Тизер 3
Шрифт:
Я убивал сатиров медленнее, чем они прорывались сквозь барьер, из-за чего мне приходилось всё больше зажиматься в угол. Кинжал работал со скоростью иголки в швейной машинке, но чёрная армия наседала и наседала. Спина уткнулась в стену - территория для отступления закончилась.
Когтистые лапы нападали со всех сторон. Рвали одежду и царапали кожу. Передо мной образовалось копошащееся чёрное месиво. Они прижали меня к стене и давили будто защищающие свою колонию муравьи.
Один из монстров ухватился за лезвие меча. Я дёрнул рукоять на себя и сатир сдулся сквозь надрезанные ладони. Его примеру последовал следующий
Прущая масса монстров, будто поглощающая всё живое лава, сковывала движения. В какой-то миг чёрные пальцы облепили лезвие так плотно, что я больше не мог фехтовать.
Приложив усилие всего тела, я завалил корпус вправо. Сатиров вместе со мной повело в сторону. Два или три распылились, но меч всё ещё находился в плену. С левой стороны образовался проход, туда метнулся стоящий в очереди чёрт. Монстр занёс обе руки за голову и устремился ко мне, раскрыв пасть. Я вытянул в его сторону левую руку и от досады сжал зубы.
От плеча через локоть по предплечью и к кисти пробежал электрический разряд. Потоки молнии собрались на фалангах пальцев, а затем вытянулись вперёд, удлиняя мою руку.
Сотни ломаных молний сплелись в объёмный каркас и сложились в фигуру с пятью мерцающими пальцами. И если меня произошедшее повергло в шок, то слепого сатира шум движения заряженных частиц не испугал. Монстр сам набежал на преграду и упёрся грудью.
От электрических ударов тело стало потрясывать. Я поднял руку немного выше и сжал кулак, вместе с ним сжалась электрическая рука. Шея сатира сломалась будто насквозь прогнившая палка. Монстр испарился.
Из правой руки вырвали кинжал - последнее, что отделяло меня от жаждущей человеческой крови толпы. Электрическая рука исчезла, но не навсегда. Я отправил кулак в наседающую справа толпу, и молния снова проделала путь от плеча до кончиков пальцев. Магический кулак превосходил настоящий раза в четыре. Первых двух козлов я пробил насквозь, а пятерых, стоящих позади, разломал на куски будто глиняные фигуры.
Впереди появилось пространство. Я выбросил перед собой правую руку, и наружу показалась вторая магическая конечность. Вытянул обе руки вперёд и развёл в стороны. Толпа насчитывала около тридцати особей, но я раскинул их почти без усилий. Ухватил первого попавшегося и поднял над толпой. С мыслями о том, сколько силы хранят в себе вылезшие из меня штуки, я перевернул сатира прямо в воздухе, будто грудного ребенка, ухватился за дрыгающиеся конечности и потянул в разные стороны. Тело разорвалось пополам и исчезло.
Проходящий на грани физических способностей бой превратился в развлекательную игру. Я забыл про кровоточащую ногу и истощение. Я играл. Хватал сатиров с расстояния в четыре метра и их же телами избивал братьев по оружию. Самых зарвавшихся подбрасывал под самый потолок и забывал ловить.
Тестируя новые способности, я расплющивал врагов, вбивал в пол, рвал на части и даже пытался жонглировать. Я будто управлял двумя гидравлическими манипуляторами, только более гибкими и понимающими желание оператора с полуслова, но и это оказалось не всё. Вскоре я понял, что электрические руки могут быть не только руками. Энергия могла принимать любую форму. Я узнал об этом случайно. Забавляясь
Я перешёл на новый уровень. Кромсал сатиров трёхметровым электрическим ножом, вколачивал в землю кувалдой, сёк плёткой и наносил увечья цепью.
Счёт отправленных в небытие пошёл на сотни, а они продолжали прорываться сквозь барьер. Я уже подумывал о том, чтобы разбросать сатиров от выхода и свалить, как заметил, что площадь, которую занимала чёрная материя в пещере, снижалась.
Если раньше сатирам нужно было пробежать половину подземной арены, то теперь - две трети. Чем больше монстров пробивались через барьер, тем меньше он становился. Похоже, демоны формировались из той самой массы, что заполняла комнату и, к счастью, она заканчивалась.
Минут через пять поток чертей себя исчерпал. Подземелье стало в два раза больше, а от огромной чёрной массы, которая защищалась упругой мембраной, остался скукожившийся кусок, размером с двухдверный шкаф. Я смотрел, как из него вылупливаются последние монстры, и кончал их, не дав сделать и шага.
Сундука с золотом, потайного хода и карты сокровищ в освободившейся части подземелья я не нашёл, но не расстроился. То, зачем я пришёл, итак превзошло все возможные и невозможные ожидания.
Путь наверх оказался лёгкой прогулкой по сравнению с собственным сознательным утоплением. Я заполнил лёгкие под завязку и рыбкой ушёл в открытое море. Физика всё сделала сама. Для ускорения процесса мне требовалось лишь болтать ногами и раз в две-три секунды загребать над головой руками.
Вынырнул и вдохнул прохладный ночной воздух. Море успокоилось. Россыпь мерцающих в небе звёзд отражалась в чёрной воде.
Я бы с удовольствием распалил костёр и провёл ещё одну ночь на этом берегу, но медлить было нельзя. Меня ждала долгая дорога до арены.
Я забрал у потухшего кострища рюкзак, закинул в себя остатки сух пайка, последний раз посмотрел на завораживающую башню, что непрерывно испускала синий дым, и двинул в сторону цивилизации.
Проходя мимо маяка, возникло почти непреодолимое желание зайти в гости к Ромичу, а ещё лучше - провести с ним смену и посмотреть на этот очаровательный клочок земли глазами смотрителя, но ситуация не располагала.
Изнеможённый физически и удовлетворённый морально, я завалился в повозку к кучеру. Лошадки сделали пару неуверенных шагов, заскрипели колёса. Мы возвращались.
Глава 17. Бремя
Я вошёл в палатку с первыми лучами солнца, команда была уже на ногах. Парни смотрели на меня вопросительными взглядами и молчали. Всех интересовал один вопрос:
– Получилось?
– спросил Витя.
Я вытянул руку. От плеча к кисти пробежал электрический разряд, превратился в магический захват пересёк весь шатёр и взял со стола стакан. На лицах расплылись улыбки, парни расслабились, будто кто-то отдал команду "вольно". Серёга вернулся к делам по кухне, Афелий продолжил возиться с травами, а Витя, насвистывая себе под нос, наполнил бокал. Градус напряжения в палатке значительно снизился.