Тизер

Кочеровский Артем

Что за?

Порылся в ведре - ключа нет, собственно, как нет и замочной скважины. Подергал посильнее: от себя, на себя - бесполезно. Бьет холодный пот, кружится голова. Не страдаю клаустрофобией, но долбанные стены сводят с ума, давят и лишаю кислорода, темнеет в глазах, подкашиваются ноги...

... ... ...

Очнулся. Сижу на полу, ноги скрещены, руки лежат на коленях. Поднимаю глаза. Передо мной в такой же позе сидит азиат: белая майка, выбритый череп, узкие глаза.

Сидит близко, настолько, что можем обняться не вставая. Не выглядит опасным, но напрягает. Вторгся в мое личное пространство, дышит моим воздухом,

пристально смотрит в глаза. Моя оборонительная реакция выглядит, как смягчающая улыбка, нерешительно тяну в стороны уголки губ, слегка наклоняю голову, как будто спрашиваю: “все ли в порядке?”. Мимика азиата блещет равнодушием.

Осматриваюсь. Сидим в замкнутом помещении размером с волейбольный зал. Окружают коричневые стены, подпирает бетонный пол, потолок возвышается над головой метров на десять. Пробегаю взглядом по периметру - выхода нет. Смотрю на часы - скоро рассвет.

Левая рука тянется к зудящему локтю. Скребет. Вспоминаю о уколе, одергиваю руку, словно от горячего утюга: не хватало еще расчесать до кровотечения. СТОП! Происходит что-то странное... Рана исчезла, а зуд, скорее наоборот, увеличился, отдает болью.

– Потолок остановится, когда все змеи залезут в свои норы, - говорит без акцента.

– Что?

– Потолок остановится, когда все змеи залезут в свои норы, - повторяет, встает.

– Стой, стой!
– подрываюсь вместе с ним.
– И что это значит? Я ничего не понял!

Идет к стене.

– Эй?! Мужик!

Останавливается в метре. Перед ним появляется небольшая расщелина, разрастается до полуметра. Оборачивается:

– Ты. Нужен. Войнам. Быстрого ветра, - голос Гугла явно не принадлежит Джеки Чану, через долю секунды лицо возвращается в прежнее состояние, он разворачивается, боком протискивается внутрь, стена запечатывается.

И тут началось... Дрогнула земля. Что-то загудело над головой, помещение заполнил гул трущихся друг о друга камней или скал. С потолка сыпятся горсти песка, падают на пол, но не лежат, отрываются от пола на пару миллиметров, катаются, словно на волнах - под ногами вибрирует.

Сверху раздается пугающий треск, будто шандарахнула молния. Из пола повылазила плитка, опускается потолок...

Секунд двадцать пялюсь на многотонную глыбу. Мозг реалиста быстренько набрасывает картинку: на полу и потолке останется симметричное красное пятно, когда все закончится. Затекает шея, ноющая боль выводит из ступора. Не тупи! Это просто загадка в ознакомительной локации, что-то про змей и норы. Змеи в норах... Ненавижу ползучих тварей!

Слышу позади шуршащий звук. От страха колени отстреливают, будто катапультирующий механизм, подпрыгиваю, в воздухе разворачиваюсь к опасности. Придуманная воображением кобра, толщиной с пожарный шланг, которая пытается откусить мне ногу, оказалась горстью сыплющегося с потолка песка. Трясутся руки, барабанит мотор. Телу так быстро не объяснить, что испугался песочка, спокойствие вернется со временем - чека выдернута.

Все еще преследуемый страхом увидеть брызжущих ядом созданий, вглядываюсь в землю. Внимание привлекает торчащая из пола плитка: ровные контуры, прямые углы. На ней - рисунок. В кривой линии с кружочком на конце узнаю изображение змеи.

Когда змеи окажутся в норах...

Ботинок вбивает плитку в пол. Без сопротивления проваливается, будто клавиша на клавиатуре. Смотрю по сторонам, насчитываю еще штук десять. Прикидываю,

что в легкую затопчу все, и еще успею вздремнуть две-три минуты, пока потолок будет ползти к полу. Мои надежды рушит механический щелчок. Плитка отстреливает обратно, сопровождается шипением, такой звук издает шланг для подкачки колес. Из щелей прет зеленый дым.

Отскакиваю, инстинктивно задерживаю дыхание. Газ поднимается к потолку, словно гриб ядерного взрыва. Ядро в эпицентре отливает почти черной зеленью, по бокам бурлят и выворачиваются наизнанку сгустки цвета неспелых яблок.

Дураку понятно - ничего хорошего не жди. Вдохнешь такой коктейльчик, и можно не дожидаться падающего потолка, все закончится раньше.

Задираю голову. Визуально потолок находится примерно так же высоко, значит опускается медленно. Смотрю по сторонам, ищу подсказки, метки или зашифрованные знаки. Пока мозг соображает “в чем прикол?”, нога повторно вдавливает плитку. Прямоугольник опускается, замирает на две секунды, все повторяется снова: отстреливает, пускает дым.

Бегу к следующей плитке. Удар ногой, щелчок. Жду. Так же упорно отскакивает, наружу прет газ. Да что за... Вколачиваю еще одну - то же самое. Цепенеющее ощущение страха затмевает осторожность. Кручу головой, мысли сбились в гордиев узел, должна же быть какая-то логика. Забываю отойти от последнего извержения, вдыхаю краешек прозрачного салатового облачка.

Помню, как в детстве ходили по рельсам и собрали кусочки просыпавшейся серы. Чем здоровее кусок, тем круче зрелище тебя ждет. Нередко, стоя за спиной матерого поджигателя, приходилось вдыхать поднимающийся дым, чтобы не пропустить завораживающий фиолетовый огонек. Продукт горения попадал в легкие, внутри все сжималось, резало грудь. Орава мальчишек, сбившись в кружок, кашляла, словно пациенты с пневмонией.

Этот зеленый дым дал той сере фору в несколько кругов. Легкие парализовало, грудь перестала вздыматься вверх-вниз, ее будто наполнили монтажной пеной. Шевелю языком, кусаю воздух - путь внутрь закрыт, живот схватила судорога, слезы льются из глаз, на шее вздуваются вены, задницу тянет к земле.

Готовлюсь к худшему... Хлоп! Что-то лопнуло в горле, будто пленка мыльного пузыря. Истосковавшиеся по кислороду легкие, словно черная дыра засасывают воздух, заполняют себя по завязку. Внутри все чешется, чувствую хлюпанья посторонних жидкостей. Кашляю, мой рокот сопровождается отхаркиваниями и плевками. Попустило.

Поднимаю голову, потолок стал заметно ближе, увеличился шум каменного трения. С ужасом осознаю, что убьет меня не он. У потолка двадцати сантиметровым слоем стелется бурлящий газ, он не развеивается, а каждое новое нажатие плитки прибавляет объем смертельного сгустка.

Нужно собраться. Отбрасываю пугающие мысли в сторону. Мозг перебирает идеи и варианты: нужен специальный алгоритм нажатий? определенная сила? несколько нажатий на одну и ту же? в какую сторону смотрят змеиные головы? или хвосты показывают направления? а какая первая?

Понимаю, что проверить каждый из вариантов не выйдет. Времени остается не так много. Извилины ведут дискуссию о том, есть ли прямая зависимость между количеством стен в помещении, числом сказанных азиатом слов и суммой изгибов змеиных тел. В это время оставшаяся без наблюдения нога, не придумав ничего получше, бахает оказавшуюся рядом плитку. Отскакиваю. Жду две секунды, остается в полу.