Тиерия
Шрифт:
Мы поднялись по винтовой лестнице. Сула приложила ладонь к стене и тут же перед нами появилась дверь, которая медленно со скрипом открылась. В небольшой тайной комнатке, которая вела в подземелье, на невысоком стуле сидел Ямин. Вид короля орлиев был очень усталым и напряжённым. Как только он увидел, что дверь открывается, то тут же бросился к нам на встречу.
– Наконец-то! Я уже думал, что вы никогда не вернётесь! Питу совсем плохо! Наши лекари не справляются! Ещё немного и уже никто не сможет ему помочь. Вы принесли камень?
– Да, - ответила я.
– Камень у меня. Где папа? Нужно срочно снять с него браслет.
Ямин
Когда мы вошли в комнату, то увидели, что Питу действительно очень плохо. На его лице была испарина, он очень тяжело и прерывисто дышал. Ластр сидел рядом. Увидев нас, он вскочил с кресла и подбежал к нам.
– Нашли камень?
– спросил с беспокойством Ластр.
– Да, папа, - ответила я и сразу же достала адомий. Камень лежал у меня на ладони и блестел спокойным притягательным золотым цветом. Я протянула его папе и сказала.
– Возьми этот камень, но помни, как только браслет спадёт с твоей руки, сразу же отдай адомий мне, иначе могут быть очень неприятные последствия.
– Если ты не хочешь пристраститься к такому деликатесу, как тараканьи лапки и жареные личинки жуков, то лучше послушать Мэл и сразу же расстаться с камушком, - добавил Кил и как обычно чуть не получил хороший подзатыльник от Тэрлы, но вовремя увернулся. Посмотрев на рыжеволосую волшебницу Кил с милой улыбкой сказал.
– Дорогая, ты становишься предсказуемой! Пора бы придумать что-нибудь новое для воспитательных целей: смачный пинок под ягодицу или удар под дых! Давай покажу!
Тэрла смерила яростным взглядам Кила и уже хотела ответить ему какой-нибудь резкостью, но Сула прервала их перепалку.
– Прекратите! Ведёте себя словно маленькие дети!
Тэрле явно стало обидно, она хотела оправдаться, но ей не дали этого сделать. Сула повернулась к Ластру и резко сказала:
– Бери уже этот камень!
Никогда я ещё не видела всегда сдержанную, спокойную Сулу в таком состоянии. Я прекрасно её понимала. На её месте скорее всего я реагировала бы также. Когда твой близкий человек находится на грани жизни и смерти, тогда трудно контролировать эмоции. Папа взял камень, а мы все выжидающе посмотрели на него. Ничего не происходило. Камень просто лежал на ладони Ластра. Его яркий жёлтый блеск куда-то исчез. Сула закусила губу, было видно, как сильно она волнуется. Неожиданно адомий стал разгораться своим привычным ярким светом. Рука Ластра вздрогнула, словно её что-то обожгло. Свет от камня становился всё ярче и ярче, казалось, что в комнате появилось маленькое солнце. Браслет на руке Ластра тоже начал светиться.
– Как же больно!
– воскликнул папа.
– Браслет так сильно сжимает моё запястье, что ещё чуть-чуть и у меня больше не будет руки!
Мы с беспокойством смотрели, как Ластр корчится от боли. Но всё закончилось так же резко, как и началось. Адомий прекратил светить ярким светом. И в этот же момент в блокирующем браслете что-то щёлкнуло, и украшение оказалось на полу возле папиных ног.
– Вот и всё!
– сказал Ластр.
– Я свободен!
Лицо папы светилось от счастья. Я очень не хотела прерывать этот момент, но понимала, что если я сейчас же не отберу камень у Ластра, он уже никогда не сможет побороть в себе зависимость от адомия. Я быстро выхватила жёлтый камень из папиных рук и положила его в клетку, где сидел Фирмий, который всё
– Ластр, скорее помоги Питу, - сразу же взмолилась Сула, как только блокирующий браслет оказался на полу.
Папе некогда было горевать по поводу потери адомия, он сел на кровать, где лежал Пит, положил руки ему на грудь и закрыл глаза. Из-под рук Ластра медленно стало растекаться белое сияние, которое охватило всё тело Пита. Через какое-то время Хранитель начал медленно приходить в себя. Как только он открыл глаза, к нему тут же бросилась Сула.
– Я думала, с ума сойду, пока ты лежал без сознания!
– сказала Сула.
– Как ты себя чувствуешь? Встать сможешь, а идти?
– продолжала тараторить черноволосая волшебница.
Пит медленно приподнялся и сел на кровати. Посмотрев на блестящее от слёз лицо Сулы, он сказал:
– Всё хорошо. Немного голова кружится, но думаю, это пройдёт.
После этих слов все мы вздохнули с облегчением. Теперь Пит точно должен был поправиться. С ним рядом сидела Сула, положив голову на плечо любимому. Тэрла стояла рядом с Килом и открыто искренне улыбалась. Ластр стоял у окна, его поза была расслабленной, а вид немного усталым. Я стояла рядом с Роком, а он слегка обнимал меня за талию. Пит, обведя взглядом своих друзей, посмотрев на блокирующий магию браслет, который лежал на полу, сказал:
– Спасибо!
И в это слово было вложено очень много смысла. Мы теперь были не просто попутчиками, сведёнными вместе силой божественного пророчества, теперь мы были настоящей семьёй, и этого уже никто и никогда не сможет изменить. Это был очень трогательный, волнующий момент, который, как всегда, смог нарушить Кил. Он вдруг вытянул свою руку с блокирующим браслетом вперёд и сказал:
– А как же я? Про меня все забыли?
И тут мы сообразили, что так сильно переживали за Пита и старались прежде всего Ластру вернуть силу целителя, что действительно просто забыли про то, что волшебная сила Кила тоже заблокирована. Когда все мы это поняли, то всё напряжение, которое накопилось за несколько сложных дней, резко куда-то исчезло. Посмотрев на смешную обиженную мордашку Кила, мы все дружно рассмеялись.
***
Был поздний вечер. Все разошлись по своим комнатам. Только Пит и Рокату неспеша гуляли по саду, обсуждая давно наболевшие вопросы.
– Рок, я понял, ты решил не следовать моему совету по поводу Мелании, - сказал Пит.
– Не боишься последствий?
– Пит, я давно уже всё для себя решил. Мы с Мэл не сможем жить друг без друга.
– А ты не думал, что ради нескольких приятных мгновений ты в итоге сделаешь Меланию несчастной?
– А что такое счастье?
– решил пофилософствовать Рокату, беря пример с предсказателя народа гурнов, Щуна.
– Рок, ты правда думаешь, что я сейчас всерьёз буду рассуждать на эту тему?
– А почему нет? Всё равно ближайшие несколько дней нам придётся провести в землях орлиев, чтобы ты окончательно поправился. Почему бы и не порассуждать на такую спорную тему?
– Хорошо. Для меня счастье - это Сула. Но это немного другое, нежели у тебя с Меланией. Сула уже давно стала частью меня. Проведя тысячелетия вместе, мы превратились в единое целое. Вы же с Меланией знакомы несколько месяцев, вами больше движут эмоции и страсть.