Тинкер

Спенсер Уэн

Он оглянулся на нее через плечо. Ветер трепал ее волосы.

— А, это ты!

— Прости, что опоздала. Была занята и забыла о тебе, — наморщила нос Тинкер. Может, не стоило говорить об этом именно сейчас?

— Твой двоюродный брат был здесь. — Рики встал и как ни в чем не бывало проделал путь назад от конца стрелы до кабины. В руках он держал ее переносной компьютер. Солнце бликовало на его поверхности. Черное и сверкающее приближалось к Тинкер почти по небу. — Масленка позвонил Лейн, и она объяснила ему, кто я такой.

Отпрянув от окна, Тинкер вцепилась

в кресло крановщика. Глядя на Рики, она вдруг испугалась, что упадет.

— Что ты там делал, черт возьми?

— У меня пунктик насчет высоты. — Он казался расслабленным и довольным, на губах играла ленивая улыбка. — Тут у меня голова прочищается. Мне лучше думается, когда я высоко.

— Залезай сюда, а то я нервничаю.

Он засмеялся и переместил свои длинные тощие ноги в кабину.

— Прости. Я забыл, как это пугает людей. Но небо замечательное, оно позвало меня…

Тинкер выглянула в другое окно. Небо было поразительно синего цвета, с рассеянными по нему массивными одинокими облаками, огромными и кудрявыми, словно отбившиеся от стада овцы; впрочем, приглядевшись, можно было заметить их сложную структуру и резкие, какие-то сюрреалистические очертания. Прохладный ветер, несущий с собой аромат бесконечного эльфийского леса, простирающегося по ту сторону Края, гонял их по небесной синеве, как опытный пастух.

— Да, небо великолепно. — Тинкер вновь обернулась к Рики и увидела, что он наблюдает за ней, свесив голову на бок. — Что?

— Только то, что ты высказала эту мысль прежде, чем вынесла приговор.

— Спасибо. Я думаю.

Он протянул ей компьютер.

— Я читал твои записи. Они блестящи.

Она вспыхнула.

— Это не предназначалось для посторонних глаз.

Она глянула на экран: так и есть, выведена ее теория магической волны! Рики скопировал работу Тинкер в черновом окне и, просматривая ее уравнения, внес свои пометки.

— И ты все понял?

— Почти. — Он протянул руку к клавиатуре. Тинкер неохотно передала ему комп.

Он закрыл ее документы и увеличил рабочее окно, решив, видимо, объяснить, чем же он тут занимался.

— Если я правильно понял, множественные вселенные можно представить в виде стопки бумаги. — Он нарисовал несколько параллельных линий. — Земля находится в самом низу, а Эльфдом где-то повыше. — Он обозначил две соответствующие линии. — Так вот, магия идет через все миры подобно волне. — Он нарисовал серию волн, идущих сквозь «стопку». — Поскольку и стопка, и волна постоянны, точка, в которой волна пересекает конкретную вселенную, тоже остается постоянной. Она всегда пробивает Землю в пункте N, а Эльфдом — в пункте N + 1.

— Коротко говоря, да.

Тинкер взглянула на Рики с удивлением. Она пыталась объяснить свою теорию несколько раз, но никогда не использовала эту модель. Она казалась такой ясной и простой. Конечно, упрощение было мнимым: Рики просто игнорировал тот факт, что вселенные не лежат в стопке, как бумага, а накладываются друг на друга совершенно непостижимым образом. Если протянуть руку и дотронуться до какой-то точки, то палец будет касаться одновременно

несметного количества идентичных точек находящихся в бесконечном количестве измерений, отделенных друг от друга только тем таинственным шагом в сторону, который и формирует иную реальность. Конечно, только в самых ближних реальностях точка кажется неизменной. Но дальше вы начинаете касаться совершенно другой точки, а еще дальше, например на Эльфдоме, вы просто никогда не существовали, поскольку когда-то очень и очень давно жизнь пошла там по иному пути, и вместо земной, человеческой расы появилась раса эльфов…

— А вот это я не совсем понял, — сказал Рики, снова открыв ее файл, пробежавшись глазами по записям и выделив нужный фрагмент. — Я пришел сюда, чтобы пошевелить мозгами вот над этой штукой.

— Это еще не закончено, — вздохнула Тинкер с несчастным видом. — Ненавижу, когда во вселенной есть вещи, которых я не понимаю.

— Похоже, ты пытаешься вычислить, как попасть в другие измерения?

— Понимаешь, вопрос на самом деле в том, почему мы всегда возвращаемся на тот же самый Эльфдом? По крайней мере, нам кажется, что на тот же самый. Все свидетельствует в пользу того, что мы возвращаемся в то же самое измерение.

— Ну, наверное, ворота генерируют постоянное поле.

— Подумай обо всех универсальных изменениях. Мы отправляемся с Земли, которая вращается вместе с воротами, находящимися над Китаем, и потому эффект завесы пронзает ядро планеты. Кроме того, Земля медленно раскачивается под влиянием периодов равноденствий. Далее, следует учитывать еще влияние Луны на Землю и тот факт, что Земля движется вокруг Солнца, которое в свою очередь вращается вокруг центра галактики Млечного Пути. Мы говорим о многочисленных векторах, с которыми нам приходится сталкиваться в любое время, когда бы мы ни предприняли путешествие. А Питтсбург возвращается на тот же самый Эльфдом снова и снова, и это указывает на существование чего-то иного, кроме тупого везенья.

Рики понял, что она хотела сказать:

— Похоже, мы имеем дело с универсальной константой. Если тебе удалось совершить путешествие из одного измерения в другое один раз, то ты всегда сможешь это сделать.

— Да, некая общность между двумя измерениями.

— Так как же построить ворота в третье измерение?

— Третье измерение?

— А что? Если измерений бесчисленное множество, то почему нужно путешествовать лишь в одно из них?

— Сейчас нам и двух измерений многовато.

— Наверняка существует больше чем два измерения с той же общностью. Может быть, это нечто вроде жемчуга, нанизанного на шелковую нить.

— Какое элегантное сравнение! — Тинкер смотрела на совершенное в своей красоте небо, но видела лишь череду планет, связанных вместе в черной вселенной. Земля. Эльфдом. Неизвестные миры. — Но что является нитью?

— Ворота пересекают нить. — Да.

— Ты понимаешь, как работают ворота?

— Ох, и ты туда же!

— О чем ты?

— Что-то все внезапно стали этим интересоваться, — резко сказала она. — Воротами и детьми.