Тизер 2
Шрифт:
Мир вокруг превращается мясорубку свистящих мечей. Мозг бьет тревогу, накачивая тело адреналином и повышая сердцебиение. Мертвый маг, как я и планировал, перекрывает дорогу парочке со щитами. Прижимаюсь к стенке, уворачиваюсь от редких, но опасных ударов двуручными мечами.
Клинки высекаю искры о стену, уклоняюсь уже от пятого удара. Казалось бы, что может быть проще, чем прикончить загнанного в угол придурка с перочинным ножичком? Но – нет. Я, будто суперкомпьютер, отслеживаю сотни деталей и выполняю корректирующие действия для того, чтобы выжить. Не смотрю в глаза, концентрируясь исключительно
Один рубит на уровне головы, второй целит в ногу. Пригибаюсь, толкаюсь левой. Боец слишком далеко увел меч после промаха, появляется шанс для контратаки. Дырявлю бок, подныриваю под руку. Кисть перехватывает кинжал для удара сверху-вниз, лезвие впивается аккурат между лопаток.
Подумал о том, что можно подобрать трофейный меч, но вовремя сообразил, что мощное и медленное оружие работает крайне неэффективно против щитов.
Бойцы не кидаются сломя голову, обходят тело погибшего, образуют полукруг, прижимают меня к стене. Ступня одного из щитоносцев слишком глубоко проваливается в землю, даже сквозь штаны замечаю перенапряжение икроножных мышц, смещаюсь в лево. Питерский срывается с места, будто спущенная стрела, щит обволакивает золотистым свечением. БУМ! В стене кирпичного дома, где я только что стоял, появляется дыра, боец, отмахиваясь от сыплющихся на голову осколков, вытаскивает из завала щит.
Уворачиваюсь от нападок разгоряченного двуручника. Судя по странным движениям ступней, к удару щитом готовится второй. Сокращаю дистанцию с мечником, чтобы сбить прицел.
За короткий отрезок сражения с двуручником пропускаю уже третью возможность прикончить соперника. Как только боец упадет, я стану открытой целью для тарана.
В голове созревает идея. На секунду фиксирую тело на месте, а затем резко ухожу назад, уводя за собой мечника... БУМ! Светящийся щит вбивает двуручника в стену, боец сползает на задницу. Дышит, но безобразно обвисшие руки больше не могут даже вилку держать, не говоря уже про десятикилограммовый меч.
Остается лишь двое таранщиков. Тот, что пробил стенку, с животным криком ярости бросается рубить воздух. Без особых проблем уклоняюсь от ударов, а затем едва не падаю, наступив на валяющееся под ногами копье. Даже подумать не успеваю, тело все делает за меня. Левая нога фиксирует окончание древка, правый носок подкидываю середину. Наконечник поднимается на уровень паха, просачивается под щит. Таранщик проходит три четверти длины копья, после чего удивленно смотрит на торчащую из живота палку.
Навык питерского, что сбил двуручника, откатывается, ступни вгрызаются в землю. Ухожу в сторону, заношу кинжал, но противник оказывается быстрее. БУМ! Край щита отбивает плечо, меня разворачивает. Таранщик пролетает три метра и останавливается, рука выпускает щит, следом падает меч. Заваливается лицом в землю, из спины торчит рукоять черного кинжала.
Осматриваюсь и слегка офигеваю от произошедшего, я ведь небольшое пати в соло ушатал! Чем же он меня таким бафнул? От размышления отрывает взрыв, небосвод над площадью мерцает розовым.
Собирать трофеи нет ни времени, ни смысла, сейчас они – не больше,
Острые ребра перекладин впиваются в подошву. Скидывая накопившуюся пыль и коррозийный налет, ползу наверх. Плоские крыши строений лежат на разных уровнях, как в современном мегаполисе только с куда меньшей этажностью. Я оказываюсь примерно на среднем уровне, выпрямляюсь в полный рост, что-то врезается в плечо...
– Бля! – вместе с осознанием того, что в плечо воткнули стрелу, приходит боль.
На ближайших крышах никого не видно, с земли под таким углом не попасть, а лучники на дальней стене полностью заняты куполом. Кто же стрелял?! Припадаю спиной к дымовой трубе. Вышедший насквозь наконечник царапает кирпич, вибрирующая деревяшка раздражает нервные окончания.
Усаживаюсь поудобнее, стаскиваю со спины лук. Правой руке едва хватает сил, чтобы удержать основание, выпускаю стрелу. Поднимаюсь над сотнями крыш, суетливыми улицами и фееричной дракой на площади. С высоты птичьего полета просматриваю крыши, откуда, предположительно, стреляли. Пусто! Неужели просто шальная стрела прилетела? Да нет... не может быть!
Сижу еще минут с пять, изредка выглядываю из-за трубы. С площади доносятся крики, бахают магические снаряды, а крыши будто вымерли. Обламываю наконечник, вытаскиваю стрелу. Рана не смертельная, но хилку пить придется, иначе не смогу стрелять. Капсула скатывается по гортани, затягивается рана.
Поднимаюсь, прижав голову, бегу к соседней крыше. Боль пронизывает левую ногу, стрела пробивает икроножную мышцу, но на этот раз снайпера я заметил. Падаю, чтобы скрыться за бортиком, уже отработанным движением избавляюсь от стрелы.
Снайпер стреляет из окна, вот почему я не сразу его отследил. Рядом с главным зданием Питера, что напоминает замок, стоит то ли смотровая вышка, то ли маяк. В бойнице на высоте шестого этажа блеснул наконечник.
Выбрасываю рюкзак в право, сам высовываюсь слева. Выпускаю стрелу по высоченной дуге в сторону вышки, ответная падает у ног, скользит к противоположному бортику.
Слышу глухой хлопок – сработал мой разрывной снаряд. Высовываюсь, чтобы посмотреть, попал ли.
Из вражеской бойницы ползет серый дым, внутри пляшут языки пламени. На подоконник залазит силуэт в черной глянцевой броне, прыгает вниз. Прыжок с такой высоты точно ноги ему переломает... или нет? Снайпер выпрямляется и переходит на легкий бег, конечная точка его маршрута – я.
Сначала подумал, что показалось. Вражеская стрела, что отлетела к бортику крыши зашипела, будто змея. Из отверстия в темно-зеленом наконечнике пошел дым. Кислотные клубы буквально на секунду окутали стрелу, после чего также быстро растворились. На прежнем месте не осталось ни оперения, ни древка, ни наконечника. Поблескивая на солнце чешуей, ко мне ползет змея.
Извивающаяся тварь прет прямо на меня. Не доползая двух метров, сбивается пружиной и совершает бросок. Замедляю время, тянусь за кинжалом. Скорость броска превосходит все ожидания, даже с использованием замедления, я едва успеваю достать кинжал. Отрубаю оскалившуюся голову прямо в воздухе, змея бесследно исчезает.