Тертон

Цзи Александр

— Почему не сказал, что ты тертон? — спросила Майя без укора, но с тем же благоговением, что сквозило во взгляде несколько секунд назад, когда Стас еще видел в полной темноте.

— Не знаю, — хрипло ответил Стас.

— Не доверял нам до конца, да?

Он собрался с мыслями.

— Ты ведь мне тоже до конца не доверяешь? — окрепшим голосом сказал он.

— Как родитель не доверит ребенку спички!

— В таком случае ребенок найдет спички сам и не расскажет строгой мамочке!

Он не завелся, но определенная

доза гнева в голос просочилась. И сам не догадывался, как раздражают вечные секреты и недомолвки. Понимал, что так надо, что не ко всяким знаниям он готов прямо сейчас, но недовольство накопилось вопреки всякой логике.

Майя примирительно произнесла:

— Зайдем внутрь, не то простынем. Мы сейчас в обычном состоянии.

Светя фонариком, она зашагала по камням в обратном направлении вдоль стены, Стас поспешил следом. Добрались до проема и скользнули внутрь. Майя провела его в боковой проход, где устроила себе лежанку — в непосредственной близости от главного входа. Когда Стас, влекомый зовом артефакта, проходил мимо, она проснулась и пошла за ним. Так и стала свидетельницей его тертонских навыков.

Она поставила фонарь на пол лучом вверх, и он осветил пятиугольную каморку. Напротив узкого входа на высоте человеческого роста зиял еще один проход, маленький, но Стас не сомневался, что в случае нападения врага Майя легко ускользнет через эту щель.

Майя присела на разложенное войлочное одеяло, скрестив ноги. Стас, помедлив, тоже уселся, продолжая держать артефакт. Несмотря на размеры, весил он немного, был пустой и тонкостенный.

— Что это? — спросил он.

При свете заметил между суставных головок еще одно отверстие, крупнее остальных, окруженное вырезанными в металле знаками неведомого алфавита.

— Это ганлин, сокровище Тумар Багши, — немного торжественно ответила Майя.

— Ганлин?

— Флейта, сделанная из человеческой кости. Или в форме человеческой кости.

— А кто такой Тумар…

— Тумар Багша, великий святой, который спрятал в Тауханских горах и окрестностях множество сокровищ — терма. Их и разыскивают тертоны.

— Такие, как я?

— Получается, так.

Стас помолчал, вертя в руках ганлин. Майя не спускала с предмета глаз, но не изъявляла желания взять его. Стас натужно пошутил:

— Так я крут?

Майя улыбнулась, но в кои-то веки не расхохоталась. С уважением глянув на Стаса, сказала:

— Выходит, первое посвящение тебе дал сам Тумар Багша.

Стас подумал о тауханском деде, чуть не угодившем под колеса его автомобиля. Или притворившемся, что чуть не угодил? Их встреча была не случайна, дураку понятно.

— Он ведь где-то в Бурнинском районе живет, нет?

Майя вытаращилась на него.

— А? Тумар Багша живет на восьмом небе, согласно сказаниям тауханцев! Он жил в десятом веке новой эры и пришел из Тибета.

Стас крякнул.

Нет, тот дед — кто-то другой, не древний тибетский святой.

— Хорошо сохранился… И зачем он спрятал сокровища? Чтобы мы боролись с Серыми?

— Никто не знает его истинных целей. Но его сокровища помогают одолеть Серых и их творения.

— А как орудовать ганлином? Как это работает?

— Раньше ее делали из кости человека. Очень хорошего или очень плохого… Это флейта, и в нее играют.

Стас поежился.

Майя продолжила:

— Но эта сделана из бронзы Тумар Багши. Легенда говорит, что десять веков назад в горах Тумар Багша нашел глубокую пещеру, а в ней — залежи металла с чудесными свойствами. Он сделал из него все эти вещи.

Стас кивнул и попытался подудеть в ганлин. Майя подалась вперед и мягко отодвинула от него инструмент.

— Не здесь, малыш! Неизвестно, как подействуют звуки ганлина! Обычно им призывают духов мертвых. Тумар Багша когда-то связал злых духов гор силой обета, и отныне они служат добру. Но духи… есть духи. Лишний раз их лучше не звать.

Стаса передернуло.

— Может, заберешь себе эту игрушку? А то как бы я не вызвал невзначай кого не следует…

— Теперь это твое.

— Но я не хочу призывать духов мертвых…

Куратор с улыбкой помотала головой, примирительно проговорила:

— До утра еще три часа. Ляжем спать, тертон.

Слово «тертон» она произнесла без насмешки, с неприкрытым уважением. Между тауханцами и Изгоями есть связь, но какая? Спросишь — вряд ли ответит. Стасу гордость не позволяла приставать с расспросами, которые остаются без ответа. Он молча поднялся, прихватив ганлин, и отправился в «свою комнату». Улегся, сконцентрировался на Ветре в организме и погрузился в магический сон Изгоя.

Проснулся с первыми лучами солнца. Вернее, «увидел» эти самые первые лучи в треугольном окне и осознанно пробудился наполненный силами и с уверенностью, что выспался на славу. Видимо, это действительно место силы плюс спать он вчера лег, наказанный, раньше обычного.

Вспомнив события ночи, он схватился за ганлин, лежащий на одеяле у левой руки. Артефакт никуда не делся. Молоток с короткой ручкой лежал у правой руки. Рюкзак притулился у причудливой конструкции в углу. Все на своих местах.

Стас протер глаза, умылся из баклажки, подумал, не почистить ли зубы, но решил отложить это дело до ближайшего ручья или реки. Он начинал чувствовать себя комфортно в полевых условиях, словно полжизни прожил в горах, а не в нормальном доме.

Уложив ганлин аккуратно в рюкзак, Стас присмотрелся к древней конструкции в углу. А не сделана ли она из той же волшебной бронзы, которую нашел в пещере Тумар Багша? Экстрасенсорика помалкивала — хотя на амулет и ганлин реагировала однозначно. Если это бронза, то не та, а другая. Обычная.