Тигр. Тигр!
Шрифт:
Пауэл улыбнулся ему. Рич улыбнулся тоже. Их руки встретились в рукопожатии.
Пауэл спросил:
— Вы всех обезоруживаете таким образом?
— Секрет успеха, — ухмыльнулся Рич.
«Он сообразил, на что я намекаю, — подумал Пауэл. — Достойный противник».
— В таком случае пусть хотя бы все остальные не видят, как вы меня очаровываете. Они заподозрят сговор.
— Вас они не заподозрят. Вы обведете их вокруг пальца, и они решат, что сговор у вас с ними.
Опять
— Ну что там у вас, Джо?
— Насчет прощупывания, Линк…
— Объясняйтесь так, чтобы было понятно и Ричу, — перебил Пауэл. — Мы никого не собираемся обманывать.
— Рич вызвал меня для того, чтобы я его представлял. Никакой телепатии, Линк, все на равных условиях. Я для того сюда и прибыл. Я буду присутствовать на всех допросах.
— Джо, у вас нет права запрещать прощупывание. Мы выясним все, что сможем выяснить…
— Только с согласия спрашиваемого. Я буду сообщать вам, есть это согласие или нет.
Пауэл обернулся к Ричу.
— Что здесь произошло?
— А вы не знаете?
— Хотел послушать вашу версию.
— Почему именно его? — запальчиво вмешался Джо 1/4мэйн.
— Мне хочется узнать, из-за чего он так поспешно вызвал адвоката. Вы что, замешаны в этой истории?
— В чем я только не замешан, — усмехнулся Рич. — Попробуйте руководить такой махиной, как «Монарх», и не увязнуть в омуте разных секретов.
— Но убийства, надеюсь, в вашем омуте не водятся?
— Линк, поворачивайте-ка назад.
— Уберите блоки, Джо. Я прощупываю вашего клиента только потому, что он мне нравится.
— Вы не могли бы проявить свою приязнь как-нибудь в другое время?
— Джо не хочет, чтобы я вам симпатизировал. — Пауэл снова улыбнулся Ричу. — Жаль, что вы вызвали адвоката. Это внушает мне подозрение.
— Профессиональная болезнь? — со смехом спросил Рич.
— Нет. — На сиену вдруг прорвался Бесчестный Эйб и начал запивать: — Вы никогда не поверите, но профессиональное заболевание детективов — латеральность, то есть однобокость. Одни из нас все делают только левой рукой, другие — только правой. Причем самое неприятное, что у большей части детективов эти отклонения ни с того ни с сего почему-то сменяют друг друга. Я, например, был левшой и вдруг во время дела Парсона…
Спохватившись, Пауэл замолк на середине фразы. Он отошел на несколько шагов от заинтригованных слушателей, глубоко вздохнул. Когда он снова к ним вернулся,
— Расскажу об этом как-нибудь в следующий раз, — сказал он. — А сейчас лучше вы расскажите, что здесь произошло после того, как Мария и все остальные увидели падающие на вашу манжету капли крови.
Рич покосился на красные пятнышки на своей манжете.
— Мария начала вопить, что наверху, в брачных покоях, кого-то прирезали, и все мы ринулись наверх.
— Как вы нашли дорогу в темноте?
— Было светло. Мария крикнула, чтобы включили свет.
— И уже при свете вы без труда разыскали эти покои, э?
Рич зло усмехнулся.
— Это не я искал покои. Их местоположение держали в тайне. Мария сама отвела нас туда.
— Там находились охранники… кажется, их оглушили?
— Да. Они казались мертвыми.
— Будто каменные, а? Шелохнуться не могли?
— А я откуда знаю?
— В самом деле, откуда? — Пауэл в упор взглянул на Рича. — Ну а де Куртнэ?
— На вид и он казался мертвым… фу ты, черт, он мертвым и был.
— И все вы там столпились и смотрели на труп?
— Нет, некоторые разошлись по другим комнатам: искали дочку.
— Барбару де Куртнэ? По-моему, никто из вас не знал, что де Куртнэ и его дочь находятся в доме. Почему же ее искали?
— Сперва мы этого не знали. Но Мария нам сказала, и мы начали искать.
— Вы удивились, что ее нет?
— Мы уже ничему не удивлялись.
— Куда же она могла исчезнуть?
— Мария говорит, что девушка убила старика и смылась.
— Вам это кажется возможным?
— Как знать? Вся эта история — сплошное сумасшествие. Если девушка так ошалела, что, ни слова никому не говоря, улизнула из дому и голая мчалась по улицам, она была способна прихватить с собой и папашин скальп.
— Вы позволите мне прощупать вас, чтобы уяснить кое-какие детали и общую обстановку?
— Как решит мой адвокат.
— Я против, — отрезал 1/4мэйн, — Согласно конституции, каждый может отказаться от эспер-обследования, не подвергая себя никаким подозрениям. Считайте, что Рич отказался.
— Темный лес, и хоть бы маленький просвет. — Пауэл вздохнул, пожал плечами. — Ну что ж, приступаем к расследованию.
Они двинулись к кабинету. Стоявший в дальнем конце зала Джексон Бек, не выдержав, спросил на непонятном для Тэйта с 1/4мэйном полицейском жаргоне:
— Линк, зачем вы ему позволили вас дурачить?
— Он меня дурачил?
— A mo нет? Этот чертов стервятник вьет из вас веревки.