Тизер

Кочеровский Артем

– Конечно, понимаю!
– Костя не может сдержать эмоции, лицо рвется от улыбки, наконец-то поддается замок.
– Заходите!

Заваливаемся в просторное помещение. Солнечного света, что льется из ворот, оказывается достаточно, чтобы рассмотреть содержимое. Передо мной не просто сарай - это оружейная. Слева и справа стоят деревянные стойки, стеллажи и поддоны. Оружия, что хранится внутри, хватит, чтобы вооружить взвод или даже парочку. Вращаю головой и прикидываю сколько это добро может стоить: мечи, топоры, луки, доспехи и маленькое озеро стрел на брезентовой подстилке. Но оружие обычное, не увидел

ни одного светящегося камня или обмундирования, похожего на то, что носил Туба. Скорее всего мы вошли в склад хранения, где одевают новичков или низших членов клана.

Уверенная походка Кости оставляет стеллажи и поддоны позади, целенаправленно ведет нас в дальний угол, света становится все меньше, но это не мешает рассмотреть массивный объект, укрытый тканью.

– Ты уже рассказывал?
– на ходу спрашивает Костя.

– Нет, Костя!
– рычит Даня.
– Это твоя обязанность.

– Окей!
– улыбающийся парень словно не замечает недовольство собеседника.
– Зацени, Мирон!

Ткань стаскивается на землю, обнажая что-то похожее на карету. Мне понадобилось секунд десять, чтобы допереть, что стоит передо мной - деревянная повозка с резиновыми колесами, вероятно, от советского авто.

Костя запрыгивает наверх, машет:

– Залазь!

Взбираюсь. Посредине повозки на специальном стенде металлическими креплениями удерживается огромный пулемет. Я не разбираюсь в оружии, но не нужно быть профессионалом, чтобы понять насколько опасна эта штука. Полуметровое дуло прямоугольного сечения с выемками для охлаждения заканчивается внушительной сердцевиной, а из пулеприемника торчит шматок громоздких патронов, сантиметров пять в длину. Громадина, которую, возможно, одному и не перенести, установлена надежно, ворочается на специальных шарнирах и, судя по всему, работоспособна. Вместо привычного курка пулемет заканчивается двумя рукоятками.

– Пулемет!
– Костя смачно хлопает по стволу.
– Наша гордость и наше несчастье одновременно.

– Почему несчастье?

– Ай, долго объяснять, - отмахивается Костя.
– Берись за ручки!

– Чего?
– в непонятках оглядываюсь на Даню.

– Все в порядке, - кивает головой.

Чувствуя себя каким-то подопытным, подхожу впритык к пулемету, хватаюсь за ручки. Скорострельный убийца едва уловимо дергается, между ручками загорается изумрудный камень, зеленые лучи стелются на мое лицо.

– Да! Ну! Нахер!
– Костя стоит с открытым ртом, три бесполезных слова оказались максимум из того, что он смог выговорить.

– Охренеть!
– не заставил себя долго ждать и комментарий от Дани.

– И что это значит?
– спрашиваю, но похоже у парней есть дела поважнее.

– Так! Ты!
– Даня тычет пальцем в копейщика.
– Газуй в главное здание, найди Тубу, скажешь, что от меня. Передай ему, что новичок Якуша подходит. Пулей!

Посыльный убежал, а я так и остался стоять, удерживая ручки пулемета и целясь в стену сарая. Даня расхаживает взад-вперед, поглаживая бороду, а Костя с удивленными глазами пялится на светящийся камень.

– Да что за херня происходит?!
– убираю руки, гаснет свечение.

– Якуш за этот пулемет отвалил херову кучу денег, - отвлекся от своих мыслей Даня.
– А когда дошло дело до стрельбы,

оказалось, что он не стреляет! Груда металла, которую клан-лидер купил чуть-ли не по цене золота, стоит здесь уже год и лишь собирает пыль. Мы головы сломали, размышляя, что с ним не так, нашли парочку вояк, разбирающихся в оружии, все они твердили, что пулемет в рабочем состоянии, но долбанная лампочка загорелась впервые! Якуш все это время надеялся, что может дело в человеке, поэтому каждый новичок проходит через эти ручки. И вот он просит найти именно тебя, и ты активируешь пулемет. Охренеть!

Дальше события разворачиваются очень стремительно, кажется, что весь форт поднялся на уши. Не успел я опомниться, как у сарая собралось игроков двадцать, разношерстные войны в сверкающих доспехах, кожаной броне, шелковых одеяниях с крутыми пухами, автоматическими арбалетами, бердышами и еще кучей привлекающих внимание шмоток, загадочно поглядывают на меня. Чувачки попроще уже выкатывают телегу на улицу, со всех сторон слышны приказы и распоряжения: «собирайте пати!», «пускай разведчики немедленно проверят дорогу к данжу!», «смажьте колеса и шарниры!», «найдите подходящую лошадь и впрягите ее!», «через два часа всем быть в зале переговоров!».

Пока я, как умалишенный, крутил головой и пытался сообразить, что происходит, ко мне подошел неприметный парнишка в брюках и рубашке:

– Пойдем со мной!

Оставляя позади весь этот сумасшедший кипишь, уходим. Путь лежит к главному зданию, напоминает замок, или что-нибудь поменьше вроде загородной резиденции короля.

Узкую улочку, по которой и три лошади не разъедутся, ограничивают жилые каменные домики и магазинчики. Ассортимент товаров на прилавках значительно отличается от рынка в ознакомительной локации с оружейным наклоном. Мои глаза бегают по предметам, назначение которых, даже не всегда можно определить: камни с выгравированными знаками, разноцветные перья, куски черного пластилина, сушеные грибы, кольца и ожерелья, травы, цветы, колбы с жидкостью оттенков всех цветов радуги, руда, письма на пожелтевшей бумаге и еще много всего.

Парнишка идет быстро, иногда приходится переходить на легкий бег, чтобы за ним поспеть. Дорожка упирается в т-образный перекресток, проводник закладывает крутой вираж, оказываемся на улице, генерирующей слюну. Запахи жаренного, копченного и вяленного мяса, специй, свежеиспеченного хлеба, кукурузы, сладкой выпечки и хмельного солода едва не уронили мое сознание. День уже давно перевалил за середину, а я так ничего и не съел, пробегать кулинарную улочку, не захватив с собой хотя бы кусочка еды, словно в знойной пустыне проходить мимо оазиса.

В главное здание мы входим не через парадный вход. Охранник, увидев моего проводника издалека, заранее отошел в сторону, открыл дверь. Побродить по узким каменным туннелям в самом сердце замка не удалось, нужная дверь оказалась почти сразу у входа. Скрипнули ржавые засовы, парнишка скрылся внутри, я - за ним.

Вошли в жилую комнату. В отличие от гостевого домика выглядит куда презентабельнее: ковер, витраж почти в полный рост, шторы, незатасканная мебель, полуторная кровать, камин и предметы интерьера вроде подсвечников, ваз, чаш и зеркал. Комнату хорошо убирают, пахнет цветами или какими-то свежими травами.