ты че, Аська? Он тебя и одобрил… Когда я женился, он так и сказал, если я надумаешь себе кого заводить, так лучше Асю смани в город, такая девушка не должна в деревне пропадать.
– Ничего себе…
Лешка засмеялся.
До позднего вечера Ася мучилась на этом так называемом дне рождения. Когда она услышала, что компания засобиралась в сауну, взмолилась про себя, чтобы Лешка не надумал ехать с ними. Но она и предположить не могла, что надумал Лешка.