Тертон
Шрифт:
— Почему?
Майя не без лукавства сказала:
— Потому что ругань и мат — это магия.
— Да ну? Это что-то новенькое…
— Разновидность отгонной магии. Или — если по-научному — апотропической. Люди так в былые времена отгоняли злые силы. А сейчас это работает на уровне бессознательного.
— Матом?
— Матом в том числе.
— Что же плохого в том, чтобы изредка отгонять духов матом? — улыбнулся Стас.
— В том, что ты тратишь попусту заряд. Стреляешь из базуки по солнечным зайчикам.
— Как я его порчу? И что это за центр?
— Центры Ветра жизни расположены вдоль позвоночника, от промежности до макушки. В основном. Есть еще в середине ладоней и подошв ног, но это второстепенные центры. Центры — своего рода переключатели энергии — Ветра жизни. Если пользоваться Центрами неверно, Ветер жизни будет течь не туда, куда надо. Или вовсе не течь.
— Так, ясно. Ты меня будешь учить управлять Центрами Ветра жизни, верно? Чтобы я тоже умел навешивать Туман и стрелять файерболами?
Несмотря на некоторый скепсис, Стасом овладел азарт мальчишки, которому пообещали крутого пластмассового трансформера.
— В том числе, — ответила Майя. — Туман — это часть искусства создавать массовые иллюзии. Можно стрелять иллюзорными файерболами — люди разницы не почувствуют.
— Как это?
— На самом деле нет никакой разницы между субъективным миром и объективным. Если ты что-то видишь или слышишь, это для тебя и есть реальность.
— А как же шизофреники с глюками?
— Они живут в своем мире, и он для них реален.
— Даже если для всех остальных, нормальных людей их мир нереален?
— Нас просто больше, — негромко рассмеялась Майя. — Поэтому мы называем себя нормальными. Если бы в мире было больше тех, кто видит зеленых человечков, зеленые человечки были бы реальностью. Кто знает? Возможно, это мы чего-то не видим — чего-то, что есть на самом деле, — а многие шизофреники как раз таки видят? Вот Серый мир ведь далеко не все видят, верно?
Стас задумался.
Затем спросил:
— Вот твой Туман… Ты его навешиваешь и как бы затуманиваешь сознание всех, кто поблизости…
— Правильно.
— А как же камеры? Если, наверное, снять на простой смартфон твой фургон под Туманом, а потом посмотреть видео — на этом видео будет виден фургон.
— Нет, — сразу ответила Майя.
— Как это? — поразился Стас. — Почему?
— Потому что на самом деле все наши смартфоны и камеры работают не на электричестве, я ведь уже говорила. Они работают на технологиях, которые можно назвать магическими. А они тоже субъективны, как человеческий ум.
Стас зажмурился и с силой потер веки.
— Ничего не понимаю!
— Поймешь… Со временем. А сейчас вернемся к Центрам Ветра жизни. Открыть их непросто. Хотя ты уже открыл как минимум одну, раз обрел способности поиска.
—
— Вероятнее всего, сердечную. Именно она отвечает за такой вот поиск. Говорят же: сердце чует!..
— И все Изгои такие? С открытыми Центрами и способностями?
— Почти.
— А Дара? Она мне сказала, что обычный человек, без магических штучек!
— Так оно и есть. Прямо сейчас она обычный человек.
«Дара тоже так странно выразилась, — подумал Стас. — Мол, прямо сейчас она — Дара Белова. Что за оговорки?»
— Почему ты не открыла Центры ей?
— Придет время, и ты узнаешь все детали, — мягко сказала Майя. — Пока же просто поверь во все, что я говорю… В ближайшие дни тебе предстоит тяжелая работа: ты приобретешь новые навыки и откроешь другие Центры. И эту работу не завершить, если у нас не будет взаимного доверия, малыш. Ты доверяешь мне, а я доверяю тебе. Я не буду тебя контролировать и проверять, что ты сделал или не сделал…
На миг Стасу подумалось, что Майя на что-то намекает. Не на телефон ли, который он прихватил, несмотря на запрет? Но он выбросит его позже — невелика задача.
Вряд ли Майя на что-то намекает, просто расставляет все точки над «ё» перед циклом «семинаров-тренингов».
— Ладно, договорились, — сказал Стас. — Если я открою все Центры, что будет?
— Если ты откроешь все Центры, ты сможешь летать! — хихикнула Майя. — Шучу. Открыть все Центры мало кому довелось… Тебе пока надо научиться по желанию поднимать и опускать Завесу. И помогать Изгоям бороться с Серыми.
Глава 25
Куратор-4
Ехали долго — сначала по узкой зигзагообразной дороге между полями, затем — между полями и лесочками и наконец — среди сплошного леса, покрывающего вздымающиеся горы. Изредка то справа, то слева показывались деревушки тауханцев, характерные своими ярко раскрашенными домами с высокими каменными фундаментами и сложенными из бревен стенами, черепичными крышами и развевающимися на длинных протянутых веревках радужными флажками с мантрами.
Стас не представлял, окружает ли их Туман, но редкие встречающиеся тауханцы и тауханки, несомненно, прекрасно видели их фургон. Горные аборигены, обжившие эти места еще до прихода Рюрика, разгуливали в национальных цветастых нарядах и кожаной обуви ручной выделки с тщательно вышитыми узорами. Мужчины пасли скот и работали в полях, женщины таскали воду в ведрах на коромыслах в виде прямой палки со специальным наплечником из войлока, нянчились с детьми и занимались домашним хозяйством.
Прогресс и цивилизация обошла эти края стороной, если не считать изредка встречающиеся солнечные батареи и крохотные трактора с открытым верхом.